Рэймонд Фэйст - Слеза богов Крондора

— На тот случай, если в коридоре есть еще один замок, — объяснил он.

— Приятно знать, — заметил Кендарик, — что мы сможем выбраться отсюда своими силами.

— Согласен, — кивнул Солон.

Они парами двинулись по коридору. Впереди шли Джеймс и Джазара, чуть позади — Солон и Кендарик. Пройдя примерно сто ярдов, Солон остановился.

— Подождите минуту. — Он указал на стену и обратился к Джеймсу: — Поднеси сюда факел.

Джеймс выполнил его просьбу. Солон осмотрел стену.

— Это очень древний туннель, — сказал он. — Ему несколько столетий. Он был выдолблен задолго до того, как на этих берегах появилось Королевство.

— Откуда ты знаешь? — удивился Кендарик.

— Проведя детство с гномами, волей-неволей узнаешь кое-что о горном деле.

— Но эти следы не старые, — сказал Джеймс, обратив внимание на землю под ногами.

— Какие следы? — Кендарик взглянул вниз.

Джеймс указал на разбросанные неравномерно ошметки грязи и песок.

— Пыли нет, и следы свежие. — Он вгляделся в темноту впереди. — Будьте начеку.

— Можно было этого и не говорить, сквайр, — отозвался Кендарик.

Они медленно и осторожно продвигались в глубь скал под Вдовьим пиком.

Минут десять Джеймс и его спутники шли в напряженной тишине, пока не очутились перед аркой, ведущей в огромный зал. Они осторожно вошли. Свет от факела Джеймса отбрасывал зловещие тени на стены грубо высеченной в камне пещеры. Рука Солона машинально опустилась на рукоять молота, когда он заметил первый скелет. В стенах на одинаковом расстоянии друг от друга были вырезаны девять ниш. В каждой из них стоял скелет в доспехах, со щитами и оружием. На каменном полу был выдолблен сложный узор из символов, лишь частично различимый в мерцающем свете факелов.

Насколько Джеймс мог судить, зал был примерно тридцати футов в высоту, дальняя его стена образовывала полукруг. Подойдя к ней, они обнаружили барельеф.

— О боги! — воскликнул Кендарик.

На барельефе были изображены в самых разных позах существа из ночных кошмаров, зачастую рядом с приносимыми в жертву людьми. Сцены поражали своей извращенностью и жестокостью.

— Подними-ка факел повыше, парень! — сказал Солон с более сильным акцентом, чем когда-либо.

Подойдя к стене, Джеймс поднес факел поближе.

— Аккуратно! — Солон протянул руку к Джазаре: — Еще один, быстрее! — Джазара отвязала факел и передала его монаху, который запалил его от факела Джеймса. — Встань вон туда! — велел Солон Кендарику, передавая ему факел.

— Что?

— Встань, говорю, вот туда, дубовая твоя башка! — Монах указал на левую сторону.

Взяв у Джазары еще два факела, Солон поджег и их. Он передал один Джазаре и попросил ее встать справа, а сам поднял четвертый факел и сделал несколько шагов вперед. После этого выдолбленный в камне панорамный барельеф стал виден полностью.

— Во имя Святых и Героев Ишапа, — прошептал монах.

— Что такое? — спросил Джеймс.

— Посмотри на середину, парень! — Солон указал на пустое место, похожее на круглое окно, вокруг которого преклонили колени самые ужасные из изображенных созданий.

— Там пусто, — пожал плечами Джеймс.

— Нет, мой друг, ты ошибаешься. Здесь изображено то, чего ты не можешь видеть.

Солон отступил назад и прошелся вдоль стены, иногда останавливаясь, чтобы более внимательно изучить какие-то детали. Наконец он воткнул свой факел в кучу камней и махнул остальным, чтобы тоже опустили факелы.

— Что все это значит? — пролепетал Кендарик. Солон обвел своих товарищей серьезным взглядом.

— Запомните то, что я сейчас скажу. Пусть это останется в вашей памяти навечно. — Он повернулся и указал на стену: — Это рассказ об очень жестоких временах. — Монах остановился и перевел дух. — Храм учит, что после Войн Хаоса в некоторых частях мира настало время великой тьмы. Это была пора, когда силы добра и зла боролись за равновесие в мире. Места вроде этого находили и раньше — это пристанище демонов и других порождений зла, которые должны быть изгнаны или уничтожены, где бы ни повстречались. Эта стена рассказывает историю, но ее подробности не имеют значения. Единственное, что важно и что надо обязательно передать нашему храму, — сам факт существования этого места. Не важно, что случится с нами дальше, но есть две вещи, которые мы обязаны сделать. Во-первых, кто-то обязан вернуться и сообщить обо всем моему ордену, чтобы его последователи очистили это место и наложили на него вечную печать. Вы можете забыть обо всем, но обязательно запомните это «пустое окно», чтобы потом описать его верховному жрецу. Я уверен, что это работа тех, кто поклоняется Неназываемому.

— Кто это? — испуганно спросил Кендарик.

— Если судьба будет благосклонна к тебе, парень, — сказал Солон, — ты никогда этого не узнаешь. — Он огляделся. — Однако, боюсь, сейчас судьба к нам явно не благоволит.

— Ты говорил о двух вещах, — заметил Джеймс. — Вторая?

— Мы не можем допустить, чтобы Слеза Богов не вернулась домой. И дело не только в том, что ее потеря станет для нас роковой, — просто теперь я знаю, кто хочет обладать ею и зачем.

— Зачем же? — быстро спросила Джазара.

— Для того, — ответил Солон, указывая на небольшое пустое место на рисунке, — чтобы открыть врата. Если это произойдет, нас постигнут чудовищные беды и несчастья. Ничто живое — ни люди, ни гномы, ни эльфы, ни даже темные братья, гоблины или тролли — не сможет противостоять этому. Могущественнейших магов и жрецов сметет с дороги, словно сухие осенние листья. Содрогнутся даже младшие боги. — Он указал на изображения, где ужасные существа разрывали на части и пожирали людей: — Такова будет судьба выживших. Мы станем подобны скоту, выращенному для утоления их голода.

Кровь отхлынула от лица Кендарика.

— Если ты снова упадешь в обморок, я оставлю тебя здесь, — пригрозил Джеймс.

— Я в порядке, — сказал подмастерье, глубоко дыша. — Давайте просто разберемся с тем, что блокирует мою магию.

Они подошли к большим дверям слева.

— Они запечатаны, — заключил Джеймс, осмотрев их. Он показал на узор из драгоценных камней, врезанных в дверь.

— Ты можешь открыть? — спросил Кендарик.

— Попробую, — ответил Джеймс и внимательно осмотрел устройство. — Это… магический замок, я думаю. — Он вполголоса выругался. — Они самые сложные.

— Почему? — спросил Кендарик.

— Потому что механические замки просто выстреливают в тебя отравленными иголками или огненным шаром, — объяснил Джеймс. — Однажды мне пришлось работать с замком, трюк которого заключался в вылетающем длинном клинке, который мог отрезать голову, если вовремя не отпрыгнешь в сторону. Но магические замки… можно ожидать чего угодно.