Наталья Авербух - Ведьма и вампир

Лим, в отличие от ведьмы, нехорошо подозревал, что Вейма рада-радёшенька такому повороту событий. Согласиться на брак ей не позволит гордость, а тут вроде как всё без неё решено…

Он ошибался.

Вейма вовсе не была довольна сложившейся ситуацией. Вейма была в ярости. Но Вир сказал ей: так надо. Он был настолько серьёзен, что вампирша смирилась. Смирилась и с ужасом шла туда, куда её вёл оборотень. Шла, не разбирая дороги и не глядя под ноги. Только переступив порог дворца и оказавшись в просторном холле, где барон принимал феодалов, немного расслабилась: это не храм. Свадьба ещё не сейчас. Если эта затея всерьёз, она всё-таки переступит через себя и прольёт человеческую кровь. Чтобы неповадно было решать судьбу дочери клана. У неё своя стезя… погибнуть в самое ближайшее время.

В холле проклятых ждало новое потрясение. Барон, баронесса и их старшая дочь в парадных одеяниях.

Неужели сеньор собрался лично благословить задуманный им брак?!

Барон милостиво кивнул, баронесса и Нора улыбнулись.

— Мы рады приветствовать вас под своей кровлей, — официальным голосом произнёс барон. — С этого дня вы — гости здесь. Пусть мой дом станет вашим домом, мой хлеб — вашим хлебом, мой очаг — вашим очагом. Пусть будут ваши начинания удачны, пусть ваши планы осуществятся, а дружба укрепится.

— Вы необыкновенно добры, ваша милость, — сообразила ответить Магда. Мужчины поклонились, девушки присели в глубоких реверансах.

— Вашу свадьбу, — обратился барон к Вейме и Виру, — придётся отложить до осени, когда достойный вас дом будет выстроен.

Вейма оцепенела.

— Мы благодарим вас, господин барон, — ответил за двоих оборотень.

— Пока вы все останетесь здесь, во дворце, — своим обычным тоном произнёс барон. — Позже вам отведут покои.

— Да, ваша милость.

— Следуйте за моим человеком.

Барон махнул рукой, к проклятым подошёл слуга и повёл их наверх. У кабинета оставил одних и велел ждать его милость.

— Что всё это значит?! — набросилась Вейма на оборотня. Тот развёл руками. — Почему барон говорит о женитьбе?! Кто всё это выдумал?!

Вир приложил палец к губам девушки.

— Тс-с! Барон ничего мне не говорил. Сказал, объяснит позже. Всем нам. Это важно.

— И ты вот так легко поверил и согласился?!

— Барон меня нанял.

— Тебя?! Нанял?! Ты же служишь Совету!

— Я могу выполнить поручение родовитого феодала. Если оно не противоречит приказу Совета.

— И какой был заказ? — ядовито поинтересовалась Магда. Неужели этому хмырю заплатили за то, чтобы он женился на Вейме?! Лим, уловивший мысли ведьмы, подумал, что приплатить пришлось бы много.

— Ваша безопасность, — неохотно ответил следователь. — Пока она не идёт в разрез с приказами Совета.

— А при чём тут женитьба?!

— Не знаю. Так приказано.

— И ты послушался! Даже не спросив меня, что я об этом думаю!

— Твоё мнение мне известно.

— И ты намерен его игнорировать!

— Нет, притвориться. Мы не ведём в храм любимых женщин, я говорил.

— Говорил, — согласилась Вейма. — Но мне, а не барону.

— Ему тоже.

— И что он сказал?

— Ничего.

— Как, совсем ничего?

— Совсем.

— Ничего не понимаю.

— Что происходит? — К дверям кабинета подошёл Крам. Магда зарделась, Вейма нахмурилась: выбор подруги она не одобряла. Лим поморщился: он не любил инквизиторов ни как вампир, ни как студент Университета. Спокойным остался один Вир.

— Ничего, — ответил оборотень.

— Почему во дворе телеги с твоими вещами? — обратился Крам к Магде. Вот ведь… инспектор инквизиции! Один всего раз в кабинете был… из тех, что помнит. А уже может узнать, чьи вещи. Магда не учла, что письменные столы в этих краях — большая редкость, на все владения барона едва ли пять штук наберётся, из них два — в маго-псхологическом офисе. Да и огромный котёл — штука очень заметная.

— Переезжаем, — неприветливо ответил Лим. — Временно.

— Почему? — Крам смотрел только на Магду.

— Барон, милостью своей, — спохватилась девушка, — помогает нам в постройке нового жилища.

— Зачем? — не понял инквизитор.

— Потому что в старом доме нам уже тесно, — пояснил Лим. — А будет ещё теснее.

— Теснее?

— Вир и Вейма собираются пожениться, — сообщила ведьма. Непонятно, зачем барон это затеял, но взялись лгать — так лгать надо до конца. Потом парочка в любой момент может объявить о расторжении помолвки, да тем и закончить дело.

— Мои поздравления, — слегка поклонился Крам. На его лице не отразилось ни капли изумления: он действительно не видел ничего странного в том, что присланный Советом следователь и местный психолог собираются пожениться. Он не знал, кто они такие.

Вир подтолкнул Вейму.

— Благодарю вас.

— Ты пришёл к барону? — спросил Лим.

— Нет, я пришёл к Ма… я пришёл к вам.

— А! — в голос произнесли вампиры. — Понятно.

— Увидел телеги и решил узнать, не случилось ли чего.

— Что могло случиться? — проговорила Магда, стараясь не глядеть на инквизитора.

— В округе немало недобрых людей, — серьёзно ответил Крам. — Рыцарь Эфот, чей разум забрал Враг, до сих пор кричит о сожжении проклятых. Да и инквизиция могла послать своих людей.

— Инквизиция?! — изумилась Магда. — Но ты уже здесь!

— Да, — отчего-то смутился инспектор. — Но… мои товарищи… я хочу сказать, я был болен, и они могли решить вмешаться…

— Ага! — произнесла Вейма. Вир снова её толкнул, чтобы не болтала лишнее. Вампирша послушно умолкла, размышляя: как же оборотень был прав! Вот Крам уже себя не относит к инквизиции. Вскоре он окончательно от них отколется. Хорошо ли это для них для всех? Хорошо ли это для Магды?

— Магда… — неловко произнёс Крам. — Если можно… я хотел бы поговорить…

— Зачем? — тихо произнесла ведьма, избегая встречаться с инквизитором взглядом. — Не о чем нам с тобой разговаривать.

— Магда, я прошу тебя!

— Нет.

«Не упрямьтесь, идите, — услышала девушка мысленный шёпот вампира. — Вдруг он что-нибудь интересное скажет».

Магда бросила затравленный взгляд на друзей. Лим сложил руки на груди с самым неумолимым видом, Вейма заинтересованно ждала реакции подруги. Ведьма вздохнула так, будто Крам пригласил её не на разговор, а на допрос с пристрастием.

— Магда… я…

— Хорошо, — сухо бросила ведьма. — Но в последний раз.

По губам Лима скользнула ехидная усмешка. Он прочитал планы инквизитора и в «последний раз» верил с трудом. То есть вообще не верил. Вейма решила подождать. В крайнем случае можно будет припереть вампирёныша к стенке, чтобы рассказал о том, что увидел. А нет — лучше не портить себе представление.