Анатолий Нейтак - Падшая звезда

— Шесть.

— Вот! Целых шесть! А как долго ты его рассчитывала?

— Да что там считать-то? — вполне искренне изумилась Ниррит.

— Действительно, — Товесса включила сарказм на полную мощность. — Что? Кстати, это ведь было не готовое заклинание, в котором достаточно параметры поменять да задать зависимые функции. Это была одна из твоих импровизаций. Меж тем нормальный маг вроде меня должен корячиться минут по несколько над расчётом нового заклятия с четырьмя слоями! Четырьмя, не шестью! А ведь известно, что каждый новый слой как минимум удваивает общее время расчётов!

— Тебе просто не хватает практики.

— Издеваешься, да? Мне практики хватает, мне не хватает твоих гениальных мозгов!

— Чую, чую! — шутливо взвыла Ниррит. — Духом смрадным повеяло! То ужасное слово "невозможно" крыла расправляет над нами! Сгинь, птица мерзкая, пропади совсем! Отойди от нас, не заслоняй нам солнца!

— Издеваешься, — печально констатировала Товесса.

— Разве что самую малость. Ты думаешь, мне самой не приходилось подолгу рассчитывать новые заклятья на бумаге? Уж ты мне поверь: было время, когда я двухслойные заклятья полагала довольно сложными. А ещё раньше, до Академии, я полагала себя ведьмой на том лишь основании, что могла швырнуть в кого-нибудь сырой Силой вообще без каких-либо расчётов, на одной только концентрации. Так что мой тебе совет: забудь, как страшный сон, те "систематические занятия", которыми тебя усыпляли до того, как ты начала учиться у меня. Много там было системы! Ха! Одна зубрёжка, полезная мозгам, как опилки — желудку.

— Ну, разве что так…

— В общем, не унывай, а практикуйся, практикуйся и ещё раз практикуйся. И сама не заметишь, как мозги станут гениальными аж до полного изумления.

Выйдя из Тумана Межсущего в хорошо знакомом закоулке дворцового парка, Ниррит ощутила необъяснимую тревогу. Замерла, расслабляясь, прикрыв глаза, стараясь почувствовать как можно больше и как можно глубже.

Вздрогнула.

В воздухе парка, обычно незамутнённо чистом, полном ароматов близкого тёплого моря, ухоженной земли, трав, листьев и цветов, таился, словно опытный вор, слабый аромат гари. Не дым каминов, не кухонный чад, нет! Именно гарь пожарища.

И ещё. В магическом фоне тоже имелось нечто… то ли шорох, то ли призрачный, смешивающийся с реальными аромат, то ли просто когти невидимых мелких мурашей, маршем движущихся по кровеносным жилам… короче, нечто трудноопределимое, но знакомое любому мало-мальски дельному магу. Ощущение, остающееся после срабатывания ОЧЕНЬ мощных заклятий.

Гарь пожара — и магия. Вместе.

…что бы ни случилось здесь, оно случилось уже достаточно давно. И спешка не имела ни малейшего смысла. Но усилие воли, которым Ниррит принуждала себя идти, а не бежать, давалось неожиданно трудно. Если бы не страх перед возможностью увидеть…

За поворотом тропинки она увидела.

Вместо отлично знакомого западного крыла дворца…

— Нет. — Губы отказываются слушаться. Бормочут сами по себе. — Нет. Мой господин… мой принц… Айсе!

…Ночью это случилось. Самой глухой ночью. Что там было, мы выясняем до сих пор. И до конца не выясним, наверно, никогда. Не по нашим зубам кусок.

…где-то месяца за два принц приказал усилить охрану. Без объяснений. Видимо, предупредил его кто, или просто беду почувствовал. Ну, мы посидели, покумекали — и новую схему охраны организовали. Только сама видела: не помогло. Никто ничего не увидел, не услышал, не почуял…

…с чёрным мечом, что ты принесла, не расставался. Чуть ли не в постель с собой брал. Выделил время, почти каждый день тренировался во владении тяжёлыми прямыми клинками. Хотя всякому было ясно, что Побратим ему не по руке. А принц знай смеялся, если кто спрашивал. Это, говорил, не меч, а щит. Подарок от лучшей из женщин.

…стоявшие на внешних постах говорили, что сперва в окнах спальни полыхнуло мертвенно, бело-синим. Как будто молнии ударили. Потом ударило уже иначе и куда сильнее, с громом. Все стёкла до единого вынесло. Кое-где до сих пор не заменили: дворец велик… да. А под конец — это, значит, секунд через двадцать после первой вспышки, рвануло так, что… ну, ты уже видела, что сейчас осталось от западного крыла.

…кто во внешних постах стоял и добежать не успел, уцелел. А все остальные — бойцы, маги, прислуга, высокородные, кто был там, — сгорели в один миг. Тианцы, ваашцы и люди, все вместе. Сорок шесть душ. Но это общим счётом, потому что нашли только пятнадцать тел, из которых опознать по внешности смогли семерых. А я, как назло, сменился, не было меня там, не было…

…наша знаменитость подпалённая, Мегра, говорит так: силён был покойный Горн — ну, помнишь ведь легенду. Это тот лениманец, который в один присест четыре фрегата в головёшки превратил. Но до мага, который взрыв с пожаром устроил, Горну далеко. Тут дело уже не в силе и даже не в силище. Тут, похоже, кто-то из Круга Бессмертных порезвился. Дворец ведь от всякой магии защищён — куда тем фрегатам…

…и ещё. Побратима, меча рунного, в развалинах так и не нашли. И обломков его — тоже. Хотя искали, по кирпичику завалы перебирая, а уничтожить такой артефакт совсем уж без следа ох как нелегко. Может, это важно, может, нет. Но ты, по-моему, должна знать.

…вот так, Ниррит. Вот так… поплачь, что ли… ну поплачь, а? Я же плачу, хоть и мужик.

…сменился я. Не было меня в ту ночь на посту… и гореть мне за это при жизни, и вином креплёным огонь тушить, и слёзы лить спьяну. Дурак, да? Сам знаю…

…а ты поплачь. Не смотри так, не надо! Ниррит!

— Профессор.

— Это ты?!

— У меня мало времени, поэтому слушайте и не перебивайте. Вскоре я покину этот мир и, очень возможно, уже никогда не вернусь в Энгасти. Соответственно, все мои банковские счета, а также различное имущество, перечисленное вот в этом списке, я оставляю… сами знаете, кому. Право распоряжаться счетами и имуществом я передаю вам, как человеку разумному, осмотрительному, состоятельному и честному. В случае вашей смерти это право, не равнозначное, конечно, праву собственности, должно перейти к другому надёжному магу, способному поддержать, а в идеале — продолжить наш совместный… проект. Кандидатуру оставляю на ваше усмотрение, единственное условие — постоянное проживание в Энгасти или его ближайших окрестностях.

— Погоди! Ты…

— Прощайте, профессор. Удачи вам… вам обоим.

— И тебе… удачи.

— Ниррит?

Наставница обернулась, и Товессу словно невидимым ветром качнуло прочь. Почему? Она не смогла бы ответить внятно. Вроде бы ничего в облике Ниррит не изменилось. Ну, почти ничего. Только светло-серые радужки, напоминавшие блеском живое серебро, превратились в кружки мёртвой оружейной стали. Вот и вся перемена.