Эрик де Би - Темноты

Вот. Такие же, как у служанки. Только — так. Волосы Файне становились всё короче, пока их кончики не стали едва касаться её плеч. Идеально.

Продолжая глядеть в зеркало, она прижала палочку к щеке. По её лицу пополз шрам: палочка не наносила настоящую рану, просто проявляла её. Магия палочки спала.

Она помнила тот день. Сантиметром правее, и она бы здесь не сидела.

— О да, сука, — сказала Файне, — я прекрасно тебя помню.

Глава 3

Тенеубийца крался по проходу Темнóт, стараясь не привлекать к себе внимания. Он миновал жителей подземелий словно призрак, не оставив после себя следов.

В Подгорье повсюду стояли лачуги и навесные хижины: жилища облепили древние залы, словно только что освежёванные туши — стены лавки мясника. Постройки были сделаны, в основном, из костей, окаменевших грибов и принесённого с поверхности мусора. Народ редко задерживался на одном месте: они переезжали из зала в зал в страхе оказаться в зубах какой-нибудь подземной твари. Рыцарь в сером плаще пробирался сквозь забитые помещения незамеченным.

Костры, на которых готовили пищу, неимоверно чадили: жирный дым обволакивал помещения и скапливался под потолком. Там, просачиваясь сквозь трещины и дыры в горной породе, дым пробивался наружу и растворялся в чистом воздухе. Приезжие говорили, что на улицах Глубоководья пахнет копотью и гарью, но не могли объяснить почему.

В прошлом веке, до бесповоротного изменения Фаэруна, в этих самых залах сходились в смертельных плясках герои и чудовища. Сейчас же здесь царила мирная жизнь: здесь жил потрёпанный жизнью народ, не имеющий средств для существования наверху. За последнее столетие залы наводнили воины, наемники, искатели сокровищ и все те, кого принято называть авантюристами, которые могли предложить лишь собственные навыки в обмен на звонкую монету. Они были мало востребованы: жизнь в Глубоководье стоит денег. Поэтому они поселились здесь, в Темнóтах: тут требовалось лишь умение выживать.

Темнóты нельзя было назвать ни здоровым, ни приятным местом. Войдя в комнату, шириной максимум метров в семь, плечом Тенеубийца задел что-то влажное и холодное и сделал шаг назад. Труп хобгоблина с искаженным ужасом лицом был прислонен к стене: на обнаженной груди зияли три кровавых колотых раны. Рыцарь переступил через труп и пошел дальше по туннелям, низко надвинув капюшон.

Темнóты пронизывали своими туннелями, коридорами и комнатами толщу горы. Лишь одно место в бывшем Подгорье можно было назвать сколько-нибудь жилым: находящуюся в самой южной части Темнóт пещеру, служившую некогда пристанищем для чудовищ. Авантюристы, переселившиеся туда, зачистили большую часть, понастроили у стен и сталагмитов хижины с лачугами, превратив огромный зал в некое подобие подземного города. Население его вполне могло доходить и до тысячи. Точно сказать было нельзя: постоянно приходил новый люд, а осевшие было герои отправлялись на нижние уровни Подгорья, которые до сих пор кишели чудовищами и монстрами.

Тенеубийца остановился, раздумывая о «судьбе» Темнóт. Подземный город был своего рода искажённым отображением того, чем могло стать Глубоководье, пади Город Роскоши под мечами захватчиков. Наверное, именно таким бы и был отстроенный из пепла выжившими город.

Приблизившись к провонявшимся от копоти сводам огромной пещеры, Тенеубийца двинулся не по каменному полу, а по стенам — рыцарь скользил меж знакомых проходов и растущих тут и там сталактитов по уже знакомому пути. В Темнóтах этой ночью было тихо — многие здешние обитатели отправились на Поверхность в свой, по их мнению, урочный час. Карабкание по стене позволяло Тенеубийце миновать самые опасные части подземного мира по верху: так безопаснее и риск нарваться на неприятности был гораздо меньше.

На другие неприятности, помимо тех, которые он искал здесь порой.

Огромная пещера была первым заселённым местом в Подгорье: отсюда уходили вглубь исхоженные части Темнóт, число которых год за годом увеличивалось, а монстров в них — уменьшалось. Жившие ближе остальных к Поверхности предпринимали попытки вести цивилизованную жизнь, объединяясь в племена и защищая друг друга. Способные готовить пищу с помощью магии обеспечивали едой собственные племена. Остальное пропитание добывалось собиранием грибов, убийством монстров, промыслом воров наверху или торговлей с закоренелыми негодяями, приходившими снизу.

Навесы украшали обветшалые таверны, опасные продуктовые лавки и магазины, в которых продавали преимущественно изготовленные из подручных средств или украденные товары. Подобные заведения порой исчезали в мгновение ока, когда на них натравливали заклинателей или народ с факелами. Так что жителям приходилось доплачивать за защиту.

Как и в Глубоководье наверху, в Темнóтах правила бал торговля. Правда, здесь она приобрела характер бартера, обмена, а не покупки товара за звонкую монету.

Большинство жителей Глубоководья никогда не видели Темнóт: о них народ узнавал лишь в тавернах — по историям, которые потом пересказывал своим детям вместо страшилок. Гвардия иногда спускалась вниз, но только в случае необходимости и в большом количестве. Гвардейцы ненавидели подобные назначения, куда с большей охотой отдавая предпочтение охране ворот или полуденным патрулям, только бы не спускаться в Темнóты. Многие купцы и торговцы погибли в этих туннелях. Когда жители Поверхности заводили разговоры о том, чтобы «прогнать жуликов и воров под землю», то не такая уж это была и метафора.

Одному из этих воров Тенеубийца и планировал нанести визит этой ночью. Звали его Эллис Колач — по ночам негодяй забирал в Темнóтах вещи, проданные при свете дня своим покупателям, а потом у них же и украденные. Он встречался с нанятыми им грабителями в алькове неподалёку от нижней части таверны «Рыцарь и Тень».

— Триединый, — прошептал Тенеубийца, пальцами обхватив рукоять полуторного меча. На ней был выгравирован глаз на ладони поднятой перчатки. — Твоя воля свершится.

Словно в ответ на молитву Тенеубийца почувствовал слабость внутри: онемение плоти, что давало ему силу и понемногу убивало его.

Он не просил об этой силе. Он никогда не попросит и не станет умолять о чем-либо.

Больше никогда.

— Я думаю, произошло недопонима-ааа… — сказала Файне и упала от удара в живот, который прервал её на полуслове.

Факелы мерцали, бросая дрожащие тени на стену комнаты.

— Ты сама виновата, — сказал Рас. — Просто отдай мне золото.

Он кивнул, и здоровенный полуорк, который уже успел отметиться своим кулаком у неё на животе, ударил её ногой.