Алан Фостер - Чародей с гитарой

– Вполне верю. Но и ты пойми, сто я просто серзант. И не имею права…

За спиной бобра послышались крики. Кое-кто из его солдат повыскакивал из-за двери, за которой спасалось войско. Теперь они указывали вдоль улицы.

По ней неторопливо приближалось крытое кресло; его, пыхтя, несли шестеро мышей. Завидев Фаламеезара, они сперва остановились, но сразу двинулись вперед, побуждаемые криками изнутри и ударами кнута в руках кучера-землеройки. Кучер был наряжен в шелк и кружева – вплоть до капюшона.

Кресло остановилось неподалеку. Кучер, существо ростом фута три, открыл дверцу и поклонился. Утомленные носильщики осели в своей упряжи, пытаясь перевести дыхание. Они явно бежали всю дорогу.

Появившаяся изнутри личность была облачена в панцирь, скорее имевший декоративное, нежели практическое значение. Обильная позолота свидетельствовала о высоком положении и высокомерии владельца. Оценив ситуацию, он шагнул вперед.

Приложив руку к груди, бобер отсалютовал новоприбывшему. Тот отвечал небрежным движением руки.

– Я – майор Отрум, комендант городской стражи, – елейным голосом представился енот. Фаламеезара он старательно игнорировал, обращаясь ко всем остальным.

Внимание Джон-Тома привлек дракон, и молодой человек отступил поближе к черному боку, пока енот со скукой в голосе произносил нечто вроде официального приветствия.

– Эти бедные труженики, – гневный дракон кивнул в сторону носилок, – являют для меня символ эксплуатации рабочего класса. И тип, который сейчас говорит, мне не нравится.

Джон-Том торопливо вставил:

– Они менялись, наверное. Это честно.

– Едва ли, – усомнился дракон. – Но эти рабочие, – он показал на все еще пыхтевших мышей, – принадлежат к одному виду, а говорящий – к другому.

– Ага… Но ведь и кучер тоже.

– Да, но… ничего. Наверно, я чересчур подозрителен по природе.

В самом деле, подумал Джон-Том, облегченно вздыхая. Он почувствовал, что сумел перехитрить дракона в очередной раз. Оставалось только молить бога, чтобы перед отъездом майор не стал поднимать носильщиков пинками.

– Я слышал, – проговорил енот, беря понюшку из изысканной табакерки, – что вы попали сюда по какому-то дурацкому делу.

– Это так. – Клотагорб с презрением поглядел на офицера.

– Значит, вы и есть тот самый волшебник, о котором мне сообщили? – Отрум непринужденно, с изяществом аристократа, поклонился. – Нижайший поклон знатоку тайных наук, перед которым должен склониться всякий. – Пог над головой негодующе фыркнул, но мнение Клотагорба о майоре резко улучшилось.

– Наконец-то здесь осознали важность познаний! Может быть, меня наконец кто-то поймет.

– Будем надеяться, – отвечал майор. – Мне сообщили, что вы требуете встречи с Советом военных и представителями чародеев?

– Так точно, – отвечал Мадж. – Если тока они способны понять, что важно, а что нет, и будут слушать со всем вниманием.

– А если нет?

– Если… – Мадж беспомощно поглядел на Клотагорба.

– С каждым днем все ближе и ближе подступает кризис, угрожающий всему цивилизованному миру, – проговорил волшебник, – справиться с ним можно только силами всех теплоземельцев.

– Простите меня, высокоученый сэр, не хочу оспаривать ваши слова, – проговорил майор, закрывая серебряную табакерку, – однако я не готов к подобным вопросам, а потому полагаю, что встреча должна состояться. Я надеюсь, вы поймете, насколько трудно собрать всех нотаблей за столь короткое время.

– Тем не менее это необходимо сделать.

– Но на встрече вы должны подтвердить справедливость высказанных вами опасений.

– Естественно, – раздраженно откликнулся маг-черепаха.

Джон-Том отметил прозвучавшую угрозу. В майоре Отруме крылось большее, чем мог разглядеть глаз или почуять нос. Чтобы вот так непринужденно держаться перед Фаламеезаром, требовалась недюжинная смелость. А ведь даже Джон-Том поначалу показался местным жителям существом крайне опасным.

А потом он подумал, что храбрость, может, и ни при чем. Неизвестно, что там у этого майора насыпано в табакерку. Возможно, уже намарафетился до самых пяток.

– Уйдет кое-какое время.

– Но чем скорее – тем лучше, – сказал Клотагорб, являя признаки нетерпения.

– Конечно же, вы можете описать мне эту угрозу так, чтобы хотя бы волшебники могли с ходу понять – простите мне эту откровенность, сэр, – что их выволакивают из логов и нор не по прихоти вздорного старика. – Он умиротворяюще выставил руку. – Не надо, сэр, не стоит. Просто представьте, как вели бы себя вы, оказавшись на моем месте.

– Вполне разумная мысль. Волшебники Обширных земель – народ подозрительный. Следует, чтобы они сразу поняли всю глубину опасности… Я предоставлю вам такую информацию, услышав которую чародеи не будут уклоняться от участия в совещании. – Он запустил руку в жилет. – Вот, – маг-черепаха извлек горсточку свитков. – Запечатаны с проклятием.

– Да, я вижу метку, – проговорил енот, осторожно принимая свитки.

– Это не за тем, чтобы вы, майор, не могли ознакомиться с их содержанием, – пояснил Клотагорб. – Скоро о том, что содержится в них, узнает весь мир. Просто среди чародеев попадаются снобы, которые не потерпят вторжения простых обывателей в чародейские дела.

– Заверяю вас, к вашим посланиям отнесутся как подобает, – с рассеянной улыбкой заверил его майор, опуская свитки в кисет на боку. – А теперь относительно менее важных дел. Становится поздно. Безусловно, вы устали от дневных трудов… – Он коротко взглянул на бобра-неудачника. – И долгого путешествия. Если вы согласитесь отдохнуть, сможет успокоиться и все население.

Каз непринужденно отряхнул кружевные манжеты и шелковые чулки.

– Неплохо бы ванну и яств более изысканных, чем это возможно в полевых условиях. Ах, салат из фасоли и шпината под овощным красным соусом!

– А вы гурман. – Майор Отрум с новым интересом поглядел на кролика. – Надеюсь, вы простите меня, сэр, но понять не могу причин, по которым вы угодили в подобное общество.

– Благодарю вас, но свою нынешнюю компанию я нахожу вполне удовлетворительной. – Каз слегка улыбнулся. Отрум пожал плечами.

– Жизнь часто помещает нас в самые неожиданные ситуации. – Явно было, что по крайней мере себе самому он представляется философом. – Мы обеспечим вас ванной, сэр. Разместим и всех остальных.

Бобер наклонился поближе с выражением полнейшего внимания на физиономии и кивнул головой в сторону дракона.

– Разместить их, сэр, и его тоже?

– Да, а как насчет Фаламеезара? – поинтересовался Джон-Том. – Товарищей не разлучают. Дракон просиял.