Евгения Федорова - Жертвы времени (СИ)

— Дам ему свой меч, он подойдет ему под левую руку, я же приноровился.

— Я делал его под тебя, постыдись! Приноровился он! — Оружейник укоризненно погрозил магу пальцем.

В комнате повисло тяжелое молчание.

— Ты что-то знаешь, да?

Мастер кивнул, встал и подошел к окну, отбросив на пол короткую тень:

— Хочу проверить его, хочу кое в чем убедиться…

— И ради этого ты отдашь ему свое оружие? Не можешь найти способа лучше?

— Нет, не могу! — Мастер резко повернулся. — Поверь мне на слово, есть вещи, которые не могу разглядеть даже я.

— Хорошо, — Оружейник встал. — Пусть будет по-твоему. Мы дадим ему твой клинок, хотя мне это не по душе. Я раскручу его и даже постараюсь не покалечить. Но! — он резко тряхнул головой. — Если мальчишка сам себя поранит… Ты ведь не игрушку ему в руки вложишь, уверен, что он готов к этому?

— Думаю, все получиться, — пожал плечами маг. — И еще об одном попрошу: не афишируй все это.

Оружейник прищелкнул языком и коротко кивнул.

— Знал, что ты об этом попросишь. Хорошо, но ты поделишься со мной своими мыслями.

— Прости, но догадки я оставлю при себе.

— Как только догадки обретут почву, не забудь сообщить мне факты.

— Если они обретут почву, — беспечно отозвался Мастер, — ты сам все поймешь!

— Ну что сказать? Я почти не оставил тебе выбора.

Мастер бросил на кровать полотенце, сел в кресло и, закинув ногу на ногу, продолжал:

— Оружейник настаивал на довольно жестоком наказании, я же предложил ему настоящий поединок. Никаких тренировочных мечей, все серьезно. Если захочешь, можешь доказать ему, что ты достоин держать в руках настоящее оружие. А можешь удовлетвориться поркой. Немного позорно, но в целом не так уж страшно. Рынца все сделает быстро, хотя, уверен, поглазеть соберется не меньше народу, чем на твоих представлениях с огнем.

— Хорош выбор, — проворчал я.

— А я же сказал, что выбора почти нет, — напомнил Мастер. — Мне стоило огромного труда заставить Оружейника согласиться на поблажку.

— Ну, а что будет, если я проиграю?

Мастер покачал головой, дивясь моей глупости:

— Ты обязательно проиграешь.

— Ты меня не понял, — отмахнулся я. — Что будет, если Оружейнику не понравится то, что он получит?

— Переночуешь в подземелье города. Я считаю, тебе будет полезно.

— Полезно? Если это заменяет порку, что же меня там ждет?

— Иллюзии.

Мастер ждал, что я стану задавать вопросы, но я не оправдал его надежд:

— Они здесь везде, меня этим не удивишь, — я поднялся, пошел по комнате. — А оружие?

— Возьмешь мой меч.

— Твой?! — я резко остановился.

— Тебя что-то не устраивает? — с легкой улыбкой спросил Мастер. Он словно подталкивал меня взглядом, вызывая на откровение.

— Нет, все… хорошо. Я согласен.

— Тогда пошли? — маг встал.

— Сейчас?

— Я чувствую в твоем голосе испуг? Думал, наказание будет отсрочено? Демиан, ты понимаешь, что ты на самом деле сделал? И как ты обязан мне тем, что еще не болтаешься на площади под ударами кнута Рынцы?

— М-нэ-э, — я потер переносицу и вздохнул. — Мастер, Оружейник покалечит меня сильнее, чем «физическое наказание»?

— Не забывай, — сухо ответил Мастер, — что это будет наказание. Он постарается не причинить тебе вреда, но ты и сам можешь себе навредить. Я лично думаю, что Оружейник вряд ли позволит себе лишнее… только если будет острая необходимость.

