Danielle Collinerouge - Гарри Поттер и Враг Сокола

— Кто на этот раз поставил тебе 5 с минусом? — насмешливо спросила другая.

Лили испуганно на них посмотрела.

— Что вам нужно? — спросила она. — Плакать или не плакать — это мое дело.

— Да реви сколько хочешь, дура ты рыжая, — одна из девиц толкнула Лили, и девушка вскочила на ноги. — Но если я тебя еще раз увижу возле моего Майкла, вырву патлы, поняла!

— Какой Майкл? — удивленно спросила Лили.

— О, у неё их так много, что она не знает, какого предпочесть! — насмешливо протянула подруга девицы.

— Ты уже скольких парней отбила, тварь рыжая! — девица снова грубо толкнула Лили.

— О, Берта, у тебя не надо отбивать парней, они сами от тебя сбегают! — громко произнес вышедший из своего укрытия Джеймс.

— А с тобой, Уоткинс, не согласиться встречаться даже бедный изголодавшийся Хагрид, — подхватил Сириус.

— Девочки, какие у вас проблемы? — осведомился Джеймс.

— Пришел защищать свою плаксу Эванс? — огрызнулась Берта.

— Мы все равно её проучим, потому что она пудрит нашим парням мозги! — пригрозила Уоткинс.

— Никому я ничего не пудрила. Я не виновата, что несколько парней строили мне глазки. Я не просила их об этом.

— Не оправдывайся перед ними, Эванс, — покровительственным тоном произнес Сириус, — просто нормальным парням нравятся красивые девушки, а не троллихи.

— Это кто троллихи! Мы? — вскрикнула Берта и выхватила волшебную палочку. Её две подруги последовали её примеру.

— Ой, я сейчас упаду от страха, — дурашливо сказал Джеймс.

— Девочки, если вы нападете, я буду вынужден защищаться. Но от моего заклинания слоновьих ушей мадам Помфри ещё не изобрела лекарство. Так что будете ходить первыми красавицами в школе! — усмехнулся Сириус.

— Ты придурок, Блек, ты и Поттер! Два дружка-неразлучника! — заорали на них старшекурсницы. — Ходите, два дебила, рот до ушей! Вам девушки, наверное, вообще не нужны!

— Ещё одно слово в таком духе, и будете висеть, как Слинявус прошлой весной, — сверкнул глазами Джеймс.

— Причем, я думаю, там будет чего-нибудь поинтереснее, чем Слиньковы грязные трусы, верно? — недобро улыбнулся Сириус.

— И если я ещё раз увижу вас возле Эванс!.. — но договорить свою угрозу Джеймс не успел, Берта выстрелила в него заклинанием Фурункулюс. Однако реакция ловца Джеймса не подвела, и он успел отбить выстрел. Сириус что-то быстро произнес и сделал выпад волшебной палочкой в сторону Берты. Та взвизгнула и схватилась за нос.

— Кто следующий? — осведомился Джеймс.

Берта отняла руки от лица, и все увидели, что вместо носа у девушки вырос пятачок. Её подруги ахнули. Уоткинс неожиданно даже для самой себя захохотала. Лили едва сдержала смех. Джеймс и Сириус довольно улыбались. Берта хотела что-то закричать на них, но вместо ругательств из её рта вырвался поросячий визг. После этого от смеха покатились все. Берта ткнула в хохочущего Сириуса волшебной палочкой и снова громко хрюкнула. Сириус зарыдал от смеха, а Джеймс повалился в траву. Берта резко развернулась и побежала в больничное крыло. Её подруги кинулись за ней.

— Ну как, Эванс, классно я её? — Джеймс растянулся в самодовольной улыбке. — Ежели чего, обращайся! Я ещё могу накладывать заклинание-мычание и заклинание заячьих ушей! А хочешь, покажу тебе, как действует заклинание слоновьего хобота?

— Дурак ты, Поттер, — устало вздохнула Лили.

— Не, ну почему! — возмутился Джеймс. — Я же спас тебя!

— А за то, что спас, спасибо, — кивнула Лили и, повернувшись, ушла.

— Сири, ты чего-нибудь понял? — спросил Джеймс.

— Женщин не понимать надо, а … любить, — снисходительно ответил Сириус, и Джеймс прыснул.

— Ладно, пойду теперь с Макгонагалкой разберусь, — и он взъерошил волосы.

Глава 23. Этот загадочный Добби

Гарри открыл глаза. Часы на прикроватном столике показывали пять утра. Гермиона спала рядом, держа в руках рукопись своей брошюрки «Хотят ли эльфы быть рабами» с заложенным в ней карандашом. «Опять правкой занималась. Ой, а я так и не прочитал её сочинение. Ладно, если завтра этот «Волшебный голос» не напишет какую-нибудь гадость, то начну читать», — Гарри аккуратно вытащил из рук Гермионы книгу и положил её на прикроватную тумбочку. Затем он снова лег на подушку и обнял Гермиону, удобно вытянувшись вдоль её теплого тела. Почему-то вспомнился Добби. Гермиона говорила, что в её книгу вошла история этого эльфа. Интересно, а где он спит, например, сейчас? У Кричера было свое гнездо в кладовке возле кухни в доме Сириуса. Гарри вздохнул. А в комнате за сэром Кэдоганом Гарри никакого «гнезда» никогда не видел. Надо будет спросить у самого Добби. Гарри тихонько шепотом позвал эльфа.

— Добби к вашим услугам, сэр! — рядом с Гарри в темноте моргнули два больших зеленых глаза.

— Где ты спишь, Добби? — спросил его Гарри.

— Под кроватью Гарри Поттера и госпожи Гермионы, — учтиво ответил эльф.

Гарри свесился с кровати, взял с тумбочки волшебную палочку и, прошептав «Люмос», заглянул под кровать. На полу был постелен мягкий матрас, на котором лежало несколько подушек, обвязанных по краю витиеватым узором.

— Ух ты! — удивился Гарри.

— Госпожа Гермиона оказала недостойному Добби такую честь! — шепотом прорыдал Добби. — Она сама связала Добби эти подушки и велела спать на мягком матрасе! Раньше Добби спал на старых газетах в пыльном углу одной из кладовых Люциуса Малфоя! — Добби зарыдал в голос.

— Да тише ты! — возмущенно зашипел Гарри. — Гермиону разбудишь!

Добби, испуганно вытаращив глаза, мгновенно заткнул себе рот, а затем принялся молча лупить себя по голове кулаком. Гарри, тоже молча, попытался перехватить лапки эльфа.

— Иди спать, Добби! — наконец догадался приказать ему Гарри.

Гермиона, разбуженная рыданиями Добби, сонно что-то пробормотала. Гарри тут же лег рядом с ней, и девушка, удобно устроившись на его плече, снова уснула. Гарри попытался последовать её примеру. Он закрыл глаза и подумал, что завтра с утра нужно будет услать куда-нибудь Добби, а ещё было бы так здорово, если бы приснилось, как именно папа разобрался со строгой профессором Макгонагал.

— Что вам, Поттер? — строго спросила Макгонагал, когда увидела вошедшего Джеймса.

— Я бы хотел поговорить с вами, — вкрадчиво произнес он своим мягким и уже взрослым голосом.

Минерва посмотрела на него настороженно.

— Садитесь, Поттер, — наконец, произнесла она и указала на стул напротив своего стола.

— Я хотел поговорить о Лили Эванс, — сказал Джеймс.