Инна Сударева - Двойная честь

– Корт! Не надо! – осмелилась-таки на приказ Аврора, и все остальные вздрогнули, выдохнули, но Корт не опустил оружия. – Не надо. Ты победил. Ведь, правда? – она дернула за рукав Меку, толкнула в стальной локоть капитана Мартена, который тоже не мог оторвать взгляда от происходящего внизу, в зале. – Корт победил!

– Сэр Корт победил! – отозвался Лют, звонко и весело.

– Победил! Победил! – вслед за ним, сперва нестройно, но потом – громче и четче, повторили все, и рыцари Ульдера тоже.

Но Корт не двигался, не убирал рубцов, не мигал и с вопросом в глазах смотрел на лорда, который тоже будто в статую обратился, забыв о боли.

– Н-не надо, – выдавил из себя Ульдер, понимая, чего ждет противник.

Лорду, в самом деле, не хотелось умирать. Он не был готов. К такому вообще невозможно подготовиться… И сердце его, испуганно барабанившее где-то в голове, заработало быстро-быстро, вернулось в холодеющую грудь, а легкие с жадностью потянули в себя воздух, когда Корт прянул от него и убрал за спину страшные мечи.

– Присягайте госпоже Авроре, – сказал молодой человек. – Здесь и сейчас. И клянитесь своей кровью, своими детьми, лорд Ульдер.

Вновь тишина объяла зал.

Клятва детьми, клятва родной кровью, своим будущим, своим бессмертием считалась самой священной. И ее (это все знали) уже давно никто никому не приносил. Потому что слишком многого она стоила…

– Присягайте, – тихо, но твердо повторил победитель, прожигая взглядом белого, как полотно, советника.

И вновь вмешалась Аврора. Для этого она даже с галереи сбежала, теряя шаль и чуть слышно шурша легкими башмаками:

– Корт. Не надо, – тронула молодого человека за локоть. – С него довольно.

– Надо! – Корт дернул плечом.

– Это ужасная клятва, Корт, – Аврора сильней сжала свои пальцы на его руке. – Нельзя клясться детьми. Ты сам говорил: нельзя детей вмешивать в такие дела, нельзя делать их заложниками… Корт!

Шип закрыл глаза, вновь их открыл. И волчьи огни в глубине зрачков погасли.

– Хорошо, лапа. Я все помню, – сказал молодой человек.

– Я тоже запомню. Все запомню, – вдруг отозвался лорд Ульдер. – И я присягну вам, моя госпожа, – он с трудом, зажимая рану рукой, встал на одно колено и протянул Авроре меч. – Мой клинок – за вас, рука моя – за вас, тело, разум – все за вас. Лишь душа моя – небесное имущество. Вам я буду служить верно и правдиво до конца дней своих. И тому, кто станет супругом вашим, – добавил, посмотрев на Корта.

Вслед за ним присягу, слово в слово, преклонив колени, повторили его рыцари.

Аврора сияла, лицом и глазами – так хорошо сложилось то, что, казалось, ведет к катастрофе. Словно гора с плеч свалилась, и хотелось императрице прыгать на месте от радости.

Корт еще раз глянул на советника. Убить его – это Шип мог сделать быстро и без лишних вопросов. Но лорд был весьма уважаемым генералом в армии, и его смерть могла принести много неприятностей Корту и Авроре. А теперь, после присяги, можно было не опасаться предательства с его стороны. «По крайней мере, мне так кажется. Он ведь привык держать слово. И в памяти Исидора нет ни одного случая предательства с его стороны», – думал молодой человек, своим новым зрением наблюдая, как темные дыры в сиянии Ульдера мельчают, затягиваются голубовато-зеленой дымкой, мерцающей серебром…

* * *

Аврора стояла у большой кадки с лимонным деревом и смотрела на своего рыцаря и с интересом, и с опаской.

После краткого и необычного поединка с Ульдером молодой человек настоял на том, чтоб попасть в кабинет покойного императора. И теперь прохаживался по просторной комнате, осматривался. Возле тех предметов, которые заинтересовывали, Корт останавливался, приглядывался более внимательно. Но не произносил ни звука.

У письменного стола императора произошло кое-что необычное.

Корт выдвинул один из ящиков и, щелкнув каким-то рычажком, приподнял дно. Оно оказалось двойным. Аврора подбежала, ахнула от изумления:

– Ты знаешь! Откуда ты знаешь?! Отец даже мне не говорил!

– Он не успел сказать, – пояснил Шип и извлек из тайника маленькую бархатную коробочку, открыл и протянул девушке массивный перстень из белого золота, украшенный сияющим голубым камнем, молвил тихо-тихо. – Когда-то его носила твоя матушка. Но не спеши хватать, не спеши его носить, – он остановил пальцы Авроры, которые уже хотели цопнуть перстень. – На нем – кровь, и поэтому это злое кольцо. Если его не очистить, оно станет дарить беды своему владельцу…

Аврора молчала – она занемела от удивления, перестала верить своим ушам.

– Твоя мать, – прошептал Корт, сжав кольцо в кулаке. – Она умерла страшной смертью. Перстень этот был весь в ее крови. На охоте. Императрицу Бетан растерзал зверь…

– Откуда ты знаешь? – уже шепотом спросила Аврора, белея лицом и дрожа всем телом.

– Это тебе знак того, что я буду говорить от имени твоего отца, – произнес Корт. – Как бы странно это ни звучало: этой ночью я говорил с ним. С его духом…

– Как? – юная леди отказывалась понимать то, про что он ей рассказывал.

Корт вздохнул, покачал головой:

– Присядь в кресло, лапа. Мне многое нужно тебе рассказать.

Аврора, не мигая, смотрела на перстень матери, затем послушно опустилась в кресло.

И рассказ молодого человека, действительно, вышел очень долгим. Даже, несмотря на то, что изъяснялся Шип, как обычно, кратко и четко.

– Это невозможно, – выдохнула Аврора, когда ее рыцарь смолк, потом глянула на перстень – доказательство того, во что она отказывалась верить. – Но ты… Почему ты?!

– Я ведь говорил, – пожал плечами Корт. – Сейчас я вижу то, чего не видел раньше.

– Как все странно, – пробормотала девушка, все еще рассматривая кольцо. – Никогда не думала, что в сказку попаду…

– Даже тогда, когда дернула из замка с наемным убийцей? – спросил, улыбаясь, молодой человек.

Аврора не могла не улыбнуться в ответ:

– Ну, убийца – это реальность. А то, что этот самый убийца видит душу императора, которого мечтал убить, и разговаривает с ним – разве такая история не тянет на сказку?

– Думаю, не нам судить, где сказка, а где жизнь. Раз такое произошло… Я сам тоже не думал, что попаду в такую переделку и стану твоим рыцарем и получу знания императора…

– Нет-нет, молчи, не порти сказку, – Аврора покинула кресло, чтоб приблизиться к Корту и прижать палец к его губам. – Если мы в сказке, то она, как всякая порядочная сказка, должна счастливо закончиться. Ведь так?

– Знавал я сказки…

– Молчать! – топнула ногой девушка. – Ты становишься похожим на моего отца! Кстати, он сейчас где? Тут где-нибудь? Подсматривает? Подслушивает? – и начала с опаской озираться.