А. Котенко - Отдел странных явлений: Тайны Черной Земли

— Ты не поняла, — покачал головой он, — нет никого лучше любимой сестры Анхесенпаамон, но сестра может быть только сестрой.

В глазах у девушки было тотальное непонимание. Только что-то в ее груди успокаивало душу, говорило: 'Так лучше, так надо…

Она разжала руки. Ей больше не хотелось обнимать его. И больше она не хотела говорить с ним о любви, о братьях и сестрах. Она отошла от Тутанхамона и резко сказала:

— Я надеюсь, что ты меня любишь…

Они стояли на проходе между двумя зданиями, накрытым гибкими ветвями дерева, обвитого цветущими вьюнами. Трость валялась на полу, но Тутанхамон и без нее уверенно держался на ногах. Утренний, но такой горячий ветер шуршал складками их полупрозрачных, украшенных золотыми вышивками одежд. Длинный хвост Анхесенпаамон развевался на ветру так, а длинная челка почти полностью закрывала ей глаза. Они не желали подойти друг к другу, чтобы обняться. Казалось, между ними вырастала высокая невидимая стена. Тутанхамон потупил взгляд и поправил рукой сбившуюся набок чёлку, а потом резко поднял голову, и уставился на супругу.

— Я люблю тебя, сестра.

Закрыв лицо руками, она бросилась прочь.

Не откладывая в долгий ящик, Ваня отправился во дворец. Он чувствовал, что свиток Эйе необходимо как можно быстрее показать фараону. То, что в нем содержалась величайшая мудрость будущего, программист предпочитал не думать. Слишком комичной ему казалась сцена записывания каких-то ключевых идей на рулоне дешевой бумаги для…

Показав страже пропуск с голограммой, молодой человек без проблем очутился в саду у владыки Обеих Земель. Зачарованные радужными переливами охранники провожали нового соглядатая Его величества трепетными взглядами. Только пропуск в отдел парень решил не оставлять на древнем КПП, еще пригодится в Москве. И кто знает, как Шаулин относится к потерявшим документы, вдруг не намного лучше, чем к увольняющимся ПСЖ.

— Я к Его величеству, — поклонился Дураков перед управляющим, неповоротливым человеком в длинной белоснежной простыне.

Ни говоря ни слова, мужчина кивком пригласил гостя пройти за ним в зал. Ваня ждал недолго. Вскоре из-за двери за троном вышла царица и уселась на свое законное место.

По глазам девушки было ясно, что она долго плакала, и только прежде, чем появиться перед гостем, подправила потекшую косметику.

— Здравствуйте, госпожа, Анехе… Анху…Анка… — не мог припомнить Ваня имя владычицы Обеих земель.

Легкая улыбка скользнула по ее лицу, и она сама назвала себя.

— Позвольте называть вас Аня, госпожа, — встав на одно колено и склонив перед царицей голову, учтиво попросил программист.

— Если вам так легче, чужестранец, почему бы и нет, смотря какой смысл несет в себе слово Аня…

— Милостивая, грациозная, — начал перечислять красочные эпитеты молодой человек.

— Мне нравится, чужестранец, — кивнула Анхесенпаамон, — я согласна быть для вас Аней. А теперь позвольте узнать, с чем вы пожаловали в наш дом?

Вынуть свиток сразу или подойти со стороны — подумал программист. Главное — не напугать девушку. И в первую очередь Ваня поинтересовался, отчего к нему не вышел сам фараон, потому что его дело именно к господину, а не к госпоже.

Царица вздрогнула и чуть не расплакалась. Недоброе предчувствие охватило Ивана. Неужели колдунья добралась-таки до правителя ночью и убила его. Но ответ Анхесенпаамон успокоил агента ОСЯ:

— Он немного нездоров, отдыхает у себя, попросил никого не беспокоить. Думаю, я смогу передать ему все, что вы принесли.

— Считайте, что я доверяю вам, — учтиво подметил Иван и достал из кармана сверток туалетной бумаги.

При виде выкраденной из дома Эйе улики, Анхесенпаамон побледнела и закрыла рот рукой.

— Боги, только не это! — вскрикнула она, вскакивая с трона.

Царица было кинулась вниз по ступенькам, чтобы выхватить из рук гостя напугавший ее до полусмерти свиток, но вдруг она остановилась и медленно осела на колени.

— Аня, что с вами? — Иван тут же оказался рядом, подхватив свалившуюся в обморок царицу на руки. — Слуги! Лекаря, скорее!

Царицу отнесли в ее покои и положили на мягкий голубой тюфяк, где вскоре она и пришла в себя, увидев рядом верную служанку Мерит и Ивана Дуракова.

— Фух, обошлось, — перевел дух программист, широко улыбаясь владычице.

— Вы нас так напугали, госпожа Анхесенпаамон, — причитала служанка, хлопоча с отварами.

— Все в порядке, дорогая, — проведя рукой по прохладному лбу, прошептала царица, — оставь меня с Иваном наедине, мне надо ему кое-что сказать.

— Как прикажете, госпожа. Жду за дверью и никого не впускаю.

Правительница, довольно улыбнувшись, кивнула, и слуга тут же удалилась. Ваня не торопился снова доставать свиток, до обморока напугавший Анхесенпаамон. Он молча смотрел перед собой, ожидая, что же скажет ему владычица Обеих земель.

В комнате повисло напряжение, потому что и царица не торопилась начинать говорить.

— Аня, — начал Иван, — почему вы так испугались того свитка?

Правительница удобнее устроилась на тюфяке, скрестив руки на коленях. Наблюдательный программист видел, что девушку очень сильно волновал рулон туалетной бумаги, и она с трудом сдерживала чувства.

— Это проклятый свиток, — наконец, выдавила она, — брат принес его из одного сна лет семь назад. Он отдал это Эйе, сказав, что там содержится мудрость грядущих поколений, и просил никому не показывать. Как вы нашли свиток?

— Украл у Эйе, — честно признался программист, — подозревал его в заговоре против вашего брата и искал улики.

Поймав напуганный взгляд Анхесенпаамон, Ваня тут же начал оправдываться:

— Не волнуйтесь, госпожа, верховный жрец не заметит пропажи. И я постараюсь вернуть свиток на место после того, как расшифрую написанное в нем. Не поможете?

— Нет, — холодно ответила царица, — я не враг своему брату.

Семь лет назад по словам правительницы, Тутанхамона постоянно мучили ночные кошмары. И она, владеющая магией цветов, сварила для брата эликсир, позволяющий забыть о кошмарах и успокоиться. Но прежде, царевич принес из сна странный свиток, адресованный Эйе. Юноша уверял, что написал его сам, и там содержались четкие указания, как следует править Кеметом ближайшие несколько лет.

— Несколько, — прошептал под нос программист, — значит, срок на исходе. Предсказание 'туалетного' философа скоро исполнится.

— И недавно брат опять начал мучиться кошмарами, — продолжила Анхесенпаамон, не обратив внимания на реплики Ивана.

Значит, в свитке указаны подробности заговора против фараона, а сам Тутанхамон выглядел камикадзе, подсунувшим смертный приговор прямо в руки палачу. Какая нелепица!