Дарья Гущина - Черная луна

— Почему это? — искренне удивилась она, по инерции мягко перебирая его густые темные волосы. — В лесу, если помнишь, комары только ко мне и лезли, а на вас с Айво не обращали совершенно никакого внимания. И что из этого следует?

— Дракон — это тебе не комар, — насмешливо фыркнув, философски изрек он.

Ископаемое, видимо, окончательно офигев от такой наглости и неуважения к его древней, экзотичной и редкой персоне, наконец, пришло в себя. В его бездонных золотых глазищах мелькнуло неприкрытое бешенство, и оно с ходу решило плюнуть на малорослых нахальных букашек. Огнем, естественно. Чтобы в следующий раз отнеслись к ему подобным с должным уважением и почтением. Если он, конечно, для них когда-нибудь наступит, этот следующий раз…

Обжигающий сноп яркого пламени ударил в лицо, и Лира наклонилась, непроизвольно прикрывая собой лежащего Соло. Фэйт с перепуга громко заверещал, как недорезанный хряк, в очередной раз открыв в себе новый оперный голос, что-то хором закричали Айво и Кари, яростно завозившись под деревом.

И тут на арену боевых действий снова выступила та неведомая сила, которая уже не раз спасала эльфийке жизнь: дедушкин талисман привычно вспыхнул, залив поляну ослепительным светом. Сквозь сильный жар, опаляющий кожу, и дикую боль, эльфийка услышала громкий душераздирающий вой, быстро перешедший в тихое поскуливание побитой собаки.

А потом она уже во второй раз за день потеряла сознание…

— Как она? — ворвался в затуманенную голову девушки знакомый встревоженный голос.

— Выживет! — непререкаем тоном ментора объявил голос Кари, и Лира почувствовала, как по ее волосам осторожно пробегает что-то ласковое и нежное. — Как ты там сказал, таких… мм… редисок просто так не прикончишь, здесь целая система нужна?

Эльфийка с трудом открыла глаза и принялась мучительно соображать, что такого она сделала, раз ее снова хотят убить собственные друзья. Вспомнилась только какая-то очередь за ее жизнью…

Она вздрогнула и попыталась встать.

— Не шевелись! — руки Соло мягко вернули ее на прежнее место. — Исцеление еще не закончено.

— Но… — попыталась вякнуть она.

— Не волнуйся, никто тебя не убьет, — с усмешкой упокоил ее друг, — я не позволю.

— Так ты, вроде как, первый… ну, в очередь… — язык почему-то сильно заплетался, и Лира с явным трудом выговаривала легкие слова.

— Мало ли, что я говорил, — невозмутимо отозвался Соло, — лежи спокойно!

Она послушно расслабилась и замолчала, чуть приоткрыв один глаз и с любопытством разглядывая забавные и симпатичные физиономии своих приятелей, сильно напоминающие лица трубочистов, которые после бурной и грязной работы с кем-то крепко подрались: все в саже, копоти, пепле, синяках и царапинах.

— Ладно, шпионка, открывай оба глаза, — весело сказа Кари. — Все равно тебя теперь не уторкаешь, пока ты обо всем не расспросишь и всего не узнаешь.

И Лира открыла глаза, быстро осмотревшись по сторонам. Как оказалось, они находились на той же полянке, но вот оживший дракон куда-то таинственно исчез. Над ней колдовала Кари, быстро залечивая жуткие на вид, но почему-то совсем не болевшие ожоги. А приятели, живые и почти здоровые, сидели рядом, встревожено и озабоченно глядя на них.

— И где наше ископаемое? — сразу же спросила эльфийка. — Оно было последним, что я помню… Огромное такое, страшное и наглое… — от неприятных воспоминаний ее передернуло.

— Ты об этом? — Айво продемонстрировал ей маленького, с ее ладошку, дракончика, вырезанного из драгоценного камня золотисто-зеленого цвета. И почему-то пятнистого. Даже длинный хвост и уши были покрыты разноцветными пятнами.

— Не может быть! — изумленно ахнула девушка, снова пытаясь приподняться. — Кто это сделал?

— Ты, конечно! — спокойно объяснил ей невозмутимый оборотень. — Больше некому!

— Ребята, ну сделайте же что-нибудь, чтобы она перестало все время дергаться и ерзать, иначе я так никогда и не закончу! — почти взмолилась Кари, убирая с бледного усталого лица длинную прядь наэлектризованных волос.

Соло мягко положил голову Лиры себе на колени, всунув ей в руки пятнистого дракона, и за плечи осторожно прижал к земле. Впрочем, она была так удивлена сделанным, что не нуждалась в таких экстренных мерах предосторожности.

— Расскажите! — коротко попросила она.

И Айво рассказал. Так, как умел только он один. Во всех душераздирающих подробностях и вытекающих из них обстоятельствах, после которых эльфийка примерно на полчаса выпала в осадок, с трудом переваривая все услышанное. За это время Кари уже успела закончить с ее исцелением и взяться за оборотня.

— Я вот о чем думаю… — волнуясь, начала Лира, но закончить свою мысль так и не успела, потому что, заметив подбирающееся к ее ноге узкое гибкое тело, покрытое чешуей, с испуганным воплем «Спасите! Змея!» резво подскочила с травы, забралась на колени к Соло, обняла друга за шею, и, дрожа, уткнулась лицом в его сильное плечо.

— Дракона ты так не боялась! — с улыбкой заметил Айво, лениво потянувшись и отгоняя змею.

— Так вот я о том же хотела сказать, — чуть подрагивающим голосам ответила она, все еще держась за шею друга, — я его вообще не боялась, понимаете? Лично я — нет!

— Это помощь Магов, я думаю, — сказала Кари, устало прислоняясь спиной к дереву, — хотя кто знает…

Соло, заметив, что с исцелениями закончено, окинул изрядно потрепанную компанию критическим взглядом и решил:

— Так, всем мыться, переодеваться и отсыпаться. И больше никаких проваливающихся камней и оживших пятнистых ископаемых. Хватит! Сегодня отдыхаем, а завтра двигаем дальше.

— В страну Пустынь, — поддакнула эльфийка и немедленно пояснила: — я видела ее сегодня во сне.

…Вечером они сидели возле пылающего костра, привычно глазея каждый на свои Луны. Похоже, это стало входить в привычку: смотреть, молчать и мечтать однажды оказаться там, в родной обстановке… Там, где испокон веков жили их родные… Там, где оставались их корни… Там, где они оставили свои сердца…

Лира, уютно пригревшаяся и задремавшая под теплым одеялом, вздрогнула от тихого шороха рядом, чуть не пролив на себя горячий чай. Это была Кари.

— Не помешаю? — девушка-вампир немного смущенно и неловко присела рядом.

— Конечно, нет, присаживайся, — радостно откликнулась эльфийка, протянув ей край своего одеяла, тоже смущенно пояснив: — укройся, ночь прохладная…

Кари, мягко улыбнувшись, пододвинулась ближе к ней, завернувшись в протянутый край, и, после небольшой паузы тихо, но твердо призналась: