Лой Штамм - Исповедь мантихоры

– Нет, конечно, нет, – отмахнулась я, – никаких диванов. Но… Чтобы быть менестрелем, надо хорошо играть на гитаре, арфе, хотя бы на балалайке. А ты знаешь, что играю я весьма посредственно.

– Разумеется, – фыркнул Сергей, – думаешь, я сразу хорошо играл? Ты же только полгода, как начала.

– Знаю, – грустно улыбнулась я, убирая гитару в чехол и с хрустом потягиваясь, – просто иногда так хочется взять гитару, включить диктофон и спеть что-нибудь хорошее. А потом выложить в Интернет, и чтобы песня кому-нибудь помогла. Или знаешь, выступить в маленьком уютном клубе… Чтобы слушали, кричали, радовались… Блин, я понимаю, что мне это вообще ни в дугу, но как же иногда хочется.

– Понимаю, – кивнул парень, – иногда то же самое чувствую. Не нервничай, просто делай что-то. Для начала действительно возьми да и запиши песню, выложи в Интернет под своим именем или разошли знакомым ролевикам, скажи, нового менестреля нашла, пусть своим друзьям кинут, те своим… Не успеешь F5 нажать, как станешь популярна в своей среде. Тебе ведь не нужна популярность среди гламура и рэпаков?

– Боги упасите! – в ужасе замахала я руками, – ну их в Закат!

– Вот и все, – засмеялся Серый, – пошли в комнату мою, пиво пить, мне заодно надо в сети кое-что посмотреть.

– Что, если не секрет? – полюбопытствовала я, направляясь к его дивану и заваливаясь на него, – хочешь посмотреть, не выложили ли на баш цитату твою?

– Не, – только отмахнулся на старый подкол Семчук, доставая из ящика стола пластиковую бутылку, – ты меня отвлекла от чтения одного интересного поста на лиру.

– Не смею мешать, – захихикала я, конфискуя у парня пиво и открывая бутылку, – эй, ты же говорил, что без меня пить не будешь!

– Да я только пару глотков, – начал оправдываться Суслик, – просто не мог удержаться. Вкусное, правда. По вкусу – пятьдесят процентов медовухи.

– Ну-ну, – смерила парня взглядом, от которого тот зябко поежился, но потом махнула на него рукой – читай, мол. А сама занялась дегустацией напитка.

– Ты сегодня хоть завтракала? – спохватился однокурсник, никак не желавший принимать мою блажь по поводу диеты.

Он находил меня аппетитной. Я находила лишними килограммов эдак пять, а в идеале десять. И худела вовсю, скинув за месяц семь килограммов до шестидесяти пяти. При росте метр семьдесят два выходило вроде ничего, но я хотела добить до шестидесяти, если не до пятидесяти пяти. Ассилоху это понравилось. Семчуку – нет. А я даже не знала, чье мнение в этом вопросе меня больше интересует. Наверное, все же, Аса…

– И так не узнаю тебя.

– Как это – не узнаешь? – подозрительно посмотрела я на него, а потом перевела взгляд на зеркало. Отразило оно вроде меня – красные волосы, пухлые щечки, зеленые глаза.

– Просто, – усмехнулся парень. Потом встал из-за стола, подошел и слегка потянул меня за ремень брюк. Брюки покладисто отошли от живота, показывая, что какого-то успеха я в диете все-таки добилась. Парень в священном ужасе посмотрел на свою руку и отшатнулся со словами, – где моя однокурсница?!

– Да ну тебя, – отмахнулась я. Неприятно как-то. Но потом не выдержала, – ладно, что ты там говорил про завтрак?

– Во, узнаю боевую подругу, – всплеснул парень, – иди на кухню. Там пирожки на столе. Завари чайку заодно, а?

– Так и быть, – усмехнулась я и ушла на кухню за пирожком. Все-таки пиво на голодный желудок – не самая лучшая идея.

Чайник медленно жужжал, закипая, я отстраненно смотрела в окно, дожевывая пирожок с картошкой и думая о том, что вчера не надо было так поздно возвращаться с прогулки с Асом. Глядишь, и не проспала бы звонок будильника. Сидела бы сейчас на лекции, у Вовы хард бы забрала, если он его принес, конечно. И жалела, что не прогуляла вместе с Сусликом. Вот уж женская натура – что не сделаешь, все не так. Размышления мои прервал хохот из комнаты. Подавившись пирожком, я кое-как налила себе воды из под крана, отдышалась, и только потом пошла на звук. Асси оказался легок на помине – не успела я выйти в коридор, как пришла смска с приказом встретиться. Именно приказом, потому что, как я поняла, случилась какая-то гадость. Я ответила, что на Проспект Вернадского смогу приехать только через час, он согласился.

Походя, я привычно отпихнула таксу, достала из рюкзака бутылку воды и просочилась в комнату, захлопнув дверь перед самым носом назойливой собаки. Постояла в дверях. Семчук сидел ко мне боком, уставившись в монитор, и усердно хихикал. Последнюю пару минут.

– Ну и над чем ты все ржешь-то? – не утерпев, спросила я у Сулико, открывая бутылку с водой, – и чего читаешь?

– Ржу над тем, что читаю, – почесал в затылке парень, – а читаю я твой дневник, вернее, последний пост. За что ты так над Ежом?

Да, мой дневник это сильно. Я там выложила инструкцию по применению нашего общего знакомого и различные варианты его реинкарнаций. Судя по смеху Сулико, находился он где-то между огнедышащей морской свинкой и кровожадным ольховым дуплом.

– Он хард мой держит в заложниках второй месяц, – пожала я плечами, – как думаешь, он подружился с моими питомцами?

– Это с какими? – подозрительно спросил Суслик как-то странно побледнев. Чего это он?

– Ну с вирусами, – улыбнулась я, – их, правда, запустить еще надо, но, думаю, с этим уж он справится.

– А что за вирусы, которые запускать нужно? – заинтересовался парень, расслабляясь, – троянчиками балуемся? Может, предупредить его?

– Сиди уж, Кассандра. Ты в курсе, что ясновидцев, как и очевидцев, во все века сжигали люди на кострах? – процитировала я Высоцкого, – а вирусы там старенькие, настоящий раритет, потому и хранятся как память о былом. Пиратики там всякие, кролики, овечки, какающие на ярлыки рабочего стола…

– Слушай, я из-за тебя уже двадцать минут чай заварить пытаюсь. Как выхожу на кухню, так выносить начинает, – отхихикав, обиженно округлил время Суслик, представив, видимо, лицо Ежа, когда он увидит удобренный рабочий стол, – кстати насчет вирусов: Лаурка говорила, что у него полным-полно 'червей' всяких и прочей гадости, так что как бы они не начали третью мировую у тебя на харде.

– Ну… Важно, чтобы они какое-нибудь ядерное оружие не использовали, все остальное – фигня, – глубокомысленно протянула я, – и главное, чтобы выносило не вперед ногами. А вообще я не думала, что это ты. Я слышала шорохи и посчитала, что собака шкрябается.

– Конечно, собака… А я уже боюсь выходить в коридор! – в священном гневе возопил однокурсник.

– На кухне тоже жупло? – невинно спросила я у него. Хотела, вернее, но подавилась минералкой, и последнее слово прозвучало настолько ново, что опешил не только однокурсник, но и я сама. Вот уж авторский неологизм…