Евгения Федорова - Жертвы времени (СИ)

— Пусть его высекут! — Оружейник в сердцах ударил кулаком по столу так, что тот жалобно хрустнул. — Драли и более важных, чем этот сопляк! Да как он посмел?!.

— Оружейник, — укоризненно прервал его Мастер. — Мальчишка напуган, его пытались убить. Кое-что похуже подосланного тобою на лестницу убийцы. Ты сам виноват в произошедшем!

— Умник, теперь ты оправдываешь его? Мне кажется, мы поменялись ролями!

— Послушай, Демиан способен на безрассудство, но он не вор.

— Меня это не касается, пусть решает Рынца…

— Нет, давай обойдемся без него, — Мастер с насмешкой смотрел, как хозяин дома набивает трубку. — Демиан обхитрил твоих теней, он изучал тебя, но ты не замечал этого. Драконьи кости, он следил за тобой!

— Не хочу ничего знать. Ты промолчал, когда все это началось, и теперь можешь ничего не говорить! Все просто: если бы ночью что-то случилось, он бы попросил помощи. Но у Демиана были свои соображения на счет того, как можно поступить, и я хочу, чтобы Рынца научил его простому приличию. Взять мой меч, как можно, Мастер? Я видел его в деле пару раз и совсем не уверен, что юноша не отрежет себе достоинство, случайно взмахнув клинком!

— Да вернул бы он тебе меч, — фыркнул маг.

— Он проспал, говоришь? — Оружейник внезапно успокоился, но Мастер прекрасно осознавал, что теперь кипение приблизится к взрыву.

— Быть может, не рассчитал свои силы, — сказал он осторожно. — Мальчишка много дней следовал за тобой, видел мир твоими глазами, пытаясь добиться безупречного исполнения. Он учился другому — смотреть и слушать, быть незаметным. Я уже сказал, что нашел его в крови сегодня утром. Осталось разобраться, что произошло. Отблески всех последних дней теперь очень ясны. Быть может, ему не хватило совсем немного, чтобы вернуть меч на место? Немного сил?

— Я все равно не понимаю, Мастер, зачем это было нужно. Если он испугался чего-то и взял оружие, это одно, но если он тщательно готовился к этому, здесь совсем другое.

— И в этом я тоже хочу разобраться, — согласился Мастер. — Люди думают, что их намерения скрыты, а все вокруг не замечают их поступков. Это не так. Теперь я смотрю за ним внимательнее, чем за собственным конем, и то, что кажется ему тайной, для меня такая же прочитанная страница, как «История равнины».

— Но цельной картины нет даже у тебя? — это был вопрос, и Мастер молча кивнул, думая о своем. Он размышлял о странном сплетении событий и судеб, пытался связать воедино те знания, которыми обладал.

— Мастер, если бы мальчишка взял твой меч, украл у тебя из-под носа? Если бы чужая рука взялась за рукоять?

— То, что он сделал, в твоем понимании выше этики, — Мастер кисло усмехнулся, — но ведь тебе это не повредит… я надеюсь. Оружие — лишь внешняя часть тебя, как эта рубаха или штаны. То большее, что ты ценишь, внутри, и не присуще вещи. Думается, ухватись он за мой клинок, я бы не стал кипятиться, потому что для меня мотивы важны так же, как последствия. Хочешь знать мое мнение? Я не хочу, чтобы мальчишку бичевали и сам за это не возьмусь. Унижение не пойдет ему на пользу, а новые раны еще больше ослабят тело.

Оружейник открыл было рот, чтобы возмутиться, но сказал совсем другое:

— Тогда это сделает Рынца. С удовольствием.

— Ты бьешь ниже пояса, Оружейник, я просил тебя пока забыть это имя.

Мастер медленно пододвинул к себе кувшин с вином, налил густую жидкость в хрустальный бокал, понюхал и выпил залпом.

— Я прошу, — сделав упор на последнем слове, проговорил маг, — чтобы ты изменил наказание. Дай мальчишке шанс, вложи в руки оружие и проучи как следует. Поединок, Оружейник, вот, что я хочу увидеть. Без сомнения, он провалится, ведь даже я тебе не соперник, но, быть может, это доверие поможет ему решиться.

— А что еще я получу?

— Демиана ждут подземелья под сердцем города. Ты же знаешь, достаточно связать человека, и он почувствует себя слабым и сломленным, а ночь, проведенная в древних казематах под присмотром Хозяина — достойное наказание для заносчивого глупца. Ведь боль не всегда лучший выбор.

— Ну что же, Мастер, ты убедил меня, хотя я и не согласен с таким поворотом событий. Знаешь, почему?

Мастер наклонил голову и внимательно смотрел на Оружейника.

— Потому, — растянуто проговорил тот, — что твое предложение напугало даже меня. Между нами, при доброй порке он пострадает в значительной степени меньше, чем в случае прикосновения к силе города.

— Я просто не хочу больше калечить его тело, — отстраненно сообщил маг.

— Зато духом его ты пожертвуешь с легкостью, — с толикой укора и даже жалости проговорил Оружейник.

— Испытания укрепят его больше, чем унижения. К тому же ты знаешь меня лучше других, — спокойно парировал Мастер. — В этом я не сильно отличаюсь от Северного…

— Еще как отличаешься, — Оружейник засмеялся. — Ты не боишься, что из подземелий мальчишка выйдет с расколотой душой… как некоторые?

— Если бы тебя пытали там, — резко бросил Мастер, — ты бы тоже вышел оттуда смешным старичком с непонятными поступками и пустыми глазами!

— Ты слишком в это веришь, — мягко остановил Мастера Оружейник. — В камнях живет огромная сила, но это не означает, что она готова проявлять себя в угоду чьим-то желаниям. Теперь только Рене прикасается к Хозяину и, я надеюсь, твои слова основаны не на личном опыте…

Мастер не стал уходить от внимательного взгляда хозяина дома.

— Город не прикасался ко мне, о, нет! Но Калороне многое может рассказать о сырых застенках.

— Да, это я знаю, старик словоохотлив после двух стаканов сливового вина, — Оружейник задумался. — Но после всего сказанного ты сам предлагаешь мне послать мальчика в подземелья?

— Я смотрю, твой гнев прошел.

— Ничуть, — заверил его в обратном Оружейник. — Я по-прежнему считаю, что куда милосерднее просто высечь сопляка, но раз уж ты так хочешь…

— Мы еще посмотрим на него в поединке, — пообещал Мастер.

— Ай, чего я там не видел? Если бы он все это время тренировался…

— Дай ему металл, — попросил Мастер.

— А ты уверен, что тебя не пытали в подземельях города? — с сомнением спросил Оружейник. — У тебя с головой, по-моему, не все в порядке.

— И ты поработаешь своим клинком, — продолжал Мастер.

— Если на секундочку забыть о том, что он неумеха, то возьми в расчет и то, что ни одна учебная сталь не выдержит столкновения с моим мечом. Наломаем дров, да…

— Дам ему свой меч, он подойдет ему под левую руку, я же приноровился.

— Я делал его под тебя, постыдись! Приноровился он! — Оружейник укоризненно погрозил магу пальцем.