Чарльз Стросс - Тайная семья

Ее медицинская практика не позволяла ей отвернуться и смотреть в сторону. Вплоть до этого момента она готова была поклясться, что была с ним жестока, но не ожидала, что здесь будут обращаться с ним таким образом. Пробраться в ее дом по приказу кого-то, кто стоял выше Лина во внутренней иерархии… да, действительно, это привело ее в гнев и раздражение. Но главные виновники были далеко отсюда, и если она срочно не сделает чего-то важного, этот полуголодный ребенок за преступление, совершенное по приказу, присоединится к ужасным трупам, выставленным на городской стене. Где же справедливость?

— Я не собираюсь тебя бить, — сказала она.

Лин не ответил: его поза говорила о том, что он не верит ей.

— Черт возьми! — Она отодвинула один из стульев от стола, развернула его и села, обхватив руками спинку. — Я лишь хочу получить несколько ответов. Вот и все. Лин… как это ты называл себя дальше?

— Лин. Лин Ли. Моя семья называется Ли. — Он продолжал смотреть мимо нее, как будто пытаясь скрыть страх: «Я не собираюсь бить тебя, но моя стража…»

— Это хорошо. Сколько тебе лет?

— Пятнадцать. — Пятнадцать! Черт возьми, они отправляют детей в крестовый поход! Эта мысль поразила ее. — Тебя здесь кормили? Давали воды? У тебя есть, на чем спать?

Он сумел лишь выдать короткий болезненный хрип: может быть, это означало смех.

Мириам обернулась, чтобы оглядеться.

— А вы что скажете? Его кормили?

Сержант лишь покачал головой.

— Мэм?

— Какую еду, питье и медицинское обслуживание предоставляли этому ребенку?

Он покачал головой.

— Я в самом деле не знаю, мэм.

— Понятно. — Руки Мириам, стиснутые на спинке стула, напряглись. Она вновь повернулась к Лину. — Я таких приказов не отдавала, — сказала она. — Может быть, ты все-таки скажешь мне, кто послал тебя в мой дом?

Она заметила, что он хотел что-то сказать, но сдержался.

— Если скажу, вы убьете меня, — сказал он.

— Нет, у меня и в мыслях такого нет.

— Да, убьете. — Он посмотрел на нее с горькой уверенностью. — Они убьют.

— Как ты собирался убить меня? — негромко спросила она.

Он промолчал.

— По-видимому, ты знал, что я принадлежу к Клану, — сказала она. — Не так ли? Незнакомая новая женщина появляется в городе, производит впечатление, волнует общество. Да? И раз я одна из Клана, то ты должен был меня убить. Чем? Бомбой в моей спальне? Или ножом в темноте?

— Не я, а один из воинов, — прошептал он.

— Тогда почему же там оказался ты? Чтобы шпионить за мной? Разве у них столь короткие руки?

Он опустил глаза и уставился в стол, но не раньше, чем она заметила досаду в его глазах.

— Ага. — С минуту она смотрела в сторону, отчаянно стараясь придумать способ выйти из тупика. Она безнадежно осознавала присутствие стоявших позади нее стражей, терпеливо ожидавших, когда она закончит с пленником. «Если я оставлю его здесь, Клан убьет его», — решила она со своего рода опустошающим страхом, который никак не ожидала испытать, переживая за обыкновенного грабителя. Грабителя? То, что его действия говорили о его семье, как раз и было тем самым, что ее злило. — Черт возьми. — И она решилась.

— Лин, вероятно, ты прав насчет Клана. Большинство их захотят видеть тебя мертвым, едва взглянут на тебя. Ведь слишком много лет их родители и прародители резали друг другу глотки. Они очень подозрительны насчет всего, чего не понимают, а ты легко станешь первым в любом списке загадок. Но я скажу тебе еще кое-что.

Она выпрямилась.

— Ты знаешь, как «путешествуют» между мирами, да?

Молчание.

— Я спросила. — Она замолчала. — Ты должен знать, до какого предела тебе следует держаться, — устало сказала она. Мысленно возвращаясь к Энгбарду и к тому, как ей удалось осадить его относительно Роланда, она решила: «Не следует копать слишком глубоко. Все лежит на поверхности». Все семьи действуют одинаково, не так ли? — То, что ты ничего не сказал мне, может серьезно ухудшить твое положение. А может и улучшить.

Молчание.

— Путешествие между мирами, — сказала она. — Мы знаем, что ты умеешь это, у нас есть твой медальон. Так зачем врать?

Молчание.

— Клан тоже может путешествовать между мирами, и ты знаешь это, — негромко сказала она. — И это не совпадение. Твоя семья — наши родственники, верно? Пропавшие очень давно, и вся эта чертовщина — это убийство, кровавая вражда, попытки вскрыть старые раны — не затрагивает ничьих интересов.

Молчание.

— Почему они хотят убить меня? — спросила она. — Почему вы, такие же люди, убиваете своих кровных родственников?

Может быть, что-то в ее облике — возможно, откровенное любопытство — наконец-то заставило отвернуться этого юного родича. Долгую минуту тянулось молчание, прерываемое только движениями одного из стражей, менявшего свою позицию.

— Вы предали нас, — прошептал он.

— Гм? — Мириам тряхнула головой. — Не понимаю.

— Еще во времена верноподданных сынов, — сказал Лин. — Все остальные. Они отвергли моего предка. Презрели обещанную встречу в мире американцев. Униженный и доведенный до нищеты, он потратил годы, чтобы обрести свободу, а после потратил всю свою жизнь на их поиски. Но они так и не пришли.

— Это что-то новое, — негромко заметила Мириам. — Доведенный до нищеты?

Лин судорожно кивнул.

— Таково семейное предание, — сказал он и забубнил: — Было решено, что один из братьев, Ли, пойдет на запад, чтобы организовать там факторию. Он послушался, но путь был трудный; он столкнулся с бедностью, его караван разбежался, его товары разворовали дикари, а слуги бросили его. Семь долгих лет он работал простым слугой, на положении раба, прежде чем купил себе свободу; он потерял все, от жены до семейного талисмана. В конце концов он создал по памяти новый талисман, заработал денег и выкупил свою свободу. Он был очень решительный и непреклонный человек. Но когда он пришел на место, назначенное для встречи, никто не ждал его там. Каждый год в назначенный день и час он приходил туда, но никто так его и не встретил. Братья бросили его, а по прошествии времени его потомки узнали о существовании восточного Клана. О предателях, которые нажились на его состоянии.

— Ага, — с трудом вымолвила Мириам. Это уже миф о предательстве из-за наследства. Стало быть, он случайно исказил узелковый рисунок и в итоге отправился в Новую Британию вместо… Она прищурилась.

— Ты видел мой мир, — сказала она. — А знаешь ли ты, что место, где Клан бывал постоянно, все время, — это то самое место, куда ты отправляешься, если «путешествуешь» между мирами, и определяется оно, гм, самим талисманом. Твой знаменитый предок просто неправильно воссоздал его. И отправился в Новую Британию. Насколько я знаю, остальные братья думали, что твой предок бросил их.