Питер Бретт - Заступник

— Мне все равно, — заявил Роджер. — В перчатках я чувствую себя обманщиком, и моя рука становится еще более неловкой с фальшивыми пальцами. Пусть смеются, лишь бы платили клаты.

Арик окинул его долгим взглядом, постукивая пальцами по чашке.

— Дай-ка мне посмотреть на перчатки, — проговорил он наконец.

Они черные и достают чуть ли не до плеча. На концах вышиты яркие треугольники, к которым прикреплены колокольчики. Роджер нахмурился и бросил их хозяину.

Арик поймал перчатки, некоторое время рассматривал их, а затем выбросил в окно и вытер руки, как будто прикасался к чему-то нечистому.

— Бери ботинки и пошли, — велел он, одним глотком допивая содержимое чашки.

— Ботинки мне тоже не нравятся, — заявил Роджер.

Арик улыбнулся ему.

— Не отказывайся от своего счастья, — предупредил он его и подмигнул.

Гильдия разрешала Жонглерам устраивать представления на любом углу, лишь бы они не мешали торговле или передвижению повозок. Некоторые торговцы даже нанимали их для привлечения внимания покупателей к своим палаткам и залам в тавернах.

Пьянство Арика оттолкнуло от него владельцев питейных заведений, так что им приходилось выступать на улице. Арик спал допоздна, и лучшие места уже были заняты другими Жонглерами. Наконец они нашли не слишком идеальное местечко; угол переулка вдалеке от оживленного центра города.

— Сойдет, — пробормотал Арик. — Начинай завлекать публику, мальчик, пока я буду готовиться.

Роджер кивнул и убежал. Видя любое сборище людей, он начинал кувыркаться и ходить на руках. Призывно звучали вшитые в шутовскую одежду колокольчики.

— Представление Жонглера! — кричал он. — Приходите посмотреть на выступление Арика Сладкоголосого!

Акробатические номера и тот вес, который все еще имело имя его хозяина, привлекали внимание людей. Некоторые даже следовали за мальчиком, хлопая ему и смеясь над его комическими номерами.

Один мужчина толкнул локтем жену.

— Смотри, да это ж тот самый калека с Малой площади!

— Ты уверен? — спросила она.

— Взгляни на его руку! — заверил женщину муж.

Роджер притворялся, что не слышит этих слов, и шел дальше в поисках зрителей. Вскоре он привел небольшую толпу к хозяину, который ритмично жонглировал ножом мясника, секачом, топором, небольшой табуреткой и стрелой, отпуская шутки перед собравшимися перед ним зеваками.

— А вот и мой помощник, — крикнул Арик, — Роджер Беспалый!

Роджер подбегал к хозяину, когда услышал свое имя. Что задумал Арик?

Однако раздумывать было поздно. Он выставил руки вперед сделал кувырок назад и остановился в нескольких ярдах от Жонглера. Арик подхватил летящий вниз нож мясника и кинул его Роджеру.

Мальчик закружился и легко поймал нож здоровой левой рукой. Сделав полный круг, он бросил нож, целясь прямо в голову Арика.

Арик также закружился и поймал смертельное оружие зубами. В толпе раздались одобрительные крики, в шапку полетели клаты.

— Роджер Беспалый! — кричал Арик. — Ему десять лет, и у него всего восемь пальцев, тем не менее он умеет обращаться с ножом лучше любого взрослого мужчины!

Раздались бурные аплодисменты. Роджер поднял вверх увечную руку, чтобы все могли видеть ее. Люди ахали и охали. Многие уже верили, что мальчик бросал и ловил нож именно беспалой рукой. Они расскажут об этом другим да еще многое преувеличат. Арик опередил толпу и первым дал прозвище Роджеру.

— Роджер Беспалый, — пробормотал мальчик, как бы пробуя прозвище на вкус.

— Хоп! — крикнул Арик и бросил Роджеру стрелу.

Тот громко хлопнул руками и поймал стрелу, прежде чем она поразила его лицо. Опять закружился, повернувшись к толпе спиной, и здоровой рукой бросил стрелу между ног своему хозяину. Выпрямившись после этого, протянул к зрителям увечную правую руку.

— Хоп! — крикнул он.

Арик изобразил страх. Уронил ножи, однако табурет упал в его руку именно в тот момент, когда стрела вонзилась в него. Арик как бы в изумлении смотрел на нее. Вот это ему повезло. Вынул стрелу, и она вдруг превратилась в букет цветов, который он тотчас подарил самой красивой женщине среди зрителей.

— Играй на скрипке! — раздался чей-то голос.

По толпе прошел гул одобрения. Роджер поднял взгляд и увидел того же мужчину, который громко требовал Сладкоголосого накануне.

— Все настроились на музыку? — обратился к зрителям Арик.

Ему ответили одобрительными возгласами, Арик подошел к сумке, вынул скрипку, приложил ее к подбородку и повернулся к толпе. Но прежде чем он успел поднести к инструменту смычок, тот же человек завопил:

— Да не ты, а мальчик! Пусть играет Беспалый!

Арик взглянул на Роджера. На лице его появилось раздражение, а толпа начала скандировать:

— Беспалый! Беспалый!

Жонглер пожал плечами и передал инструмент подмастерью.

Роджер взял скрипку дрожащими руками. «Никогда не унижай хозяина» — такое правило подмастерья узнавали в первые же дни обучения. Только толпа ведь просит его поиграть. Да и смычок так хорошо лег в увечную руку, свободную от проклятой перчатки. Роджер закрыл глаза, чувствуя пальцами туго натянутую струну, и издал первые тихие звуки. Зрители завороженно слушали его. А мальчик трогал струны, будто гладил кошку, которая мурлыкала от его прикосновений.

Скрипка ожила в его руках. Роджер все увеличивал темп, пока не начался музыкальный вихрь. Он начисто забыл о толпе, об Арике. Оставшись наедине с музыкой, он исследовал гармонию и, сохраняя первоначальную мелодию, порой начинал импровизировать.

Роджер не знал, сколь долго он играл. Он мог вечно пребывать в этом мире, но вдруг раздался резкий звук, и что-то впилось, ему в руку. Мальчик покачал головой и посмотрел на умолкнувшую толпу.

— Порвалась струна, — робко проговорил он.

Посмотрел на хозяина, который пребывал в том же шоковом состоянии, что и другие зрители. Арик медленно поднял вверх руки и начал аплодировать.

Тут и толпа разразилась громовыми аплодисментами.

— Ты сделаешь нас богатыми игрой на скрипке, мальчик, — обратился к Роджеру Арик, подсчитывая выручку. — Богатыми!

— Достаточно богатыми, чтобы заплатить долги Гильдии? — раздался голос.

Они повернулись и увидели господина Джейсина — тот стоял, прислонившись к стене. Рядом два его подмастерья, Сали и Абрум. Сали пела чистым красивым сопрано, а сама была настоящей уродиной. Арик иногда шутил, что, если бы она надела шлем с рогами, зрители приняли бы ее за демона камня. Абрум пел басом. От его гулкого голоса дрожали мощенные деревом улицы. Он высокий и худощавый, у него огромные руки и ноги. Если Сали демон камня, то он, конечно же, демон леса.