Александр Гейман - Рулетка колдуна

— В стервятника, — уточнил Вианор.

— В стервятника, — хихикнул Уорф.

— Теперь скажи, откуда дон Эспиро знает это слово, — велел Вианор.

— Он знает его от своей помощницы, барситской шаманки, — сообщил Уорф. — Все его волшебство…

Но Уорф не договорил — Верховный Друид вопреки всем запретам вскочил с места и закричал:

— Довольно! Довольно слушать этот пакостный тухлый рот! Да, я признаю, — признаю, дон Аррето. Я вел переговоры с Сэпиром, но здесь этот колдун не солгал — я думал о вящей славе Астиаля, о благе Кардоса. Это не было изменой, Аррето.

— В этом я не уверен, — резко бросил маршал Эугидо. — Тайные переговоры с врагом — уже измена.

Дон Аррето смотрел на своего друга тяжелым взглядом. Он сказал:

— Я хотел бы знать, о каком это слове на Сэпира шла речь. Кто мне разъяснит дело — мой церковный иерарх или те, кто пришел со мной сражаться? Видимо, — заключил дон Аррето, — они скорее скажут мне правду.

— Нет, — поспешно возразил Верховный Друид. — Я скажу. Это тайное слово в сочетании с жезлом Астиаля и истинной верой обратит в прах все силу и деяния Сэпира и его самого.

— Так почему же ты до сих пор не наложил его на Сэпира, Эспиро?

— Вианор уже объяснил это, — сказал Тикей Йор. — Верховный Друид Кардоса хотел, чтобы Сэпир сначала положил к его ногам всю Анорину. И уж потом…

— Нет, не потом, — велел магистр Кардоса. — Произнеси это слово сейчас, дон Эспиро, я приказываю тебе.

— Да? И чтобы какой-то Бойтур и вот эти все воспользовались моей победой? Чтобы радовались еретики Семилена? Язычники?

— Дон Эспиро, — грозно начал магистр Кардоса, но его перебил Тикей Йор.

— Позвольте сказать несколько слов, дон Аррето. Я думаю, мы прямо сейчас можем уладить все затруднение. То, что останавливало дона Эспиро, это желание получить под свою руку все страны Анорины. Так вот, я готов принести клятву, что приму верховенство церкви Кардоса над Семиленом, включая и её канон, если дон Эспиро сокрушит своим словом власть Черного Сэпира и его самого.

— Я присоединяюсь к такой клятве, — заговорил король Веселин, — и на тех же условиях обещаю принять вассалитет Ардоса перед Кардосом, а также его веру.

— В свою очередь и я обещаю отдать под руку церкви Астиаля Большой Анорийский Круг, — промолвил Вианор, — если слово Эспиро сокрушит Сэпира. Обязуюсь и сам обратиться в его веру и служить ей всей силой мага.

— Какой прок от тебя и твоего Круга, — огрызнулся Эспиро, хотя глаза его уже начали алчно блестеть. — У тебя уже отнята вся сила чародея.

— Неверно, — возразил Вианор, — моя сила только до времени связана магическим щитом над рулеткой Астиаля. Но с падением Сэпира она вновь высвободится и вернется ко мне.

— И сверх того, — добавил король Веселин, — мы все готовы обязаться, что приложим все силы для того, чтобы убедить короля Бойтура и Людену последовать нашему примеру.

— Ну, дон Эспиро? — сурово спросил магистр Аррето. — Смотри — ты безо всякой войны получаешь почти все то, ради чего хотел втравить Кардос в Сэпировскую бойню. Покончи с Сэпиром — и я сам клянусь, что прощу тебе твою измену.

Верховный Друид размышлял недолго — явное удовольствие так и проступало на его лице.

— Хорошо, — произнес он наконец, — но пусть все поклянутся мне в сказанном сейчас последней клятвой.

— Клянемся, — проговорили все — и из жезла Тикея Йора полыхнула молния, а небеса громыхнули.

— Астиаль принял эту клятву, Эспиро, — сказал Тикей. — Итак, мы ждем.

— Мне надо, чтобы Сэпир видел нас, Тикей. Убери свою защиту.

В шаре отобразилось зеркало Сэпира — блестящее пятно ушло с него, и Сэпир так и подпрыгнул в своем кресле, увидев наконец вождей обеих ратей. Тикей Йор шевельнул жезлом, и изображение разделилось — теперь стал виден не только кабинет Сэпира, но и Атлан, превращенный мерзостью Сэпира в Черный Город. Затем черное пятно на месте лица колдуна побледнело, приблизилось ближе к поверхности светящегося шара, затем проступило лицо Сэпира, и было оно неописуемо безобразно.

— Скорей, дон Эспиро, — поторопил магистр Аррето, — у меня нет желания долго пялиться на эту пакость.

Верховный Друид Кардоса взял в руку жезл — по преданию, жезл Верховного Друида принадлежал некогда самому Астиалю — воздел его и, глядя прямо в это отвратительное лицо, возгласил:

— Алла Астиаль абар! Именем Астиаля — велю тебе, Сэпир, — сгинь! Сгинь и рассыпься! Алла Астиаль абар!

Тянулись мгновения, но ничего не происходило — никаких молний и грома, никакого крушения Черного Города — ничего. Все осталось, как было, только сдвинулись черты лица Сэпира, выражая замешательство, — видимо, он не мог сразу уразуметь происходящее. А вслед за тем черное пятно вновь вернулось на прежнее место, и все так же носитель его бегал взад-вперед по своей комнате, и стоял все так же обезображенный Атлан — никто и ничто не изменилось и не сгинуло после слова Верховного Друида.

Над лужайкой повисла мертвая тишина — и вдруг её разорвал смех Уорфа. Он катался по траве:

— Он… хи-хи… верил! Он… верил! Верил, что может этим сокрушить Сэпира! О-ха-ха-ха!.. О-хи-хи-хи!..

Но больше не смеялся никто. Магистр Кардоса поднялся со своего места.

— Эспиро, — сдержанно произнес он, — и ради этой пустышки ты был готов поставить Кардос под мечи всей Анорины? И держать руку Сэпира? И радоваться войне и смерти над всем континентом? И лгать власти и народу Кардоса?

Верховный Друид стоял в ужасной бледности и ничего не отвечал.

— Дон Эспиро, — сурово проговорил магистр Кардоса, — ты повинен в серьезном государственном преступлении. Я подвергаю тебя аресту и смещаю с должности Верховного Друида, пока не соберется большой синклит Кардоса.

— Наконец-то! — вырвалось у Большого Дэма.

Он прогудел:

— Я правильно понимаю, магистр Аррето, что ты больше не идешь походом на Ардос?

— Правильно, барон Кра.

— И готов заключить мир с Ардосом и Семиленом?

— Правильно.

— И будешь судить этого изменника?

— Буду, барон.

— Магистр Аррето! — торжественно возвестил Большой Дэм. — Я снова у тебя на службе! Позволь — я лично пригляжу вот за этим, — Дэмдэм с отвращением указал на поникшего Эспиро.

— Лучшего я не мог бы желать до начала переговоров, — произнес маршал Эугидо. — Слава Астиалю, ты наконец разобрался, что к чему, дон Аррето. Боюсь, однако, что все обстоит ещё хуже…

Он посмотрел на магистра Кардоса, на недавних противников, как бы сомневаясь, говорить ли далее. Вианор кивнул: