Патриция Бриггз - Власть холодного железа

— Та самая, которая готова послать на смерть Зи, вместо того чтобы искать настоящего убийцу?

Он презрительно приподнял верхнюю губу.

— Адам? — холодно спросила Нимейн. — Адам Хауптман? Какое отношение имеет Альфа к украденной собственности?

— Они пришли мне на помощь, — сказала я.

— А ты кто?

Она склонила голову набок, и я поняла, что говорю не своим голосом. Он звучал хрипло, словно я десятки лет курю — или ночь напролет кричала. А Нимейн слепа.

— Мерседес Томпсон, — сказала я.

— Койот. Как же ты напроказила сегодня ночью? — Она сделала шаг вперед, и все вервольфы напряглись и застыли. — И чья кровь кормит эту ночь?

— Я нашла вашего убийцу, — устало сказала я, прижимаясь лицом к обнаженной коже Адама. Его запах прокатился надо мной волной ложного утешения: он меня не любит. Но я так устала, что приняла даже это утешение. Скоро я буду поистине одинока. — И убийца сам навлек на себя смерть.

Магия Нимейн убывала, и напряжение заметно спало. Но волки ждали, чтобы Адам сказал им, что опасность миновала.

— Даррил, позвони Сэмюэлю и узнай, сможет ли он приехать, — негромко велел Адам. — Потом позвони полицейскому Мерси. Хани, в багажнике есть одеяло и запасная одежда. Принеси.

— Может, позвонить и Уоррену? — спросил Бен, отводя взгляд от Нимейн, чтобы посмотреть на Адама, но тут его взгляд упал на мою руку. — Дьявольщина. Посмотрите на ее запястье.

Я не хотела смотреть на свою руку, поэтому смотрела на Нимейн, которая одна не казалась испуганной. Нужно немало, чтобы испугать вервольфа. Во всяком случае, мне это раньше никогда не удавалось.

— Запястье сломано, — холодным профессиональным тоном сказала Нимейн. — И кость выше на руке тоже.

— Откуда вы знаете? — спросила Хани, вернувшаяся с одеялом и одеждой. — Вы же слепая.

Нимейн улыбнулась. Улыбка была невеселая.

— Есть другие способы видеть.

— Это можно вылечить? — спросил Бен, глядя на мою руку. Я не ожидала от Бена такого потрясенного тона. Вервольфы привыкли к насилию и его последствиям.

Нимейн прошла мимо Адама, как волк, по запаху. Наклонилась и подобрала лошадиную шкуру друида. Должно быть, шкура свалилась с Тима, когда Адам рвал его на части.

Эти части долго будут сниться мне в кошмарах, но сейчас я слишком отупела, чтобы прийти в ужас. Нимейн погладила шкуру и покачала головой.

— Неудивительно, что мы никак не могли его найти. Ага, вот что ей нужно.

Она отыскала кубок, который закатился под мой ящик с инструментами.

— Что это? — спросил Адам.

— Когда-то его называли Проклятием Орфино, чашей Юона или даром Мананнана. У него несколько назначений, и одно из них — исцеление.

— Он делает другое, — с ужасом сказала я Адаму.

Нимейн посмотрела на меня.

— Он заставил ее пить из него, — сказал Адам. — Я думал, там какой-то наркотик — а это волшебство малого народа?

Она кивнула.

— В руках вора он позволяет порабощать другого человека, полученный в дар — исцеляет, а в руках малого народа — правдиво свидетельствует.

— Не стану пить, — сказала я плечу Адама, передвигаясь в его объятиях, чтобы оказаться как можно дальше от кубка.

— Это вылечит ее? — спросил Адам.

Все услышали шум подъезжающей машины.

— Один из моих, — сказал Адам. Полагаю, для Нимейн, потому что все остальные узнали машину Сэмюэля. Чтобы добраться сюда так быстро, он должен был ехать с работы. Больница всего в нескольких кварталах. — Он врач. Я хотел бы узнать его мнение.

Войдя, Сэмюэль одним взглядом оценил картину: куски Тима, разбросанные Адамом, повсюду кровь, пара обнаженных людей (я и Адам) и Нимейн во всем блеске силы малого народа.

— Посмотри руку Мерси, — сказал Адам.

Я не хотела, чтобы он трогал руку. Сейчас она онемела, но это может в любую минуту измениться. Пока она напоминала скорее крендель, чем руку, сгибаясь в тех местах, где не должна. Когда мы вошли в офис, она действовала. Должно быть, Тим еще больше повредил ее, когда я его убивала.

Но никого не волновало, чего я хотела.

Вначале Сэмюэль только наклонился, разглядывая руку, лежащую у меня на коленях. Он присвистнул.

— Тебе нужно поучиться выбирать друзей, Мерси. Те, с кем ты водишься, слишком небрежно с тобой обращаются. Если так будет продолжаться, ты умрешь еще до конца года.

Он был безжалостно весел, и я поняла, что дело плохо. Его руки легко коснулись моей, но от острой боли из моих глаз посыпались искры. Если бы Адам не держал меня, я бы вырвала руку, но он держал, и крепко. Шепча что-то успокаивающее, ласковое — впрочем, сквозь звон в ушах я ничего не слышала.

— Сэмюэль? — четко и внятно спросил Бен.

Сэмюэль оставил мою руку и распрямился.

— У нее рука как тюбик пасты, заполненный мраморными шариками. Не думаю, чтобы даже сотней болтов и булавок можно соединить разбитое.

Я не из тех, кто падает в обморок, но картина, нарисованная Сэмюэлем, была так ужасна, что в глазах у меня потемнело. Я словно мигнула, но за это время прошли одна или две минуты. Если бы я вовремя не вспомнила о реке, прогноз Сэмюэля заставил бы меня потерять сознание.

Я поняла, что какое-то время была без чувств, потому что сила у Адама копится не мгновенно. Но я слишком поздно поняла, зачем ему это.

— Не надо беспокоиться, Мерси, — тихо сказал Адам, наклонившись, чтобы говорить мне на ухо.

Я напряглась. Я старалась. Но у меня, усталой, измученной болью и ужасом, не было ни малейшей возможности бороться с его голосом. Да я и не хотела бороться. Адам не сердится. Он не причинит мне боль.

Я позволила его силе окутать меня, словно теплым одеялом, и расслабилась. Рука по-прежнему болела, но ощущение покоя обволокло меня и словно отделило от боли и от ужаса. Я слишком устала, чтобы бояться.

— Вот так, — сказал он. — Глубоко вдохни, Мерси. Я не позволю причинить тебе никакого вреда, поняла? Можешь мне довериться.

Это не был вопрос, но я все равно ответила «Да».

Очень тихо — не думаю, чтобы слышали даже другие волки — он сказал:

— Теперь, когда все кончилось, не нужно меня ненавидеть.

В его голосе не было приказа.

— Мне это не нравится, — сказала я.

Он в быстрой ласке провел подбородком и щекой по моему лицу.

— Знаю. Мы дадим тебе то, что тебя излечит.

Эта новость взорвала окутавший меня покой. Он хочет, чтобы я снова пила из кубка.

— Нет, — сказала я. — Не буду. Не буду.

— Ш-ш-ш.

Его сила накатилась на меня и сгладила сопротивление.

— Я знаю малый народ, — хрипло сказал Сэмюэль. — Почему вы вздумали помочь?