Галина Гончарова - Интриги королевского двора

Еще один мужчина средних лет. Кажется, его зовут Тарис. Но кто это - Ройс не знает.

И мужчина моложе. Шевалье. Шевалье Лонс.

На миг Ройсу показалось, что шевалье его испугался. Метнулся в ярких глазах страх. Явно метнулся....

Но почему?

Или показалось?

Ройс решил еще понаблюдать. И - запел.

Пальцы привычно касались струн, слова сливались в песню, а Ройс внимательно наблюдал. Жизнь научила его, что за каждой женщиной должен стоять мужчина. Не бывает иначе. Плющ не живет без дерева, а женщина не может быть без опоры. И это обязательно проявится.

Взглядами, движениями, неосознанными словами...

Ан нет.

Если у Лилиан Иртон кто-то и был - здесь его не было.

Да и...

Трапезу привычно начинал пастер. Он прочел молитву, призывая благословение на дом и вкушаемую пищу.

Таких Ройс повидал достаточно.

В голосе искренний восторг. Молится он от души. В Уэльстере, с легкой руки короля, было принято достаточно критично относиться к зеленорясым. И мужчина понимал - этот верит.

Искренне и от всей души.

При дворе короля был один такой.

Все выступал, обличал всех, ругался... пока случайно не упал с лестницы. Ходили слухи - не без помощи графа Лорта.

А этот... на графиню смотрит, как на икону, не иначе.

Ну да. Графиня его и в замке поселила, и сына учить взяла вместе с виконтессой, и храмы отстроила... зачем на такую дыру как Иртон - два храма?

Но этого все равно мало. Если бы графиня нарушала обеты или что-то еще в этом роде - он вмешался бы. Обязательно. Хотя бы словом.

И кто может за ней стоять?

Шевалье?

Хм-м...

Ройс спел несколько песен, прервался ненадолго, промочил горло...

За столом царила на редкость... странная атмосфера.

Никто не напивался, не буянил, не задирал друг друга - вирманин с ханганом мирно вели беседу, пастер что-то говорил графине, дети, понимая, какую им честь оказали, допустив за взрослый стол, кушали медленно и аккуратно... все кушали вилками!

И пользовались ими вполне умело и изящно. Ройс глазами своим не верил.

В любом другом месте служитель альдоная начал бы обличать язычников, вирмане поругались с местными, ханганы вообще считали всех ниже себя...

Здесь же...

Все были объединены общими интересами. И центром всего была сама Лилиан Иртон.

И с каждой минутой Ройсу было все интереснее.

Она не спорила, не ругалась, она просто выслушивала собеседника, улыбалась, потом говорила всего несколько слов... это было как удар клинком. Прямо в сердце. Но она не фехтовала - и не стремилась одержать победу. Она просто... была.

И была центром этого сообщества.

Странно.

Очень странно.

Лонс едва дождался конца трапезы.

Его трясло,  колотило, руки были ледяными... сколько сил он потратил,  чтобы не закричать - держи его!!?

Останавливало только то, что Релаймо не узнал его.

Такое не сыграешь. Если бы узнал... убил бы,  наверное.

Лонс был в курсе всех слухов. И знал,  что Релаймо - верный пес Гардвейга.

Что он делает здесь?

Глупый вопрос. Уж точно не ромашки собирает. А вот что делать ему?

Пустить все на самотек?

Один раз так и было. Но что от него зависело в рабском трюме? Только одно. Выжить.

Он выжил.

А вот что будет сейчас...

Лиля слушала песни.

С ее точки зрения - ничего сверхъестественного в них не было. Красиво, да. Но слушать одни баллады?

Скучно!

Хотя весь стандартный набор присутствовал. Прекрасные девы,  рыцари, подвиги,  драконы и демоны,  сама Мальдоная - и та отметилась.

Пастер недовольно нахмурился - и менестрель вернулся к более политкорректному репертуару.

Симпатичный, кстати,  менестрель. И не смотри,  что кажется тощим. Не-ет...

Знала Аля Скороленок таких тощих.

Жилистых, как сыромятный ремень.

Один сослуживец ее отца таким был. При ней качка уложил в три касания и не запыхался. Потом еще смеялся, мол,  рельеф мышц - это для картинки хорошо.

А в драке таким как он даже лучше. Дурное мясо на себе таскать не нужно...

Лиля поспорила бы,  что и этот менестрель в драке,  как мангусты Тахира.

Жестокий и стремительный.

Странный менестрель.

Подозрительный...

Попросить Лейса приглядеть дополнительно?

Не помешает.

Когда трапеза окончилась,  Лиля послала менестрелю улыбку.

- благодарю вас. Вы скрасили наш вечер.

- Ваше сиятельство,  вы разрешите мне остаться еще на пару дней,  передохнуть? - рискнул Ройс.

Уйти-то можно и завтра. Не пропадет.

Но...

Слишком много информации. Противоречивой. Невнятной.

Лиля кивнула.

- Если вы пообещаете развлекать нас и завтра вечером.

Ройс,  конечно,  пообещал. Отвесил несколько комплиментов хозяйке, выслушал ее похвалу своему искусству - и склонился в поклоне,  дожидаясь,  пока графиня удалится.

Удалилась Лиля недалеко. Уложила Миранду и отправилась в кабинет.

Куда и постучался Лонс.

- Можно,  ваше сиятельство?

Лиля кивнула.

- Входите,  шевалье. Что случилось?

И Лонс,  словно в воду бросился.

- Ваше сиятельство, это не просто менестрель.

- да неужели?

- Я вообще не знаю - может быть он послан за моей головой.

Лиля мгновенно вскинулась. Как ни крути - Лонс ее человек. И она будет защищать его.

- Почему?

Лонс выдохнул.

- Ваше сиятельство,  я ведь нее просто так оказался на рабском корабле.

- Я догадалась.

- Я солгал тогда. На самом деле меня должны были убить.

Лиля слушала. Лонс честно рассказывал, как Анелия начала охоту,  как он сдался,  как ее решили выдать замуж,  как у него отобрали документы и хотели убить...

Лиля слушала очень внимательно. И, когда он выговорился,  подвела итог.

- Твою ж ... и ....

Коротко и по делу.

А потом приступила к расспросам.

- Это - за тобой?

- не похоже. Но может быть и так...

Лиля покусала ноготь.

- Что может ему понадобиться здесь? В захолустье?

- Вы,  ваше сиятельство. Или я. Или Тахир.

- Ты - понятно. Тахир?

- Он лекарь. А король болен. Сильно болен.

Лиля кивнула,  закрывая эту тему.

- А я? Обычная тетеха из глуши?

Лонс позволил себе тонкую усмешку. Мол,  прибедняетесь,  ваше сиятельство. Но я спорить не буду,,  пусть будет,  как скажете.

Лиля сморщила нос.

- Ладно. Почему бы нам не поступить просто?

- как,  ваше сиятельство?

- Позвать его сюда и расспросить.

- Н-но...

- Ты вообще спрячешься за шкафом. Или еще где. А Лейф поможет мне. Скажет,  что видел его...