Ярослав Коваль - Венец проигравшего

— Скажи горничной, чтоб проверила, готова ли она. И если готова, то пусть спускается.

Обеспокоенным взглядом я поискал сыновей. Яромир, Юрий, Сергей и Егор определённо старались держаться вместе и при этом подальше от меня — может, опасались, что перехвачу и мигом выдам за… ну, в смысле, женю на первой попавшейся кочевнице. Пришлось несколько раз и напоказ сделать строгое лицо — заметили в конце концов, неохотно потянулись общаться.

В отличие от них Даша пылала энтузиазмом. Она появилась в зале так быстро, что я заподозрил — не на лестнице ли ждала, когда мать позовёт? Одетая в самое лучшее своё платье, увешанная драгоценностями матери и сестры, красиво причёсанная, девочка пыталась вести себя по-взрослому, вернее, так, как сама себе это представляла, и стреляла по сторонам глазками, будто пыталась играть в Лолиту.

Общительные, раскованные, смешливые дети всегда привлекают внимание. То, что не смогла сделать Моресна, легко осуществила её дочь — у Даши получилось привлечь внимание Мэириман и завязать с ней непринуждённый разговор ни о чём. Потом точно так же свободно моя дочка принялась болтать и с потенциальным женихом — старшим сыном главы клана, двадцативосьмилетним парнем, который разговаривал с ней очень уважительно, хоть и с улыбкой в глазах.

Отступив к стенке, я потихоньку поскрипел зубами.

— Он её на семнадцать лет старше. Практически в отцы годится, ёлки-палки…

— И что тебе не нравится? — холодно осведомилась Моресна.

— Он же взрослый мужик совсем, а Дашенька ребёнок!

— И что? Они ж не нырнут прямо сразу в постель. Ты ведь оговоришь, конечно, что брак станет фактическим не раньше, чем года через три?

— Он её больше чем в два раза старше! Чёрт!

— На себя посмотри!

— Знаешь, родная… Я ведь не просил подбирать мне малолетку в жёны! Ты сама это сделала.

— Если бы я выбрала тебе немолодую деваху вроде меня, окружающие бы точно решили, что у тебя не все дома. Да и где бы я взяла тебе незамужнюю аристократку старше двадцати?

— А что — не бывает? Ну ладно…

Болтовня шла своим чередом, слуги умудрялись проходить сквозь толпу с такой лёгкостью, словно по свободному пространству, и ещё с огромными подносами в руках. Джаснева хоть и была увлечена разговорами, всё замечала и успела сцапать с подноса бокал сладкого вина. Я дёрнулся было вмешаться, но мысленно плюнул. Ладно уж, с одного бокала большой беды не случится.

— Проследи, чтоб она больше не пила алкоголь.

— Но почему бы на своём первом приёме ей не…

— Машка!

— Всё, всё поняла. Иду.

Моресна отправилась отбирать у Джасневы второй бокал, в результате всё-таки оказалась рядом с Мэириман, и через пару минут тема детей и их воспитания всё-таки втянула жену в разговор. Выдохнув, я поискал взглядом Аштию и Джайду. Да, вон они, общаются с Мутаггиром и Сармалом. Там же и Иджимал нервозно сапогом постукивает по ковру. Значит, разговор идёт о деле, это не пустая лёгкая болтовня.

Любопытно, а вон Сергей танцует с Мангаревой. Как интересно… Юрий и Ярка повернулись к залу спиной и пьют… Кстати, не только они. Вон с ними второй сын Мэириман, пьют все вместе. Каким любопытным способом мои отпрыски налаживают межмировые связи! Хорошо, что Яромир успел вернуться с востока, иначе б Юрке одному и такой задачей не справиться. У моих старших близнецов здорово получается раскручивать новых знакомых на дружеское общение под винцо с закуской.

А вон Егор. Болтает с младшим мужем Мэириман, Тагалатом. Парень намного моложе своей жены, но, кажется, не очень по этому поводу страдает. И общение у ребят лёгкое, с шуточкой — оба смеются, обсуждают что-то, как я когда-то с друзьями у школы трепался о фильмах, состязаниях, тренировках и всяком таком.

Проталкиваясь дальше вдоль фуршетного стола, я оказался в группе, где Тархеб, Рехаб и Отабиш разговаривали с офицерами кочевого народа, среди которых я узнал только Акыля. И обсуждали они, конечно, тактику и стратегию военных действий. Обсуждали осторожно, чтоб не коснуться вопросов, которых даже во время перемирия касаться неприлично. Естественно, все присутствующие хотели поговорить по-дружески и разойтись потом по-дружески.

Но в военном деле слишком много скользких вопросов.

— И как же всё-таки в действительности полагается штурмовать ваши замки? — попробовав вина, поинтересовался Акыль.

— Да не вопрос, мы вам охотно покажем. Только выстройте себе замчишко хоть какой! — разудало пообещал Рехаб — и покосился на меня.

Я улыбнулся, надеясь, что и наши собеседники переведут тему в шуточное русло. Впрочем, напрягался явно зря, кочевники тоже не прочь были похохотать и поострить. Шутили даже про волны пламени, накрывшего в бухте несколько имперских кораблей. Тут я уже улыбался через силу. Мне казалось кощунством шутить про смерти, причём такие страшные смерти. Но ведь у каждого народа своё чувство юмора, и с этим остаётся только смириться. Нам нужен с ними мир.

— Мне так кажется, мы можем слегка отложить взаимное обучение…

— Серге! — окликнула меня Аштия. — Прошу — подойди.

— Что такое?

— Я позову жену, — сказал Мутаггир, вежливо кивнув мне.

— Думаю, самым разумным вариантом будет, если ты выдашь свою дочь за сына госпожи Мэириман, а северные земли станут её приданым.

— Приданым?

— У наших новых соседей это называется как-то по-другому. Но явление в ходу.

— Ты согласен отдать моему клану свою дочь, я верно понимаю? — удивлённо спросила глава клана, подходя. — Она могла бы создать своё семейство, и мой старший сын будет её первым мужем. Так мы смогли бы объединить семейства.

— Я не могу войти в твой клан.

— Понимаю. Конечно. Но речи о том и нет. Разговор идёт о том, что в мой клан войдёт твоя дочь и её будущая семья. Об этом мы говорим. Если мой сын станет первым мужем твоей дочери, они смогут поселиться здесь, поблизости от тебя, и часть моих людей тоже. Так будут соблюдены и ваши традиции, я верно понимаю?

— Не совсем. Но отчасти да. И подобный вариант меня бы очень порадовал. Дочке трудно было бы жить в чужом мире, вдали от матери. Так хоть какая-то постоянная связь сохранится. А вот мой парень, — я обернулся посмотреть, как Сергей танцует с Мангаревой, но они уже не танцевали. Они общались, стоя у фуршетного стола — сын угощал девушку фруктовым десертом, — думаю, сможет освоиться в новых для него условиях. Он справится. Мужчины вообще покрепче женщин будут. Их долг — преодолевать трудности и строить жизнь для себя и своей семьи.

Мэириман кивала, слушая меня. И у её мужей мои сентенции явно не вызывали возражений. То есть они, наверное, так и считают, раз придерживаются порядка, при котором мужчина уходит в новую семью, а женщина остаётся жить на своей земле, в привычном окружении. У Аштии выражение лица на миг стало кисловатым, а вот её дочь продолжала играть опытнейшего дипломата, съевшего целую стаю собак на переговорах с выходцами из чужого мира, о котором почти ничего не известно.