Руслан Шабельник - Песнь шаира или хроники Ахдада

Вот и вся история о заколдованном юноше, злой колдунье и черном колдуне - от начала и до конца, поведанная мне моим отцом, а мной поведанная вам.

57.

Окончание рассказа третьего узника

Как я уже говорил, нагрузил я поклажей верблюдов и отправился к шейху Насру, надеясь отыскать у него помощь, чтобы соединиться со своей женой. И я ехал, ехал, пересекая степи и пустыни, и всякий раз, как подъезжал к какому нибудь городу, спрашивал про острова Вак, но никто про них не рассказывал, и все только говорили: "Мы никогда не слышали такого названия". А потом я стал спрашивать про шейха Насра - царя птиц, и один из купцов рассказал мне, что дворец шейха на краю земель восточных, и сказал: "В этом месяце поезжай с нами в город Мизракан, он в Индии, а из этого города мы направимся в Хорасан, а оттуда поедем в город Шимун, и будет дворец шейха Насра поблизости от Шимуна - между ними расстояние в один год и три месяца пути".

И я подождал, пока отправился караван, и ехал вместе с ним, пока не достиг города Мизракана, а вступив в этот город, стал спрашивать про острова Вак, но никто мне ничего о них не рассказал. И караван двинулся дальше, и везде я спрашивал про острова Вак, но никто мне о них не рассказал, и все говорили: "Мы никогда не слышали такого названия".

И терпенье мое иссякало, но всякий раз я вспоминал слова поэта:

Оставь же бежать судьбу в поводьях ослабленных

И ночь проводи всегда с душою свободной.

Пока ты глаза смежишь и снова откроешь их,

Изменит уже Аллах твоё положенье.

И я снова и снова терпел в дороге большие бедствия и тяжкие ужасы, и голод, и жажду. И я выехал из Индии и ехал до тех пор, пока не достиг страны Хорасан, и прибыл в город Шимун и вступил туда и стал спрашивать про дворец царя птиц. И мне рассказали про него и описали туда дорогу. И я ехал дни и ночи, пока не доехал до того места, откуда вытекала река. И я начал подниматься по реке с плачущими глазами и опечаленным сердцем, и когда чувствовал голод, ел земные растения, а когда чувствовал жажду, пил воду из каналов. И наконец я достиг дворца господина нашего Сулеймана и увидел шейха Насра, сидевшего у ворот дворца, и подошёл к нему и поцеловал ему руки.

И шейх Наср сказал:

- Добро пожаловать! - и приветствовал меня и спросил: - О дитя моё, что с тобой случилось, что ты пришёл в это место, когда ты отправился отсюда вместе с Ситт Шамсой, с прохлажденным оком и расширившейся грудью?

Я заплакал и рассказал ему, что произошло из за Ситт Шамсы, когда она улетела и сказала мне: "Если ты меня любишь, приходи ко мне на острова Вак".

И шейх Наср удивился этому и воскликнул:

- Клянусь Аллахом, о дитя моё, я не знаю этих островов и, клянусь господином нашим Сулейманом, я в жизни не слышал такого названия.

- Что же мне делать, когда я умер от любви и страсти?

И шейх Наср молвил:

- Подожди, вот прилетят птицы, и мы спросим их про острова Вак. Может быть, кто нибудь из них знает.

И успокоилось мое сердце, и я вошёл во дворец и отправился в то помещение, где находился бассейн и где видел девушек. Я провёл у шейха Насра некоторое время. И однажды, когда я сидел, как обычно, шейх Наср вдруг сказал мне:

- О дитя моё, приблизился прилёт птиц!

И я обрадовался этой вести. И прошло лишь немного дней, и птицы прилетели, и тогда шейх Наср пришёл ко мне и сказал:

- О дитя моё, выйди к птицам.

И птицы прилетели и приветствовали шейха Насра, один вид птиц за другим, а потом шейх Наср спросил их об островах Вак, но ни одна из них не сказала: "Я их видела или слышала о них", - а напротив, все говорили: "Я не видела этих островов и не слышала о них".

И я начал плакать и стонать и умолять Аллаха великого, и когда я был в таком состоянии, вдруг прилетела одна птица, последняя из птиц, чёрная цветом и огромная телом, и, опустившись по воздуху с вышины, она подошла и поцеловала у шейха руки. И шейх Наср опросил её про острова Вак.

И птица сказала:

- О шейх, мы жили позади горы Каф на Хрустальной горе, в большой пустыне, и были мы с братьями малыми птенцами, и наши мать и отец каждый день вылетали и приносили нам пропитание. И случилось, что однажды они вылетели и отсутствовали семь дней, и усилился наш голод, а на восьмой день они прилетели к нам плача. И мы опросили их: "Почему вы отсутствовали?" И они сказали: "На нас напал марид и схватил нас и унёс на острова Вак, и принёс к царю Шахлану, и, увидав нас, царь Шахлан хотел нас убить, но мы сказали: "Позади нас малые птенцы", - и он освободил нас от казни. И если бы мой отец и моя мать были в оковах жизни, они бы, наверное, рассказали вам об этих островах".

Услышав эти слова, я заплакал сильным плачем и сказал шейху:

- Я хочу, чтобы ты приказал этой птице доставить меня к гнезду её отца и матери, на Хрустальной горе, за горой Каф.

И старик сказал птице:

- О птица, я хочу, чтобы ты слушалась этого юношу во всем, что он тебе прикажет.

И птица ответила шейху Насру:

- Слушаю и повинуюсь тому, что ты говоришь! - а потом она посадила меня к себе на спину, и шейх Наср оказал мне:

- Берегись и остерегайся наклониться набок: тебя разорвёт в воздухе, и заткни себе уши от ветра, чтобы тебе не повредил бег небосводов и гул морей.

И я послушался того, что оказал мне шейх Наср, и потом птица взвилась со мной и поднялась на воздух и летела один день и одну ночь а потом еще день. И она бы доставила меня к Хрустальной горе, но как назло на вторую ночь усталость и волнения последних дней сомкнули мои веки, и я заснул. А заснув, ослабил хватку и наклонился вбок. В тот же миг сильный ветер сорвал меня со спины птицы. Хвала Аллаху упал я в море, три дня и три ночи волны носили мое тело, и когда уже дух был готов покинуть его, увидел я землю и, собрав силы, поплыл к ней. Это оказался остров, на которым мы все сейчас находимся, остров Гуля. Страшный Гуль поутру обнаружил меня и бросил в эту пещеру. Так я оказался здесь, вместе с вами. Вот моя история от начала и до конца.

58.

Окончание рассказа шестого узника

После крушения, Абд-ас-Самад, которого внимательные слушатели должны помнить, как магрибинца, очнулся на острове.

Вокруг лежали доски и прочие остатки кораблекрушения, но не было никого из команды.

Мало огорченный этим обстоятельством, ибо за время пребывания на корабле он ни с кем не свел дружбы, Абд-ас-Самад осмотрелся и двинулся вглубь острова.

Вскоре он приблизился к оросительному колодцу у ручья, а около колодца сидел красивый старик.

Абд-ас-Самад обрадовался и подумал про себя: "Может быть он знает, что это за место и куда закинула меня злодейка судьба по велению Аллаха всемилостивого".