Маргарет Уэйс - Второе поколение

— Нет кричащих детей...

— Нет мужей, возвращающихся после битвы в крови и грязи...

— Незачем каждый день полоскать в ручье белье...

— Нет бесконечных разговоров о войне и хвастовства подвигами...

— Мы читали книги, — сказала темноволосая красавица. — У старого мага их множество в библиотеке. Мы стали образованными и поняли: нам не надо жить прежней жизнью. Мы хотели, чтобы наши сестры и матери разделили с нами все новые выгоды, потому пошли на хитрость и потребовали, чтобы сюда приводили женщин до тех пор, пока все не собрались тут.

— Клянусь моей бородой... — в страхе воскликнул гном.

— Нам не хватает лишь симпатичных мужчин, чтобы не чувствовать себя одиноко по ночам, — сказала блондинка, улыбаясь Стурму. — А теперь Серая Драгоценность позаботилась и об этом...

— Я должен найти Лорда Гаргата, — сказал Палин, резко поднимаясь. Его сильно шатнуло. — Остальные собираются со мной? — спросил юный маг, борясь с непонятной слабостью и задаваясь вопросом, почему братья не кажутся уставшими.

— Да, — произнес Танин, с трудом выпутываясь из объятий темноволосой красавицы.

— Рассчитывайте на меня, парни, — мрачно заявил гном.

— Стурм? — спросил Палин.

— Оставьте меня здесь, — ответил тот. — Я займусь здесь... вроде как прикрытием тылов...

Женщины рассмеялись.

— Стурм! — сердито повторил Танин. Воин махнул рукой:

— Проваливайте, если вам так хочется болтать с заплесневевшим старикашкой, в то время как здесь можно неплохо развлечься!

Танин снова открыл рот, сердито насупив брови, но Палин остановил его.

— Предоставь это мне,— сказал маг, ухмыльнувшись.

Осторожно положив посох на подушки, Палин поднял обе руки, вытянул их вперед и направил на Стурма. Затем начал нараспев читать заклинание.

— Эй! Что ты делаешь? Перестань! — задохнулся Стурм.

Но Палин продолжал, постепенно поднимая руки, и вот лежащее на диване тело Стурма поднялось в воздух, повиснув на высоте шести футов от земли.

— Какой замечательный фокус! Покажи нам еще! — закричали женщины, аплодируя.

Палин снова заговорил, щелкнул пальцами, и появившиеся из ниоткуда веревки опутали ноги и руки среднего брата. Женщины радостно завизжали, многие из них начали переводить восхищенные взгляды с мускулистого Стурма, связанного теперь по рукам и ногам, на мага, умевшего такое.

— Х-хороший трюк, Палин. А теперь опусти меня! — проговорил Стурм, облизывая губы и опасливо поглядывая вниз, на далекий пол.

Довольный собой, маг оставил его висеть в воздухе и повернулся к Танину.

— Мне тащить его за собой? — непринужденно спросил он, ожидая увидеть почтительный трепет Танина, однако обнаружил, что старший брат недоуменно хмурится.

— Палин, — тихо проговорил Танин, — а как ты это делаешь?

— С помощью магии, мой дорогой брат, — сказал Палин, осознавая, насколько Танин глуп.

— Я знаю, что с помощью магии, — резко ответил тот, — и признаю, что ничего в ней не смыслю. Но я знаю, что такие чудеса может творить лишь могущественный маг, а не тот, кто недавно прошел Испытание!

Оглянувшись на беспомощно парящего в воздухе Стурма, Палин кивнул и гордо произнес:

— Ты прав. Я применил очень сложное заклинание без посторонней помощи. Даже посох Магиуса мне не помог! — Он нагнулся и поднял артефакт — древко на ощупь казалось ледяным до рези. Юноша вскрикнул, едва не выронив посох, но сразу заметил, как проходит головокружение, кожа остывает, а гул в голове исчезает. — Моя магия, — пробормотал он, — Серая Драгоценность усилила ее! Я здесь совсем недолго, но посмотрите, что уже могу делать! Почти на уровне архимага! Если бы у меня был этот артефакт, я сделался бы таким же сильным, как дядя! Или даже еще сильнее! — Глаза его заблестели, руки затряслись. — Конечно, я использую силу во имя Добра. Я бы отнял у Даламара Палантасскую Башню и очистил ее от Зла. Я бы снял проклятие с Шойкановой Рощи и работал в лаборатории дяди.

На него нахлынули бурлящие видения будущего, такие реальные и живые, что юный маг едва не свалился с ног от мелькающих картинок. Сильные руки подхватили его. Моргая, Палин разогнал туман и, посмотрев вниз, увидел свое отражение в блестящих, темных, хитрых глазах гнома.

— Успокойся, парень, — сказал Дуган. — Ты высоко залетел, слишком высоко для того, у кого только что отросли крылья.

— Оставь меня в покое! — закричал Палин, вырываясь из рук гнома. — Ты хочешь забрать Драгоценность себе!

— Да, парень, — спокойно сказал Дуган, поглаживая черную бороду. — Я имею на нее право. На самом деле я единственный, кто имеет на нее право!

— Сила дает право, гном, — насмешливо ответил Палин. Снова подняв упавший посох, он направился к двери.

— Идешь? — холодно спросил он Танина. — Или я должен тащить тебя за собой, как и того здоровенного чурбана?

Протянув руку в сторону Стурма, он жестом притянул брата к себе. Плывущий по воздуху воин закрутил головой, со страхом и тревогой смотря на Танина.

— О нет! Не уходи, покажи еще фокусов! — закричали расстроенные женщины.

— Остановись, юный маг! — крикнул Дуган. — Ты поддаешься чародейскому влиянию!

— Палин! — Сквозь гул в голове, смех женщин и крики гнома пробился тихий голос Танина. — Не слушай Дугана и меня, да и вообще кого бы то ни было. Прислушайся к себе.

— И что это должно означать, брат? — усмехнулся Палин. — Внезапное озарение? Неужели среди всех этих мускулов заработал мозг?

Он искоса посмотрел на Танина, ожидая, нет, даже надеясь, что старший разозлится и попробует его остановить. «Вот тогда я и покажу ему настоящий фокус, а то и два!» — думал Палин.

Но Танин просто серьезно смотрел на него. И вдруг перед ним появился Рейстлин. Он стоял и глядел — строго, грустно, разочарованно.

— Во... во имя Богов! — пролепетал Палин, схватившись за голову. Жестокие слова, сказанные недавно, резанули сознание.

— Танин, прости! Не знаю, что на меня нашло! — Обернувшись, он увидел беспомощно висящего в воздухе Стурма. — Стурм! — Палин протянул к нему руки. — Извини, сейчас ты сможешь двигаться...

— Палин, стой!.. — закричал в панике Стурм, но было поздно.

Заклинание перестало действовать, и молодой человек с криком грохнулся на пол, где тут же оказался в окружении воркующих и щебечущих женщин. Стурм снова показался среди них лишь через некоторое время, волосы его были всклокочены, а лицо горело. Поднявшись на ноги, он растолкал женщин и захромал к братьям.

— Я был не прав, — сказал Палин, дрожа. — Теперь я понимаю. Эти женщины действительно превращены в рабынь...

— Да, парень, — сказал Дуган, — ты и сам только что был таким же. Это сила Серой Драгоценности пыталась захватить тебя, использовав твои слабости так же, как поступила с этими женщинами.