Навий мир - Владислав Викторович Порошин

леса выползла трёхметровая гигантская человекоподобная фигура.

– Вий, – прошептала Дарья. – Вииий! – прокричала она, призывая на стену Григория Баярдовича Энбарра и Кантемира Сирина.

– Вот тебе и сад с райскими яблочками, – зло хмыкнула Таисия Воркот.

Глава 3

Трёхметровый широкоплечий с толстыми, как бочки ногами монстр медленно шагал к нашему временному пристанищу, где кроме нас прятались волки, белки, бобры, олени и лисы. Кстати, зверушки почувствовав неладное заметно разнервничались и кто-то из них принялся жалобно скулить, а кто-то рыть спасительные норы.

– У нас с вами, братцы, два выхода - либо бежать, либо принять бой, – прошипела наша командирша Дарья Белозёрова.

– Точнее уже один, – криво усмехнулась её подруга Таисия. – Вон та новая стая бесокрылов нам даже не даст взлететь.

«Интересно на чём здесь вообще можно взлететь? – подумал я, оглянувшись по сторонам. – Что-то ковра-самолёта и летающих мётел со ступами я тут не заметил». Затем я бросил короткий взгляд на небо и различил на фоне звёзд несколько десятков новеньких и свежих крылатых чудовищ. А Вий тем временем проделал уже половину пути к этой старой башне. И я, рассмотрев его голову, про себя буквально присвистнул, ибо вместо рогов, шерсти и волос из его уродливой черепушки росли змеи, как у мифической Медузы Горгоны.

– Встали в круг! – рявкнула Дарья. – Делаем заклинание молнии! Другого выхода у нас нет!

– Для молнии однако требуется пятеро чародеев, – как-то без энтузиазма протянул Григорий Баярдович.

– А нас и так пятеро, – прошипела Таисия Воркот. – У Арсенчика природная предрасположенность к магии, у него это прописано в ауре.

– Оповещён прежде должен быть Арсений, что магии боевой разрушительны бывают последствия, – невозмутимо произнёс Кантемир Сирин.

– Потом понудишь, Кантемир! Всё потом! Встали в круг! – заголосила командирша Дарья, так как теперь Вий приблизился к нам на 30-метровое расстояние, и теперь каждый из нас разглядел его красные и кровожадные глаза.

После чего все мы быстро встали друг к другу лицом, и Дарья протянула свою руку вперёд, как это делали мушкетёры перед произношением клятвы. И сначала её ладонь накрыла рукой Таисия, затем Кантемир и Григорий Баярдович, и последним свою пятерню положил я.

– На счёт три, – прошептала командирша. – Раз, два, три.

– Фульгур! – хором кирнули ребята.

И по моему телу пробежала волна кого-то необъяснимого жара, как будто разом в жилах вскипела кровь. А потом из наших сжатых рук вылетел тоненький столбик света, который на высоте в несколько метров преобразовался в маленькую тёмно-синюю тучу. Далее Дарья развернулась лицом к Вию, который уже вплотную подобрался к световой границе наших «обережных огоньков», и что было сил прокричала:

– Перуууун!

И, махнув рукой в сторону трёхметрового монстра, заставила нашу волшебную тучку выстрелить яркой обжигающей глаза вспышкой.

– Ту-дух! – громко шарахнула молния и, угодив Вию в грудь, опрокинула его навзничь.

Однако это жуткое порождение тьмы и не думало отдавать Богу душу. Вий пошевелился и очень резво привстал на одно колено. И в этот самый момент чуть-чуть вперёд вышла Таисия, и также истошно завопив: «Перуууун!», махнула рукой в сторону чудовища. Вторая молния, что вылетела из волшебной тучки, с громким хлопком угодила Вию в лоб. Его голова дёрнулась, словно он получил в смачный хук на боксёрском ринге, и огромная фигура монстра ещё раз распласталась на земле. И мне даже показалось, что под ногами задрожала стена этой старой башни. Далее не дожидаясь, пока чудовище очнётся, по Вию выстрелили Кантемир Сирин и Григорий Баярдович Энбарр.

– Всё, каюк, – захихикала Таисия Воркот, когда в течение трёх секунд ничего не происходило, и стояла оглушительная тишина. – Вийка склеил ласты и приказал долго жить. Ха-ха. Расскажем в академии, не поверят.

– Самарий Спитамович поверит, однако, – пробасил здоровяк Гриша.

Как вдруг фигура монстра пошевелилась. А затем, напоминая сильно пьяного человека, Вий медленно и неуверенно встал на карачки и упрямо пополз на нашу стену.

– Давай, Арс, бей своей молнией, – прошептала мне Дарья. – Громко произнеси заклинание «Перун» и мысленно бей.

Прежде чем впервые воспользоваться магией я глянул на волшебную тучку, которая заметно уменьшилась в размерах, словно в ней остался всего один заряд. А потом, прошептав про себя: «что за хрень, ну что за хренота?», словно ненормальный заголосил:

– Перуууууун!

И махнул рукой, целя чудовищу из бабушкиных сказок точно в шею.

– Ту-дух! – бабахнула тучка, испарившись в воздухе, затем по моему телу пробежал электрический разряд, и наконец, сверкнула молния и резанула Вия чётко по шейным позвонкам.

Туша монстра вздрогнула, повалилась на бок, а голова, на которой копошились змеиные тела, отвалилась и словно футбольный мяч покатилась к нашей непреступной стене. И я ещё какое-то время, раскрыв рот, с большим интересом наблюдал, как покидает жизнь этих несчастных, прикованных к черепу монстра змей. И вдруг всё перед глазами куда-то поплыло. Ноги подкосились, и я попытался было ухватиться за Григория Баярдовича, который стоял ближе вех, однако в эту же секунду моя рука повисла безвольной плетью, и всё моё сознание погрузилось во тьму.

***

Очнулся я от того, что до меня донёсся ароматный запах жареного мяса, и пустой желудок потребовал простой человеческой пищи. Большое оранжевое солнце или, правильней сказать на местный манер Гелиос взошёл уже высоко. И так как я лежал на обычной копне сена, этот Гелиос светил прямо в глаза. А вот мои соратники по вчерашнему поединку с Вием, скорее сего давно не спали, о чем-то оживлённо спорили.

– Я ещё раз настаиваю, что Арсенчика нужно отвезти в академическую лекарню. Пусть его осмотрят и поставят на ноги именно наши целители, – прозвучал голос Таисии, который мне упорно напоминал кошачье мяуканье. – В таком ослабленном состоянии он через портал может не пройти. А если и пройдёт, то не известно - смогут ли его вылечить тамошние врачеватели? Что мы с вами знаем о ихнем Навьем мире? Почти ничего.

– Там существуют гигантские книжные сокровищницы, ходят трамваи и работают компьютеры, – пробурчала Дарья.

– Дайте, я скажу, однако, – пробасил Григорий Баярдович. – Если мы учёного из другого мира приведём в нашу магическую академию, то Самарий Спитамович нам всем головы поотрывает, вдобавок. Думать надо хоть иногда этой самой головой, однако.

– Есть немалый резон в словах друга нашего, –