Наталия Белкина - Принцесса Эрдо

— А вы что здесь делаете, леди?!

Лана подняла забрало.

— Как вы меня узнали?

— Не составило труда! Что за игры?! Вы решили, что это маскарад?! Я же приказал не высовываться!

Некоторые рыцари, стоявшие рядом с бароном, оглянулись, но, судя по всему, не могли понять, к кому была обращена эта гневная речь. Не кому из них не могло прийти в голову, что под доспехами их собрата может скрываться кто-то другой, а тем более — женщина. К тому же из окон мятежного донжона снова полетел мусор, и всем пришлось отступить.

— Прошу вас, барон, простить меня. Мне необходимо было появиться здесь, — проговорила принцесса, после того, как они отошли. — И мне так неловко, впрочем — мне ужасно стыдно, за то что пришлось надеть доспехи погибшего рыцаря.

— Это точно не делает вам чести!

— Но ведь Рудгард мертв, а я… могла бы вам быть небесполезной…

— Это чистый бред! К тому же должен вас разочаровать: тот, ради кого вы затеяли весь этот маскарад и полезли в самое пекло…

В этот момент из окон центральной башни обрушился ливень кипящей смолы. Как раз на случай осады и была она заготовлена слугами Ульгерда. Теперь она как нельзя вовремя пригодилась салигардам. Пролившись прямо на дымящиеся дрова, смола почти залила огонь и начала растекаться, но вскоре вдруг сама загорелась, неся прожорливое пламя к деревянным постройкам подворья. Барон разразился проклятьями. Железное самообладание его начало плавиться: враг использовал против него его же оружие! В выражениях он не стеснялся. Но Лана не обратила особого внимания ни на брань, ни на льющуюся и брызгающую во все стороны смолу. Она вцепилась в плечо барона:

— Он что?! Вы не договорили! Он… мертв?

Им снова пришлось отступить, потому что разливающаяся лава подкрадывалась к их ногам. Но принцесса не отставала:

— Скажите же мне, сын герцога мертв!? Его убили?!

Ульгерд наконец-то остановился и обратил внимание на принцессу. Слезы его не трогали, но он все же решил объяснить:

— Его здесь нет, как нет и Фужака.

— Но вы говорили, что он у вас в плену?

— Был.

— А сейчас?

— Сейчас — не знаю. Его освободили. По крайней мере могу точно сказать, что в моем замке его нет. Здесь вообще нет ни одного салигарда.

После этих слов несколько рыцарей, стоявших рядом с бароном, посмотрели на него. Им тоже был непонятен смысл последней его фразы.

— Что это значит? — отважился спросить один из них.

— А то и значит. Те, кого мы приняли за воинов аббата, — ряженые. Это наемники, переодетые в салигардов. Нам устроили представление!

— Но для чего?! — усомнился Сократ, для которого это тоже стало откровением.

— Они были здесь. Здесь был и Фужак. Освободив своих братьев, они ушли отсюда, разорив имением и оставив этих скоморохов.

— Я так и не понял — для чего, — не унимался брат Ромеро.

— Возможно… это ловушка, — догадалась Лана и вопросительно посмотрела на барона. У него от копоти заслезились глаза.

— Я своими же руками разорил свой замок. Разнес его по камням. Башни горят, ворота не уцелели… Мне не стоило оставлять его… И мои люди… Они погибли…

— Ненапрасно, брат, ты ведь понимаешь? Наша цель — велика, и наше дело правое! — чрезмерно напыщенно для такой ситуации изрек Сократ. Лана попыталась остановить его, прошептав:

— Оставь свою риторику! Не время для упражнений в красноречии!

Она попыталась увести его от разъяренного барона, потянув за руку, но Сократ вдруг вырвался и с ожесточением оттолкнул принцессу. Она упала, не удержав равновесие, но проповедник не обратил на это никакого внимания. Совсем рядом с ней зашипела кипящая смола, и если бы не шлем, ее лицо было бы обожжено. Ей совсем непросто было подняться на ноги в тяжелых доспехах не совсем по размеру, но никто и не подумал помочь ей. Сократ даже не обернулся, а Ульгерд вдруг издал какой-то звериный рык, перекрывающий даже оглушительный треск горевших поленьев и лопавшихся камней, и со всей силы ударил тупым концом копья о землю.

— Давайте кончать с ними! — воскликнул он и первым бросился на штурм.

Двери донжона уже полыхали, горящая смола подбиралась и к другим постройкам. Воины барона бросились вслед за ним. Не побоявшись огня, они с третьего удара обрушили ворота и бросились в башню. Последний оплот захватчиков перестал их защищать. До конца боя за Салинас Вердас оставались минуты, и дело можно было считать решенным.

— Однако для скоморохов, они неплохо сражаются, — отозвался Сократ, наблюдавший за штурмом центральной башни. Он выглядел утомленным и разочарованным. Азарт битвы оставил его.

— Тебе досадно, что ты не сумел побить ни одного салигарда? — поинтересовалась принцесса с упреком. Она была очень зла на своего приятеля и не скрывала обиды в голосе:-А ты хоть осознаешь свою вину!? Ведь это ты все затеял!

— Нет, принцесса, — отрешенно созерцая горящие поленья возле стен башни, ответил брат Ромеро. — История на этой планете идет своим чередом. А я — лишь винтик, случайно залетевший из космоса…

ГЛАВА XX

У барона было не так много вассалов, как у герцога Даберта. Но зато у него имелся не менее сильный духовный лидер. Он считал это своим преимуществом и всерьез верил в брата Ромеро. Не дожидаясь утра, Ульгерд послал гонцов ко всем своим вассалам и приказал в спешном порядке восстанавливать замок и, прежде всего, — ворота. У него были серьезные основания полагать, что настоящая битва еще впереди. Он пришел к выводу, что Фужак не случайно оставил замок: он просто не успел собрать силы, да к тому же был напуган недавним небесным светопреставлением. Теперь барон пребывал в уверенности, что аббат вернется, чтобы покончить с вероотступниками, которые все теперь собрались в одном месте.

Лане казалось, что восстановление замка, в свете реальной угрозы внезапного и скорого нападения, идет слишком медленно. Слишком неспешно и даже как-то неохотно собирались крестьяне из оставшихся в округе деревень, очень медленно двигались слуги барона, лениво стучали их топоры и молоты; ей так и хотелось подойти к кому-нибудь из них, отнять инструмент и начать действовать самой. Она может быть так и сделала бы, если бы имела хоть какое-то представление об их работе. В последнее время принцесса чувствовала себя очень решительной. Она бродила по уцелевшим стенам замка, вглядываясь в окрестность и за каждым кустом, деревом и холмом представляя салигардов.

В замке Ульгерда Лане наконец-то удалось отдохнуть, выспаться и привести себя в порядок. Правда он был ничем не уютнее и не теплее, чем замок герцога Даберта, а после штурма пребывал в еще более плачевном состоянии. Тем не менее, слуги барона нашли для нее и подходящую сырую и темную комнату, и наряды, и даже украшения, добытые в аббатстве. Но драгоценности Лана не стала надевать. Все-таки она не могла согласиться с тем, что это честный военный трофей, а не украденное. Служанка, приставленная к ней, молчаливая и несимпатичная пожилая женщина, растопила камин. Но он нисколько не оживил мрачную комнату с мокрыми гобеленами на стенах, поэтому принцесса предпочитала проводить время на свежем воздухе.