— Он очень зол?

— Умно, предусмотрительно, — похвалил Мастер мой вопрос. — Я думал, ты не спросишь. Он зол, но не сорвется, этого не бойся.

Я взлохматил себе волосы и махнул рукой. Кто в здравом уме предпочтет публичную порку праву на поединок?

— Тогда пошли.

Я шел к оружейной один, ощущая, что все бы на свете отдал за то, чтобы не встречаться с учителем боя. Казалось, будет просто невозможно взглянуть ему в глаза.

Оружейник сидел на крыльце в спокойном ожидании. Внешне ничего не изменилось, и жизнь вокруг продолжала свое размеренное, ставшее привычным течение. Даже облезлая сука, которая жила у кухни, не обратила на меня ровным счетом никакого внимания. Лежа в тени навеса, она деловито вычесывал из загривка надоедливую блоху.

— Доброго дня, — я поздоровался, но Оружейник на меня даже не посмотрел. Что же, этого следовало ожидать, и не стоит и навязываться.

— Скажи, зачем взял мой меч?..

Он сказал «взял», не «украл», но что я мог ответить? Правду? Нет, она принадлежала только мне одному.

— Ни в коей мере я не хотел оскорбить тебя или клинок, — осторожно проговорил я. — Это не просто прихоть…

— А что же?

От разъяснений меня избавил Мастер, который быстрым шагом вышел из-за угла и призывно махнул рукой. Я взглянул на Оружейника, извиняясь, и двинулся навстречу магу, который, отстегнув ножны от пояса, вытащил меч и протянул мне, поддерживая лезвие ладонью. Это был легкий и неширокий клинок, все равно показавшийся моей непривычной руке тяжеловатым. Обоюдоострое лезвие сужалось к концу, но не настолько, чтобы его можно было перерубить. Гарда была простой, но удобной, с коротким изгибом, позволяющим блокировать скользящие удары. Я взял меч, взвесил в руке и поблагодарил.

— Скажешь спасибо, — отрезал Мастер, — когда покажешь все, на что способен.

Я молча кивнул. Очередное откровение накатило ничего не решающей волной: деревянный меч, который я схватил на самой первой тренировке, принадлежал когда-то Мастеру. Цепь неожиданностей и совпадений переросла для меня в закономерность. Ничего не происходило в Форте просто так. Оставалось надеяться, что снова не откроется кровотечение, потому что меч Мастера ничем не уступал клинку учителя боя. Он был более хладнокровен и расчетлив, давал чувство спокойной концентрации. Это же умение я замечал и в Мастере.

Оружейник достал свой меч из ножен и предложил:

— Ну, попробуй?

Я пошел вокруг замершего в неподвижной расслабленности противника, но видимое безразличие, несомненно, было обманчивым.

Первый удар я нанес со спины, но уже знал, что Оружейник уйдет с атакой, потому сдвинулся в сторону как раз вовремя, чтобы встречный удар не достал меня. В долю секунды пришло понимание, что все серьезно и обещание учителя не покалечить меня выполнимо лишь в случае, если я смогу защититься.

Оружейник не спешил лишать меня оружия, и клинки в наших руках заплясали, отражая блики беспощадного солнца. Я мгновенно взмок, отравление все же не прошло для меня даром. Рубашка прилипла к телу, рука отяжелела, пот заливал глаза, а Оружейник быстрыми короткими наскоками поворачивал меня лицом к солнцу и криво улыбался. Я вдруг понял одну вещь: все те знания, до которых я смог дотянуться — лишь пыль. Мне удалось выкрасть меч Оружейника и я знал, как избежать его самых изощренных ударов. Я держал в руках клинок Мастера, и весь его опыт был со мной, но то был опыт бестелесный, мое физическое «я» не знало его. Искусственные рефлексы, которые перешли в мое тело, были ему не по силам. Мне стоило это понять намного раньше.