Галина Гончарова - Интриги королевского двора

Ройс с трудом собрался с мыслями.

- в-ваше сиятельство,  я странствующий менестрель. Брожу по свету,  пою песни,  вот, в Иртон забрел...

- Далеко,  однако, - зеленые глаза были холодны и спокойны. Хотя Ройс считал себя весьма привлекательным мужчиной. Каштановые волосы,  карие глаза, сильное тело... у него никогда не было недостатка в женском внимании. Но сейчас он даже не обиделся. Оно и понятно.

Графиня?

Нет!

Королева.

А королевы так и должны себя вести.

- А мы идем,  пока ноги несут. Песенки поем  нас за то кормят...

- Вас? Вы тут не один?

- один,  ваше сиятельство....

Лиля задумалась. Неизвестно,  приняла бы она менестреля в замке - или послала в деревню,  но...

- Мам,  я хочу песенки!

Иногда на Миранду еще накатывала 'хочуха'. И если речь шла о чем-то мелком - Лиля с ней не спорила.

В мелком уступить,  в большом отыграть,  пока ребенок не разбирается,  что важнее,  а что нет...

 - Ладно. Пусть Лейс поговорит с менестрелем, расспросит, а мы пока поедем кататься. Вот вернемся - тогда и решим.

Миранда закивала.

- Мам, а ты мне книжку почитаешь?

- Вернемся - вместе почитаем.

Миранда расцвела - и Лиля тронула коня.

Вперед, Лидарх.

Вперед!

Третьим проектом Лилиан Иртон - были книжки.

Это вполне достижимо даже при ее уровне знаний. Бумага у нее уже получалась. Криво-косо, серовато-зеленая, почти туалетная - но получалась же!

И оставалось дело за первопечатником.

На роль такового Лиля скромно выбрала себя.

Бумагу она еще получит приличную. А пока...

Заказать доску с выемками для литер, заказать сами литеры кузнецу, правильно подобрать чернила - и вперед.

Для примера был выбран кусочек из 'Жития святой Мариэлы'. Всего строчек десять, там, где она рассказывает о своей жизни до нисхождения на нее духа Альдоная...

Но и этого хватило с лихвой.

В дело были посвящены Лонс Авельс и пастер Воплер. И если первый только смотрел на свой хозяйку громадными от удивления глазами, то второй - вообще прослезился.

Особенно когда понял, что бумагу легко получать из крапивы и конопли... ну не идеально легко, но реально. Нужно просто грамотно измельчать крапиву на волокна, потом специальная сетка (ее отлично заменила дорогущая шелковая ткань) - и пресс. Также сделанный кузнецом.

Сушилось все это дело в стеклодувной мастерской. И получались листы бумаги. Да, пока она была больше похожа на рыхлый картон. Ну и что? Здесь и такой не было!

А оттисков можно наделать хоть сотню.

Хоть десять тысяч.

- Ваше сиятельство, так это ж...

- Да, пастер. Бумага недорога, оттиски тоже - и слово Альдоная может быть хоть в каждом доме. Поучения о святых, рассказы о их жизни... люди должны знать, к чему им стремиться, правда?

- Ваше сиятельство, вы сами - святая!

Лиля искренне смутилась.

Если уж честно - плевать ей было на местную церковь. Не тронь - и тебя не тронут. А вот то, что можно внедрить буквари, кучу книг, повальную грамотность - и крупно на этом заработать, получив подряд от государства и патент - это да.

Тут пахло миллионами. А Лиля не собиралась отдавать никому свои деньги.

Она прикидывала все варианты.

Согласно одному - она договорится с супругом.

Согласно второму - не договорится.

И придется обеспечивать себя - самостоятельно.

Вот тут все пойдет в ход.

Лиля собиралась стать бумажно-книжным магнатом. Чтобы и спустя триста лет все книги выходили из ее мастерских. И у нее были все предпосылки.

Она примерно знает рецепт.

Знает, куда стремиться.

Знает о рекламе и как ее использовать во благо своего дела.

Так почему бы нет?

Отец ее поддержит. Хотя... и тут не все так просто. Август Брокленд не вечен. Мало ли что, мало ли как...

Но Лиля полагала, что может и сама получить личное дворянство, закрепляя его за своим родом.

За шахматы и кружева такое не дадут.

А вот за бумагу?

Книги?

Стекло и зеркала?

Рецепты знает она одна. По бумаге - только она. Она лично перетирала крапиву до нужной консистенции. Добавляла коноплю. Лен. Солому. Экспериментировала. И продолжала заниматься этим у себя в лаборатории.

Стекло и зеркала - еще двое человек. Но им она тоже обрисовала последствия. И ребята понимали - лучше молчать о некоторых вещах.

Лиля дала им в руки золотую рыбку. Но надо быть очень осторожными в своих поступках, чтобы не похитили, не запытали, не стали шантажировать, не заперли навек в каменном мешке... вариантов много. И ни один мастерам не нравился.

Так что - тссссс.....

Конь нес свою всадницу по заснеженной дороге. И Лиля машинально отметила, что следов на ней нет. То есть гость в замок пришел через поля.

Зачем?

Какого черта ему тут надо?

Если у вас паранойя - это не значит, что за вами никто не следит.

В следующие полчаса Ройс сильно пожалел, что пришел.

Пожалели и стражники у ворот, на которых Антрел отыгрался по полной программе. Разнос он устроил такой, что весь замок слышал.

- Вы!!! ... и ...!!! ...!!! Вы почему постороннего подпустили к графине, ...!!!? Да я вас... и ...!!! А если бы он убийцей был?!!! ... и ...!!!

Речь капитана была весьма эмоциональна. Но Ройс понял, что на графиню уже было покушение. И навострил уши.

Увы...

Ценной информации получить не удалось. Зато Антрел закончил разнос стражи - и взялся за него.

- Откуда путь держим?

- По деревням брожу, где за песню кормят...

- а сюда какими путями?

- Да обычными. С востока. Заблудился случайно в лесу, потом выбрел...

- а питался чем?

- Да лепешки с собой были. Рыба вяленая. Зайцев силками ловил... Если погоните - хоть хлебушка черствого дайте. А то вовсе подохну, не дойдя до деревни...

Врал Ройс убедительно. По странному капризу природы - сколько бы он не ел, всегда оставался тощим, как щепка, с запавшими щеками. А остатки пищи из заплечного мешка - вяленое мясо, мед, мука, сахар - были надежно спрятаны неподалеку. Так, чтобы зверье не добралось.

Лейс чувствовал, что где-то гость крутит, но докопаться до правды не мог. И поэтому мужчину пустили в замок. Хотя и предупредили, чтобы дальше людской не заходил. Там и покормят.

А если его еще где увидят - ноги вырвут.

Ройс послушно закивал. И отправился в людскую. Краем глаза отметив застекленные окна замка. И это - в такой глуши?

С ума сойти!

В людской было еще интереснее.

Во-первых, в окна людской тоже было вставлено стекло. Да не простое, а разноцветное. Так, что свет играл на стенах яркими огоньками.

Это для Ройса было шоком.