Наталия Белкина - Принцесса Эрдо

— Вот теперь и пора! — воскликнул предводитель отряда и приказал своему оруженосцу протрубить в рог.

Даже не дожидаясь сигнала, Сократ одним из первых ринулся к мосту. В тот же момент поддалась и с треском обрушилась одна из створок ворот, соскочив с петель. Из замка тут же выбежали десятка два вооруженных копьями, мечами и топорами воинов. Завязалась сеча. Но увидев бегущих к мосту на подмогу рыцарей, они поспешили отступить за стены. Но ворота уже перестали быть препятствием. Два резервных отряда Ульгерда устремились в замок.

Лана очень скоро потеряла из виду Сократа, и теперь осталась совсем одна. Бой перешел внутрь замка, и она не могла видеть, что происходит за его стенами. Виден был только дым пожара, возникшего в одной из башен, мелькавшие в бойницах воины, да слышны вопли и проклятья, раздававшиеся в пылу сраженья.

Принцесса решила подобраться ближе к мосту и, стараясь передвигаться за кустарниками и пригибаться ниже к траве, где еще она была не совсем притоптана, стала двигаться ко рву. Она понимала, что ее светлое платье очень бросалось в глаза, и потому она постоянно рисковала быть подстреленной со стены, но продолжала перебегать от кочки к кочке и от куста к кусту. Подобравшись уже совсем близко к мосту, принцесса остановилась перевести дыхание возле небольшого деревца и вдруг с ужасом обнаружила прямо возле себя погибшего рыцаря. Лана отпрянула, но страх быть замеченной не позволил ей вскрикнуть и выбежать из укрытия. Она с ужасом взирала на мертвое тело, потому что впервые увидела так близко смерть. Молодой воин лежал на спине, раскинув руки. Глаза его были открыты, казалось, что он просто зачарованно смотрит в небо, если бы не длинная стрела, торчавшая прямо из его горла. Кто-то очень меткий лишил его жизни.

Несколько мгновений принцесса приходила в себя от страшной находки. Она пыталась успокоиться, понимая, что на пути в замок и в самом замке, если ей удастся туда пробраться, ей предстоит встретить еще немало мертвых тел, и возможно даже еще живых, но очень сильно покалеченных. Она заранее готовилась к подобному зрелищу, ища в себе мужество и волю, но первая же встреченная ею жестокая смерть, заставила ее затрепетать и остановиться в нерешительности.

Замок тем временем не замолкал, лязг железа, человеческий рев и стоны, истошное ржание испуганных лошадей, — всеми этими звуками был наполнен Салинас Вердас. Иногда со стен падали тела, и невозможно было разобрать, кто был сражен на сей раз: воин Ульгерда или кто-то из салигардов и их дружины. Принцессе понадобилось некоторое время, чтобы окончательно прийти в себя и собрать всю свою волю для того, на что она уже почти решилась и о чем еще несколько мгновений назад ей невероятно страшно и мерзко было бы даже подумать. Ей нужно было его оружие, меч, лежавший у его ног и… одежда воина.

Раздумывать и решаться не было времени. Лана старалась действовать быстро, не давая себе опомниться и осознать все кощунство своих действий. Самой большой трудностью было снять с мертвеца кольчугу, плотно стянутую стальными крючками где-то на спине. Девушка, собрав все силы, перевернула тело на бок, и долго возилась с ними, а потом еще нескоро сумела стянуть тяжелое стальное одеяние. Затем у нее получилось стащить с него длинный темно-серый плащ и сапоги. Шлем лежал рядом. Принцессе пришлось оторвать подол платья, так, чтобы его не было видно из-под плаща. Она натянула сапоги, слишком большие ей по размеру, с огромным трудом дрожащими от напряжения и волнения руками втиснулась в кольчугу и накинула плащ таким образом, чтобы полностью скрыть выглядывавший из-под кольчуги подол женского платья. Надеть же шлем она смогла не сразу. Ей мешали и волосы, и отсутствие хоть какого-то навыка в подобном деле. И только когда она смогла завершить все это и подняться на ноги, она, наконец, поняла, как тяжело ей будет передвигаться в этих доспехах и какой уязвимой и неповоротливой она будет. Все же Лана сумела надеть еще и кожаные, с пришитыми железными пластинами, перчатки погибшего воина и подобрать с земли его оружие.

Первые шаги ей дались с большим трудом. Принцесса чувствовала себя совершенно неуклюжей, наполовину слепой из-за слишком узкого забрала и очень тяжелой. Доспехи так и придавливали ее к земле. И все же хоть и медленно, но она подошла к мосту, который был завален трупами и едва проходимым. Несмотря на тяжесть, ей хотелось миновать это место как можно скорее. Помогая себе нелегким мечом, она перешагивала через чьи-то ноги, руки, оружие, щиты, проходила мимо стонущих, взывающих к помощи крестьян, наемников, рыцарей. Почти у самых ворот Лана заметила мертвое тело, одетое в плащ салигарда и подошла к нему, чтоб убедиться в том, что это не Эйдар. Из-под шлема выбивались длинные темные волосы, и ростом этот воин был гораздо выше. Лана вздохнула и направилась к воротам. Там, за ними, ей предстояло встретить еще немало таких же вот поверженных или раненых, от вида которых сердце сковывал страх. Но еще больше она боялась встретиться с ним живым. Она до сих пор не могла представить, как это может произойти, что она ему скажет, как посмотрит в глаза. Возможно, он не захочет даже с ней разговаривать. Но это еще не самое худшее, ведь она теперь на стороне его злейшего врага, а это значит, что она сама — враг!

Замок Ульгерда был огромным. Войдя в ворота, Лана остановилась и прижалась к стене высокой арки. Тут и там шли ожесточенные схватки. Салигарды не могли так просто сдать позиции, это было не в их обычаях. Каждый воин солнца сражался с двумя, а то и с тремя противниками. Тем не менее, принцессе сразу показалось, что не так уж много салигардов находилось в замке. Она, как впрочем и многие из окружения Ульгерда, полагала, что здесь должны были быть сосредоточены основные силы воинствующего аббата. Но мысль ее была прервана: чья-то тяжелая рука в перчатке опустилась на ее плечо. Лана вздрогнула всем телом, но, обернувшись, увидела знакомое лицо. Это был один из воинов Ульгерда.

— Рудгард, друг, ты ранен? — обратился он к принцессе, даже не подозревая, что обознался.

Она замерла, не зная, как поступить. Приятелю погибшего рыцаря вряд ли понравится эта история с переодеванием.

— У тебя на груди кровь и ты едва стоишь, можешь ли ты продолжать сражаться?

Боясь разоблачения, Лана кивнула утвердительно.

— Они засели в южной башне. Забаррикадировались.

Рыцарь показал мечом в сторону той самой башни. С той стороны раздавались глухие удары, было ясно, что двери ее пытаются взять тараном. Из окон башни, больше похожих на бойницы, на головы осаждавших то и дело летели стрелы и копья, а также камни и различные предметы утвари, скамейки, котлы, столешницы.