Андрей Легостаев - Замок Пятнистой Розы

— Я никого не хочу обидеть, — поклонился Мейчон, — но я сам должен был быть на Арене. Мне очень тяжело было бы смотреть на Состязания не с Арены, а со зрительской ложи. Пусть даже на почетном месте.

Наследник реухалского престола удовлетворенно усмехнулся и приказал:

— Дайте мне перо и бумагу.

Ему быстро подали специальную дощечку для письма, перо и бумагу. Он начертал несколько строк и расписался. Подозвал одного из вельмож и велел ему отправляться с Мейчоном в главный элиранат и добиться свидания с Трэггану.

Мейчон снова преклонил колено.

— Я даже не знаю как благодарить ваше величество за все, что вы для меня сделали.

— Для тебя я не сделал ничего. Я сделал это не для тебя, — несколько непонятно ответил принц Марклит. — Мне просто приятно, что еще живут отважные и великодушные люди, ради дружбы готовые на все. Ступай, а то опоздаешь к шествию.

Мейчона вместе с сопровождавшим его вельможей не заставили долго ждать — с подписью наследника реухалского престола и его представителем не спорят.

Их провели вниз, в подвал и открыли дверь в широкий каменный коридор без окон.

Вдоль обеих стен коридора, бок о бок, стояли в ряд вооруженные стражники с факелами в руках.

В противоположную дверь ввели Трэггану и подтолкнули навстречу Мейчону.

Мейчон кивнул сопровождавшему его вельможе, чтобы ждал на пороге и пошел навстречу другу.

Вид у Трэггану был не шибко привлекателен — с многодневной щетиной, со свежим едва затянувшимся рубцом на щеке, с темными кругами вокруг глаз, в грязной рубашке, недавно белой, словно вершины Оклумша, а теперь похожую на вытоптанную горную тропку, когда тают снега. Без меча и даже без традиционного кинжала на поясе, он выглядел почти как неодетый.

«Хорошо еще, что кандалы на него не нацепили,» — подумал Мейчон.

Трэггану, в ярком свете факелов, подслеповато щурил глаза.

— Мейчон, — разглядел он приближающегося друга. — Мейчон, ты жив!

На лице арестованного элла появились такие облегчение и радость, словно перед ним открылись двери тюрьмы.

Мейчон подошел к нему и они крепко обнялись.

— Мейчон, ты жив! — только и мог повторять Трэггану. — Ты жив!

— Конечно, я жив, — согласился Мейчон. — Я хотел выступать сегодня на Состязаниях, но меня отстранили маги-эскулапы из-за тяжелой раны.

Трэггану отпрянул от друга.

— Из-за тяжелой раны? — переспросил он, глядя ему в глаза.

— Да, — небрежным тоном отмахнулся Мейчон и продолжил: — Сегодня я иду к самому Димоэту в Храм Семи Богов и буду просить о скорейшем справедливом суде для тебя. Твоя жена и элл Канеррану не хотят этого делать, придется мне самому.

— Млейн… — чуть ли не простонал Трэггану. — Она отказалась от меня.

— Трэггану! — воскликнул Мейчон. — Трэггану! Не сдавайся! Я знаю, что ты ни в чем не виноват, я…

— Млейн…

— Трэггану! — Мейчон тряхнул друга за плечи. — Воин не сдается никогда!

Трэггану поднял на Мейчона глаза. В свете факелов его лицо казалось сейчас измученным и постаревшим примерно на два срока Димоэта. Вдруг волевые складки появились у губ.

— Я и не собираюсь сдаваться, — твердо сказал элл Итсевд-ди-Реухала. — Даже если судьи приговорят меня к смерти, я на Поле Казни буду сражаться до последнего. У меня есть сын, ради которого, я должен жить. — И вдруг без предупреждения, он перешел на велинойский: — Тот, шестой грани — предатель, он нанял разбойников, чтобы убили тебя.

Трэггану не произнес слово «элиран», поскольку на всех языках оно звучит одинаково, но Мейчон понял друга.

— Подземный ход из моей башни упирается в тупик, — продолжал заключенный. — Там все перерыто ходами земляных червей. От тупика по правой стороне уходит ход, он провалился в одном месте в другой ход, а там целый подземный город разбойников…

— Эй-эй, — закричал, опомнившись, глава стражников, — говорите по-реухалски.

— Его высочество принц Марклит разрешил мне увидеться с другом, — возразил Мейчон.

— В записке сказано, что только увидеться. Там нет ни слова, чтобы вы говорили о чем-то! Я и так слишком много позволяю вам! Все, свидание окончено. Выходите!

Мейчон посмотрел на вельможу, сопровождавшего его в тюрьму. Тот развел руками, показывая, что ничего не может сделать.

Мейчон поднял вверх руку, не произнося ни слова. Все смотрели на него. Он достал из ножен кинжал — стражники мгновенно выхватили мечи. Мейчон, не обращая на них внимания, распахнул куртку, скинул ее и снял рубашку, обнажив торс. Затем сорвал повязки, перетягивающие тело и медленно кинжалом провел по груди — по правой половине, где билось его сердце.

И передал кинжал Трэггану.

Никто из стражников не бросился отнимать оружие у заключенного. Все знали и уважали священный обряд Клятвы Дружбы До Конца Жизни.

Трэггану также молча — оба не помнили слов клятвы, да это и не столь важно — снял грязную рубаху и провел кинжалом по груди, побежала струйка крови.

Они обнялись, прижимая раны друг к другу. Их кровь смешалась под взглядами стражников, в свете тюремных факелов.

— Клянусь, что моя жизнь отныне принадлежит тебе, Трэггану, — произнес Мейчон последние, самые важные слова ритуала.

— Клянусь, что моя жизнь отныне принадлежит тебе, Мейчон, — повторил элл Итсевд-ди-Реухала.

Вельможа у дверей о чем-то глубоко вздохнул.

— Все, — уже менее резко повторил глава стражников, элиран четвертой грани. — Свидание закончено.

— Кейону убит, — быстро по-велинойски прошептал Мейчон другу и перешел на реухалский: — Я добью скорейшего суда, элл Трэггану, и мы докажем твою невиновность. Увидимся в Храме Правосудия.

Трэггану кивнул. Слов, чтобы высказать все, что творилось в душе, не было.

В главном приемном зале элираната, где трудились писари и куда приводили задержанных, дорогу Мейчону и его спутнику преградил элиран шестой грани Дилеоар в сопровождении семи элиранов младшего звания.

— Мейчон из Велинойса, — сказал Дилеоар, обнажая свой меч, — именем закона вы арестованы.

— На каком основании, позвольте спросить? — вмешался сопровождавший Мейчона вельможа из свиты наследника реухалского престола.

— А ты кто такой, чтобы задавать мне вопросы? — раздраженно рявкнул элиран шестой грани.

— Я тебе «не кто такой», засранец, а элл Блайжеггу, доверенное лицо его высочества принца Марклита. Потрудитесь ответить, — он взглянул на опознавательные значки Дилеоара, — элиран ПЯТОЙ грани, на каком основании вы желаете арестовать элина Мейчона?

— Я… — Дилеоар несколько растерялся.

Сзади к Мейчону и его спутнику подошел старший по элиранату.