А. Котенко - Отдел странных явлений: Тайны Черной Земли

…

Но магия опять не подействовала на молодого человека. Удерживая девушку одной левой, свободной рукой он извлек из ножен кинжал и направил его на похитительницу.

— Неб, Неб… — в этот момент простонала приходящая в себя Маша.

Он хотел было вернуться к лошади, чтобы ускакать прочь. Но животное вдруг опустилось на колени и завалилось набок.

— Попался, да? — ухмыльнулась колдунья, обнажая свое оружие и снова сверкая глазами, в надежде, что ей удастся воздействовать на начальника стражи.

Она кинулась на молодого человека. Неб и сообразить не успел, что его жизни угрожают, он схватился за первое, что висело на поясе, и вытянул руку. Он и не предполагал, что второпях достанет подаренный несколько дней назад фонарик.

Дикий визг девушки, пожалуй, распугал бы всех шакалов в округе. От света, исходящего от странного подарка гостьи из будущего, Ира закрыла лицо руками и отвернулась. Она тут же бросилась к своей повозке, постанывая и потирая щеки руками.

— Бежим! — скомандовал осел. — Беги, почтенная!

Она еле успела запрыгнуть на повозку, и Сет поскакал прочь.

— Откуда у него столько сил? — буркнул под нос Неб.

Парень держал спасенную девушку на руках и не спускал дикого взгляда с загнанной лошади, что просто улеглась посреди пустыни и уснула.

— Ах, Неб… — промямлила Маша, туманными глазами глядя на своего спасителя, — где я?

И она в очередной раз провалилась в забытье.

— Сет ногу сломит, — выругался Неб, провожая взглядом похитительницу и привязывая фонарь к поясу. — Очень напоминает мою… но этого быть не может.

— Что, Неб? — опять открыла глаза девушка.

— Тихо, маленькая, все будет хорошо.

Он взял ее на руки и медленно поплелся в сторону города. Когда девушка пришла в себя настолько, что могла держаться на ногах, спаситель поставил ее на землю, и они, словно два раненых в битве зверя, держась друг за друга, ковыляли по пустыне.

Где-то вдалеке завывали шакалы, стрекотали неугомонные ночные жуки. Неб постоянно оглядывался, не гонится ли за ними один из ненасытных хищников.

Похитительница с ее странным поведением уже почти вылетела из его головы. Он думал только об одном: как бы довести до города любимую девушку да когда она проснется окончательно, разузнать, что с ней приключилось. Окажись он несколько позже у дверей собственного дома, не застал бы похитителей, и Маше грозила бы неминуемая смерть.

Его сердце отчаянно колотилось об ребра. Но он старался быть спокойным.

Через ворота парень не пошел. Он свернул к реке и пробрался сквозь тростники к своему насиженному местечку, где они с Маш-шу любили коротать свободное время.

— Давай, садись… — он опустил полусонную девушку на камень, но она улеглась на землю и провалилась в сон.

— Что же с тобой сделали, Маш-шу, да сожрет эту женщину Амт? — спросил Неб сам себя, взяв ее за перевязанную тряпкой руку.

Она вконец уснула, положив голову ему на колени. А он еще долго любовался лицом спящей и гладил ее мягкие золотые волосы. Вскоре и парня сморил сон. Он и не заметил, как сам повалился на землю, а глаза его сомкнулись.

Потирая руки, Ира ходила взад-вперед по гробнице. Перед ней на столе в банке сидел пойманный в пустыне скорпион, этакий 'подопытный кролик' и 'индикаторная бумажка'. Девушка специально поймала это насекомое, чтобы испробовать на нем уничтожительную магию проклятий. Рядом стояло слепленное из воска подобие скорпиона, а также две мужские фигурки, на груди одной проводница нацарапала имя Вани, а на другой — Неба.

— Убью, сволочь! — шипела Ба, когда Ира царапала имя укравшего приманку начальника караула.

— Ладно тебе, — успокаивала ее проводница, — ну отвоевал он свою женщину, и что с того? Закончится кровь, еще раз похитим.

— Не в этом дело, — крылатая топталась на саркофаге, — на этого выскочку не действует моя магия!

— Пофигу, — отмахнулась Ира.

— А вот и нет! — спорила с ней Ба.

Когда проводница перестала перечить, крылатая решила открыть ей страшную тайну: магия не действовала только на кровных родственников. А так как у царевны было только два брата: один мертвый, а второй хромой, то…

— Элементарно, милая, — улыбнулась проводница, — Неб — твой третий брат.

— Откуда он мог взяться? — негодовала душа.

— После ночи любви твоего отца с какой-нибудь служанкой, — тут же нашлась Ира.

— Так вот, — заключила Ба, — если этот Неб знает, что он формально является наследником, значит, его надо уничтожить вместе с Тутанхамоном. И не спорь со мной! Ты его проклянешь. Давай, вытаскивай…

Ира нехотя сняла привязанную к поясу подвеску-талисман, которую молодой человек и не заметил, как потерял, когда спасал любимую.

— И Ваню давай сразу убьем! — не унималась крылатая. — Завтра расправимся с Тутанхамоном, и будешь свободна.

Девушка, улыбаясь, вынула и завернутую в лист подорожника личную вещь Дуракова. Посмотрев на восковую куклу, олицетворяющую программиста, она натянула предмет ей на голову, словно колпак, и дико рассмеялась.

— Что с тобой, Ира? — поинтересовалась Ба, не понимая радости проводницы.

Но та истерично хохотала, тыча пальцем в куклу в колпачке.

— А слабо натянуть… на глобус… гыгыгы! А что такое глобус? А это вам расскажет учитель географии! — колотила кулаком по столу проводница.

— Что это с ней? — удивленно поинтересовалась Ба у молча сидевшего в углу осла.

Но тот старался ничего не комментировать. Лишь через десяток минут из него удалось вытянуть, что у людей из будущего есть много заморочек. И это проявление одной из них. Крылатая собралась с мыслями и погрузилась в душу Иры. Только так она могла остановить беспричинный смех проводницы. Она вмиг стала серьезной и проткнула сердце у всех трех фигурок: скорпиона, Неба и Вани.

Ради эксперимента она капнула Машиной кровью на статуэтку насекомого. Не прошло и мгновения, как скорпион, уютно устроившийся в чаше для вина, приказал долго жить. Действует — поняла колдунья, взбалтывая остатки крови. Она посадила Ваню и Неба очень близко друг к другу и начала лить на них кровь.

Вдруг левая рука девушки схватила фигурку в колпачке и швырнула ее в сторону.

— Не позволю! — вскрикнула Ира, и ошарашенная Ба выскочила из ее тела.

И только проклятый Неб сидел в кровавой луже с проколотым иглой сердцем. Жить ему оставалось считанные секунды.

— Дура! — заорала крылатая и отвесила Ире пощечину.

Крылом — больно. Девушка схватилась за ушибленную щеку и бросила в адрес царской души несколько непечатных выражений.