Сергей Синякин - Журнал «Если» №10 2010

— Мы обсудим это на Голденроде, — повторил я.

— Я уже говорил вам: мы не собираемся на Голденрод, — заявил он. — По крайней мере в качестве обвиняемых. Возможно, придет день, когда мы решим нанести туда визит, но нескоро.

Такого поворота я предвидеть не мог. У меня были все козыри. Мы с Джебедайей держали негодяев под прицелом. Они должны были понимать, что я не шучу насчет окружения, и, естественно, они были в курсе, что мои люди дежурят во всех космопортах, и все равно они не демонстрировали ни единого признака тревоги. Как будто они совершенно не осознавали своей беспомощности, не понимали ситуации, в которой оказались.

— Нет, это вы неверно оцениваете ситуацию, — сказал высокий, отзываясь на мои невысказанные слова.

— Значит, вы телепаты, — сообразил я, лишь наполовину удивленный. — Вы только улавливаете или также и передаете мысли?

— Либо то, либо другое, — улыбнулась женщина.

— Если вы читаете мои мысли, то знаете, что у вас нет ни единого шанса улизнуть, а потому не усложняйте и без того непростое дело.

Высокий снова повернулся к Хэрриет:

— Я последний раз спрашиваю: Хэрриет Микер, вы готовы исполнить обязательства по нашей с вами сделке?

Она вопросительно посмотрела на меня:

— Что мне делать, мистер Мола?

— Я уже ответил вам, — обратился я к высокому. — Если корабль на ходу, вы получите свои деньги.

— Думаю, вы знаете: нас не интересуют деньги, — сказал высокий.

— А я думаю, вы знаете: мне плевать, что вас интересует, — заявил я и качнул импульсником: — Пойдемте.

Джебедайя выступил вперед и закрыл собой Хэрриет, на случай если дело выйдет из-под контроля.

— Это ваше последнее слово?

— Так и есть.

— Вы глупец, Габриэль Мола, — проговорил он. — Я был лучшего мнения о вас.

— Нам всем приходится мириться с разочарованиями, — съязвил я.

— Нет, — твердо сказал он. — Только некоторым из нас.

И вдруг высокий мужчина исчез, а передо мной оказалась моя точная копия. Я сильно зажмурился и снова открыл глаза, но ничего не изменилось. Кроме того, что в комнате присутствовали два Джебедайи и две Хэрриет Микер.

Я не знал, метаморфы они или практикуют какой-то метод контроля сознания, но это неважно. Они оказались еще опаснее, чем я думал.

— Гейб, — неуверенно произнес один из Джебедайев. — Что мне делать?

— Помоги мне, Гейб! — сказал другой точно таким же голосом. — Тебя двое!

— Если не можешь точно определиться, застрели нас обоих, — разрешил я. — Теперь, когда мы знаем, на что они способны, мы не можем позволить им уйти!

— И целься точнее! — добавил мой дубликат моим голосом.

Джебедайя слева от меня попытался поднять пистолет. Я видел, как напряглись его мышцы, как капля пота ползет от виска по щеке, но его рука не поднялась ни на сантиметр. Я понял: придется пристрелить обоих Джебедайев, и вдруг обнаружил, что тоже не могу пошевелиться.

Мой абсолютный двойник стоял передо мной.

— Вы все еще думаете, что нам отсюда не выйти? — улыбнулся он. Он взял коммуникатор из кармана моей куртки, подключился к гамма-частоте и заговорил: — Привет, Вольф, — его интонации были абсолютно моими собственными. — Ложная тревога. Это действительно группа странствующих механиков. Давай всем отбой, мы подъедем к вам в космопорт через час или около того.

Он отключил связь и положил компьютер к себе в карман, пока я соображал, как он планирует избавиться от наших тел.

— Никто никого сегодня не убьет, Габриэль Мола, — ответил он на мои мысли. — Вы можете быть моей жертвой, но не врагом.

— Черта с два, — проскрипел я.

— Вы знаете нашу историю, — продолжал он. — Хоть один из нас причинил физический ущерб хоть кому-нибудь?

— У вас другие методы.

Он снова улыбнулся, как мне показалось, почти печально.

— Теперь вы меня поняли, — признал он.

Он подошел к Хэрриет, которая тоже была явно не способна шевелиться.

— А теперь, Хэрриет Микер, пришло время завершить наше соглашение. Я знаю, что вы не хотите причинить нам зла, поэтому я не буду рассматривать присутствие Габриэля Молы и Джебедайи Бёрка как ваши недобрые намерения, но буду настаивать на исполнении обязательств по сделке. Габриэль Мола пообещал нам деньги; мы считаем его человеком чести, умеющим держать свое слово. Позже мы свяжемся с ним и передадим инструкции, касающиеся денежной части контракта. — Он помолчал. — Остается только сувенир ничтожной стоимости.

Он кивнул другой Хэрриет, которая принялась ходить по комнате, прикасаясь к книгам, полкам, вазам, картинам, часам, голограмм-аппарату. Внезапно она быстро прошла в спальню и скрылась в ней, появившись через мгновение со старой поломанной щеткой для волос.

— Нет! — закричала Хэрриет. — Только не это! Возьмите что-нибудь другое!

Лже-Хэрриет вручила щетку моему двойнику, который внимательно изучил находку.

— Даже будь она новой, сомневаюсь, что ее можно было бы продать больше чем за десять кредитов. Да, это вполне погасит вашу задолженность перед нами, Хэрриет Микер.

— Пожалуйста… нет… — со слезами на глазах умоляла она.

— А теперь пришло время откланяться, — продолжал он, отдав сувенир цыганке. Он положил руку на мое плечо и заглянул мне в глаза: — Мы с вами никогда больше не увидимся, Габриэль Мола, но я рад, что нам наконец предоставилась возможность познакомиться. — Он повернулся к Джебедайе: — Вы несете тяжкое бремя, Джебедайя Бёрк. Берегите его.

Поначалу я подумал, что это был камень в мой огород: вроде как я — его тяжкое бремя. Но заметив удивление на лице напарника, понял, что есть и кое-что иное, о чем я и не подозревал.

А затем они ушли, так же быстро, как и пришли.

Мы втроем недвижно стояли еще полчаса. Я спросил Хэрриет о щетке, но каждый раз при упоминании вещицы она начинала плакать, и наконец я сдался.

Затем мы снова обрели способность двигаться, и я понял: звездные цыгане покинули планету.

По возвращении на Голденрод три дня нас мучили вопросами, заставили представить официальные доклады, но это мало помогло. Знание, что они могут появиться в любом облике, не упрощало их поиск, а способность цыган читать мысли не помогала защищать свои головы. Единственным сдвигом стало удвоение правительственного финансирования департамента, и мы смогли взять в штат дополнительно 75 сотрудников (людей и инопланетян).

Затем последовала серия физических и психических тестов: надо было удостовериться, что звездные цыгане не просочились в департамент. Как я и думал, мы не выявили ни одного.