Диана Дуэйн - Визит к королеве

Рхиоу сидела и с изумлением слушала, как небрежно Урруах говорит об управлении силами, которые, если Арху выпустит их на свободу, могут сорвать весь Грэндсентрал с его пронизанной туннелями подземной части и зашвырнуть в стратосферу так же легко, как кошка подкидывает в воздух только что пойманную крысу. Впрочем, таков был стиль Урруаха, и подобное обучение, казалось, шло Арху на пользу. Типичные замашки кота, — подумала Рхиоу и не позволила своим усах шевельнуться в улыбке: неблагоразумно показывать Урруаху, что он ее забавляет. — У котов все всегда только и сводится к обмену ударами и покусанным ушам. Что ж, ладно: раз это срабатывает…

Сеть гиперструн, образующих ворота, внезапно ярко вспыхнула и растворилась в пространстве. Кошки увидели улицу, залитую золотыми лучами, пробивающимися сквозь зеленую листву, людей, спешащих по вымощенному черными и белыми плитами тротуару; внезапно из-за угла с громким звоном вынырнуло нечто огромное, бело-синее, и ринулось прямо в открытые ворота.

Глаза Арху полезли на лоб. Он с воплем опрокинулся на спину, выпустив все гиперструны из лап и пасти. Тут же все, что было видно сквозь ворота, исчезло, и радужное переплетение струн вернулось на место с гудением, напоминающим гитарный аккорд: в них резонировала энергия, державшая ворота открытыми.

Арху лежал на покрывающей асфальт гари и тяжело дышал.

— Что я… Я ведь не…

Рхиоу зевнула.

— Это был трамвай.

— Что?

— Ну, нечто вроде автобуса, — объяснила Рхиоу. — У него электрический двигатель. В некоторых городах эххифов используется такое транспортное средство. Только не спрашивай меня, что это был за город.

— Синий с белым трамвай… — протянул Урруах. — И еще запах… Это был Цюрих.

— Урруах…

— Нет, серьезно! Там есть мясная лавка, как раз за углом на Банхофштрассе, где такие сосиски…

— Урруах!

— А? Что? В чем дело?

Рхиоу вздохнула. Урруахом правили четыре страсти: магия, еда, секс и оххра.[3] Они постоянно боролись за первенство, и можно было не сомневаться: в любом разговоре с Урруахом по крайней мере одна из этих тем непременно будет упомянута, и не единожды.

— Нам совсем ни к чему слушать насчет сосисок. Ты именно эти координаты задал воротам?

— Я никакие конкретные координаты не задавал, просто велел найти города с населением от трехсот до пятисот тысяч человек, в которых есть ворота.

— Тогда ты хорошо справился, — сказала Рхиоу Арху, — хотя и впал в панику. Ты очень точно синхронизировал «там» и «тут».

— До того момента, когда впал в панику. — Арху быстрыми резкими движениями, выдававшими смущение и гнев, тер лапой мордочку.

— Никакой беды не произошло. Впрочем, ты всегда должен быть готов к неприятностям, когда открываешь проход в незнакомое место. Это, кстати, еще одно основание сначала установить только визуальный контакт: нужно удостовериться, что координаты заданы правильно.

— Отдохни немного, — предложил Арху Урруах, но тот снова повернулся к воротам и стал, внимательно следя за последовательностью своих действий, цеплять когтями гиперструны.

— Упрямый, — безмолвно сказала Рхиоу Урруаху.

— Не такая уж плохая черта, — ответил кот. — В нашем деле упрямство может сохранить тебе жизнь, когда одной сообразительности окажется недостаточно.

Рхиоу помахала хвостом в знак согласия. Они с Урруахом следили, как Арху снова активизировал матрицу и обеими лапами потянул за гиперструны, потом наклонился, осторожно ухватил зубами еще один пучок и присоединил его к тем, что уже держал в когтях. Ворота замерцали.

Перед кошками по улице в обе стороны ехали автомобили и автобусы, спешили пешеходы. За низкими зданиями вдали виднелись две огромные квадратные башни с острыми крышами; между ними высоко в воздухе висел мост, похожий на акробатическую трапецию. Что-то в открывшемся виде было странное…

— Машины едут не по той стороне, — неожиданно сказал Арху.

— Именно, — согласилась Рхиоу. — На планете есть места, где ездят не так, как эххифы в Нью-Йорке.

— Никто на планете не ездит так, как эххифы в Нью-Йорке, — проворчал Урруах.

Рхиоу распушила усы, улыбнувшись.

— С этим не поспоришь.

Люди сновали по тому месту, где находились бы ворота, будь они открыты.

— Надо же, — растерянно пробормотал Арху, — все время попадаются города.

— Что ж ты не познакомил его с теорией? — мысленно добродушно упрекнула Урруаха Рхиоу, а вслух сказала:

— Понимаешь, Арху, если поместить много представителей любого вида на ограниченную площадь, ткань мироздания начинает прогибаться под давлением умов, сосредоточенных на достижении своих целей. Если число существ превысит определенный порог, в этом месте начнут случаться странные вещи, поскольку пространственно-временной континуум приобретет необычные свойства. О таких местах начинают говорить, что там все возможно и все достижимо. После перехода порога ворота между мирами начинают возникать спонтанно.

Меньшие поселения тоже могут вызывать появление ворот, если существуют достаточно долго, — продолжала Рхиоу. — Эффект оказывается кумулятивным: есть такие города эххифов, которые были основаны тысячи лет назад, и хотя их население никогда особенно большим не было, ворота там есть.

— Вроде Чатал-Хююка или Ура,[4] - сказал Урруах. — Эти древние ворота могут оказаться капризными, страдающими идиосинкразией… за тысячи лет у них накапливаются странные воспоминания, не всегда добрые. С новыми воротами, возникшими в местах скопления населения, работать гораздо безопаснее.

— А что за пороговое число, о котором ты говорила? — спросил Арху, не отрывая взгляда от ворот.

— Константой оно не является, — ответила Рхиоу, — меняется в зависимости от вида разумных существ. Для эххифов оно составляет порядка десяти миллионов, для Народа — восьмисот тысяч, плюс-минус хвост.

Арху недоверчиво взмахнул собственным хвостом.

— Где это ты наберешь столько кошек?

— Ну, например, прямо здесь, в Нью-Йорке, — сказала Рхиоу. — Все эти домашние любимцы, да и бездомные тоже… Миллион наберется на одном только Манхэттене. Так или иначе, нас достаточно, чтобы даже без учета эххифов получить ворота… а их тут тоже хватает. Из-за такого большого смешанного населения не приходится удивляться, что здешний комплекс — самый большой на планете.

— К тому же он имеет прямую связь с Нижней Стороной, — добавил Урруах. — Все ворота имеют с ней косвенную связь; насколько мы знаем, именно появление ворот на Нижней Стороне сделало возможным возникновение всех остальных.