Роксана Полякова - Мир Мертвых: Хранитель

— Я никогда с ним не встречался, — сказал Григорий и откинулся на спинку стула. — К Сирафиону так просто не попасть, он должен пожелать тебя увидеть, а после еще ждут испытания. Одно из них Туманная Река, после нее семь вод очищения.

— Все так и было? — повернулся ко мне Айрос.

— Д-да… — заикаясь, ответила я.

Глаза Григория расширились и он пристально на меня посмотрел. Этот Сирафион как красная кнопка с надписью «не трогать». Стоит ее нажать, и все присутствующие начинают себя странно вести.

— Так! Ладно! — я начинала злиться. — Внимательно слушаю объяснения, а то ваша непонятная реакция начинает меня уже раздражать…

— Души смертных никогда с ним не встречались ранее, кроме одной — Вилесаны.

— Хочешь сказать, что Алиса как-то с ней связанна? — Айрос провел рукой по волосам, откидывая их назад, но они снова упали ему на глаза в хаотическом беспорядке.

— Вполне возможно, — кивнул Григорий и обратился ко мне. — О чем вы с ним разговаривали?

— Много о чем, я уже плохо помню некоторые моменты нашей беседы. Он говорил про какой-то мой свет и то, что я получу все ответы на свои вопросы, но он так ничего и не рассказал. Айрос… Помнишь, ты говорил мне, будто какая-то женщина тебе сказала, что мы все узнаем про луч от черно-белого человека. Может она именно Сирафиона имела в виду? Его глаза тоже разного цвета, как и у тебя… Вот только немного другие.

— По слухам, один его глаз черный, смотрящий в ад, а другой белый, наблюдающий за раем, — заметил Григорий.

— Да, так оно и есть. Но он сказал, что так же наблюдает и за мирами мертвым и смертным, и еще он говорил, что не имеет право вмешиваться в судьбы других существ.

— Он единственный, кто знает правду обо всем. Сама судьба исчезнет, если он начнет вмешиваться в ход событий жизни. Возможно, некоторые его знания и облегчили бы наше существование, но путь не всегда должен быть легким. Люди познают хорошее из плохого, если зла больше не будет, тогда добро перестанет существовать.

Григорий замолчал и немного задумался. Я опустила глаза на свое кольцо и покрутила его на пальце. Символы на нем не светились.

— Я спросила у него по поводу Вилесаны.

— Он что-нибудь ответил?

— Все называют меня каким-то «Лучиком», и я вспомнила, как ты называл Вилесану «Лучом света» и поэтому спросила, есть ли между нами что-то общее. Он ответил, что несомненно есть, но свет Вилесаны не просто достается по крови, его нужно заслужить.

— И как думаешь, что он под этим подразумевал?

— Понятия не имею.

— Может ты ее потомок? — пожал плечами Григорий.

Я рассматривала подобный вариант, но почему-то все мое существо кричало — этого не может быть. Та женщина, Ильвия, мне нужно о ней узнать. Она говорила, что ответ находится в моем сердце, но оно почему-то не спешит известить об этом мозг.

— А что значит «Луч»? — спросила я.

— Есть легенда… — начал Григорий, но я его перебила.

— Ваш мир весь из легенд что ли состоит?

Он раздраженно вздохнул, потер пальцами лоб и посмотрел на меня как на дурочку.

— Жизнь здесь длится очень долго, каждое событие со временем превращается в слухи, и чем дольше слухи бродят по миру, тем больше у них шансов стать легендами. Можешь считать мой рассказ старой сказкой для детей, если тебе так больше нравится.

— Ладно-ладно… Рассказывай уже, — махнула рукой я, не желая больше продолжать эту тему.

Григорий поерзал на стуле и положил руки на стол, сцепив их в замок, Айрос откинулся на спинку стула и нервно постукивал пальцами по столу, я же просто молчала. После недолгой тишины Григорий наконец-то заговорил:

— Есть легенда, что придет время, когда столкновение между светом и тьмой станет неизбежным и затронет даже смертных. Грани между мирами истончатся, что позволит их с легкостью пересекать, и тогда появится «Луч», который примет одну из сторон.

— То есть сторону ангелов или демонов?

— Да, — кивнул Григорий. — Сама сущность Луча будет смертна и бессмертна. — он пожал плечами в ответ на наш вопросительный взгляд. — Не могу сказать точно, думаю, что Луч будет нефилимом…

— Но это невозможно, — отрицательно покачал головой Айрос. — В наше время появление нефилимов строго запрещено.

— А не может ребенок быть от смертной души и кого-то из бессмертных, — выдвинула свое предположение я.

— Исключено, — махнул рукой Григорий.

— Но почему?

— Души смертных не могут иметь детей.

— Другими словами, — Айрос устало потянулся. — Их шанс познать материнство или отцовство есть только в Смертном мире.

Эта новость опечалила меня. Я всегда любила детей, и мечтала, что когда-нибудь смогу родить своего малыша, но когда вернусь в Смертный мир, Айроса рядом не будет, а другого мужчину не хочу. Даже представить тяжело, что в моей постели будет кто-то другой.

Все надежды на жизнь после смерти, перестали быть такими уж радостными. Костяшки побледнели от того, как сильно я сжала кулаки. Теплая ладонь накрыла мою руку и сжала ее. Айрос смотрел с понимающим взглядом, ему не нужна была никакая ментальная связь, чтобы понять причину моего расстройства.

— Тогда, почему ты думаешь, что это будет нефилим? — спросила я.

— Возможно, нужный нам нефилим будет потомок Вилесаны и Диллиона, который унаследовал силу света.

— Ты думаешь, что этот потомок Алиса? — поинтересовался Айрос.

— Я не уверен, — Григорий провел ладонями по лицу, устало вздыхая. — Но скорее всего так оно и будет.

— Я не потомок Вилесаны и Диллиона, — недовольно проворчала я. — Такого просто не может быть. Подобные совпадения возможны один на миллион и самое важное — я в них не верю.

— Ну и отрицать подобную возможность тоже глупо, не зря тебя демоны называли Лучиком, — возразил он. — К тому же сам Сирафион сказал, что связь между вами есть.

— В любом случае ее нужно вернуть обратно как можно скорее, независимо от того кто она. — с серьезным видом сказал Айрос. — Если Алиса действительно «Луч», то ей безопаснее на стороне смертных. Пребывание там может дать нам нужное время, чтобы выяснить ее древо предков и наконец-то узнать потомок она Вилесаны или нет.

— Не нам, а мне, — покосился на него Григорий. — Ты будешь охранять ее. Нельзя, чтобы она попадала под влияние ада или небес. Иначе столкновение добра и зла значительно ускорится и причиной станет — Алиса. Обе стороны захотят ее.

— А что вообще умеет Луч? — спросила я, чувствуя себя шкурой неубитого медведя, которую охотники уже начали делить. — Почему такой ажиотаж в попытке его получить.