Алла Рут - Темный день

«Господин» поспешно оттащил его в сторону.

– Извините, – сказал он. – Это мой ра… э… он немного не в себе, так что не обращайте внимания.

– Изложите просьбу, – несколько раздраженно велел старший хранитель.

Дарин изложил.

– Понятно, – промолвил Форин, не дослушав. – Вы, юноша, не являетесь ни учеником школы магии нашей Гильдии, ни чародеем. Поэтому, прошу вас удалиться.

– Да, я не маг, но…

– Ксаверий, – повернулся Форин к рыцарским латам, стоявшим в углу. – Проводи!

Рыцарские латы скрежетнули, грохнули и рыцарь сделал шаг вперед.

Дарин поспешно отступил.

– Уходим, уходим! – заторопился Тохта и вся троица мгновенно оказалась за дверью.

Удалившись от квартала Магов на безопасное расстояние, компания остановилась. Басиянда на всякий случай выглянул из-за угла, проверяя, не преследует ли их громыхающий Ксаверий, убедился, что погони нет, и немного успокоился.

– Господин, этому слов нет! – возмущенно заявил он, предварительно отвесив Дарину почтительный поклон. – Не дали тебе нужную книгу!

– М-да, – промычал «господин», почесав в затылке. – Не дали. Что ж делать-то? Надо подумать. Знаешь, Тохта…

– И теперь господин не сможет прочитать о чародее Попуции! Не разузнает про амулет! – продолжал негодовать раб. – Какое непочтение к тебе! Этого Форина нужно бы примерно наказать и покарать за неуважение! Он…

Дарин замер с открытым ртом.

– Погоди-ка… стоп, стоп! – еле выговорил он. – Ты-то откуда знаешь про Попуция, про амулет?

Он глянул на Тохту, кобольд, прищурившись, в упор смотрел на Басиянду, нервно подергивая хвостом.

– Мы вчера разговаривали в комнате шепотом. А ты спал возле порога. Так как же…

– А я подслушивал! Я подслушивал, господин, – с гордостью поведал Басиянда. – Чтобы быть в курсе твоих дел!

– Что? Что?!

– Первое правило раба! – самодовольным тоном пояснил он. – Настоящий раб всегда должен быть хорошо осведомлен о делах хозяина!

– Нет, он надо мной издевается… – не веря своим ушам, бормотал Дарин, пытаясь уразуметь, что происходит. – Он подслушивал!

– Само собой!

– Подслушивал! Погоди-ка… а сколько всего этих правил?

– Тридцать шесть, господин. Желаете, расскажу?

– Э… нет, – выдавил Дарин. – Может, потом как-нибудь, при случае…

– Господин, не могу выразить, как я счастлив, что служу именно вам! – неунывающим тоном продолжал Басиянда.

– Чего это ты счастлив? – подозрительно осведомился кобольд.

– Я раб и мой долг выражать радость по поводу служения господину, – с готовностью объяснил Басиянда.

– Вот как? – продолжал Тохта. – А если к другому хозяину перейдешь, то будешь счастлив служить и ему?

– Разумеется! Я предан каждому своему хозяину. В этом-то и есть мое предназначение и оттого-то я всегда счастлив!

– Тьфу, – с отвращением плюнул кобольд. – Попался бы ты мне возле моей норы, я б тебя крысам скормил!

Басиянда на всякий случай отступил поближе к Дарину.

– Очень, очень опрометчивый поступок! Я говорю про крыс. Господин, можно я попраславляю тебя немного?

– Еще чего! – недовольно отозвался Дарин. – И думать забудь. В крайнем случае, можешь прославлять меня молча, про себя.

Басиянда тут же отошел в тень раскидистого платана, присел на корточки и принял черезвычайно задумчивый и сосредоточенный вид – приступил к прославлению.

Тохта недовольно покосился в его сторону.

– Ух, как мне хочется устроить кое-кому хорошую взбучку! – признался кобольд. – Верни его как можно скорей купцу. У меня чесотка начинается от одного его вида. Так и кажется, что сотни блох по мне скачут! Верни – и пойдем домой, Тесса ждать. А то нехорошо получится: повелитель ламий явится, а тебя нет! Он подумает что-нибудь… решит, что ты хочешь амулет в своих целях использовать. И ведь прав будет!

Дарин вздохнул.

– Господин, – почтительно проговорил Басиянда, по-прежнему сидя на корточках. – Если эти ничтожные людишки не хотят давать тебе книгу, то возможно, надо навестить самого чародея? Уверен, он будет польщен визитом, ведь не каждый день к нему приходят такие важные господа, как ты!

– Чародей умер давным-давно, – рассеянно отозвался Дарин. – Он жил в Лутаке лет сто пятьдесят назад.

Басиянда удивился.

– Умер? Ну и что?

Мгновение Дарин недоуменно смотрел на него, потом вдруг хлопнул себя по лбу.

– Как я сам не догадался! Слышишь, Тохта?! Это, конечно, маловероятно, но может, и сработать! Давай-ка бегом – к главным воротам!

– Зачем?

– На ходу расскажу! Торопись!

– Я и не отстаю, – негодующе буркнул Тохта.

И они помчались по улицам: впереди несся Дарин, за ним скакал кобольд, а замыкал процессию раб Басиняда, стуча новенькими деревянными башмаками, выданными ему напрокат Дадлионом. Башмаки оказались гораздо большего размера, чем те, что носил обычно Басиянда, но раб так пленился обновкой, что и слышать не желал о том, чтоб расстаться с нею. Ходить в дареных башмаках было одно удовольствие, а вот бегать – никак: деревяшки так и норовили слететь с ног. Поэтому, Басиянда немного помучился, потом сбросил башмаки, сунул за пазуху и припустил за хозяином босиком.

На Привратной площади возле ворот было шумно и многолюдно: шел последний день Ярмарки. На высоком шесте уже развевался сине-белый флаг – знак того, что праздничная торговля подходит к концу. Бесцеремонно расталкивая народ, Дарин пробился к пестрой будочке, над которой висела, поскрипывая на легком ветерке, вывеска «Компания „Нетопырь“. Проводники по городу, за город и куда угодно».

Ехидна, сидевшая в будочке, только отправила с проводником в Морской квартал гоблина-торговца и обратила взор на Дарина.

– Приветствую, желаю процветания. Что, нужен проводник по городу? Но постой-ка… а разве ты не житель Лутаки? Я вроде тебя несколько раз на площади замечала.

– Да я…

– А! – догадалась вдруг ехидна. – Небось, после дружеской попойки память отшибло? Понимаю, бывает, бывает такое! – она саркастически хмыкнула. – После праздников иной раз – прямо очередь! Все хотят взять проводника – до дому дойти.

Ехидна покачала головой.

– Вот что делает молодое вино: пара кружек, и ты уже забыл, где живешь!

– Да… то есть, нет. Я, вообще-то…

– Так да или нет?

Тут вмешался раб Басияда. Он считал, что уже довольно долго не прославлял своего господина и горел желанием наверстать упущенное.

– Мой господин, чьим рабом я имею счастье быть, обстоятельным тоном начал он.

– Басиняда, замолчи, – Дарин отодвинул настырного раба в сторону. – Послушайте, вот тут у вас небольшое уточнение…