Руслан Шабельник - Песнь шаира или хроники Ахдада

58.

Окончание рассказа шестого узника

После крушения, Абд-ас-Самад, которого внимательные слушатели должны помнить, как магрибинца, очнулся на острове.

Вокруг лежали доски и прочие остатки кораблекрушения, но не было никого из команды.

Мало огорченный этим обстоятельством, ибо за время пребывания на корабле он ни с кем не свел дружбы, Абд-ас-Самад осмотрелся и двинулся вглубь острова.

Вскоре он приблизился к оросительному колодцу у ручья, а около колодца сидел красивый старик.

Абд-ас-Самад обрадовался и подумал про себя: "Может быть он знает, что это за место и куда закинула меня злодейка судьба по велению Аллаха всемилостивого".

Подойдя к старику, Абд-ас-Самад приветствовал его, и старец возвратил ему приветствие. Тогда Абд-ас-Самад спросил:

- О, старик, скажи, что это за место, и куда закинула меня судьба по велению Аллаха всемилостивого?

- Знай же, чужеземец, - ответил старик, - этот остров, как и другие острова вокруг него - владения злого колдуна. У него черная кожа, а душа вдвое чернее. Но не это самое страшное, ибо над колдуном стоит прекрасная женщина, чей лик подобен полной луне, с родинкой, подобной кружку амбры над верхней губой. И она тоже колдунья. И насколько она прекрасна внешне, настолько страшна внутри. И все жители островов стонут и изнывают под их властью, но никто ничего не может поделать, ибо даже корабли не причаливают к нашим островам, и нет никакой возможности сбежать, или что-либо изменить.

Услышав такие слова, Абд-ас-Самад ужаснулся, и ум чуть не покинул его.

- А пробовали ли вы объединиться, чтобы победить злого колдуна и его жену?

- Ах, чужеземец, - всплеснул руками старик, - знай же, что в услужении у них джинн с красной кожей и рогами, подобными рогам оленя. И он выполняет все их желания. Недовольных же джинн переносит на дальний остров, где живет Гуль-людоед. Раньше джинн брал для Гуля каждый день по жителю острова, теперь же - слава Аллаху - не трогает нас. А мы тому рады.

Слезы полились из глаз Абд-ас-Самада.

- Сначала глупый рыбак обманул меня, потом вор, теперь вот это! - воскликнул он. - Видно совершил в своей жизни я достаточно грехов, раз Аллах так наказывает меня!

Кончив плакать, он спросил старика:

- Ты, я вижу, человек рассудительный, к тому же пожил на этом свете, посоветуй, что же мне делать?

И старец горестно покачал головой и сделал мне знак рукой, приглашая приблизиться.

- Подними меня на шею и перенеси в тень на другую сторону колодца.

И Абд-ас-Самад подошел к старику, поднял его на плечи и перенес его в то место, которое он указал.

- Сходи не торопясь, - сказал Абд-ас-Самад, заботясь о старике.

Но тот не сошел, а наоборот, обвил шею Абд-ас-Самада ногами, и тот увидел, что они черные и жесткие, как буйволова кожа.

И Абд-ас-Самад испугался и хотел сбросить старика, но тот уцепился в его шею ногами и стал душить, так что мир почернел перед лицом Абд-ас-Самада, и он потерял сознание и упал на землю, покрытый беспамятством, точно мертвый.

А старик поднял ноги и стал бить Абд-ас-Самад по спине и по плечам, и Абд-ас-Самад почувствовал сильную боль и поднялся на ноги, а старик все сидел у него на плечах.

И он сделал знак Абд-ас-Самад рукой.

- Подойди к деревьям с самыми лучшими плодами.

И если Абд-ас-Самад его не слушался, старик наносил ему удары ногами, сильнее, чем удары бичом, и все время делал знаки рукой, указывая то место, куда хотел идти, и Абд-ас-Самад ходил с ним. А если Абд-ас-Самад медлил, или задерживался, старик бил его, и он был у старика, точно в плену.

Так продолжалось день, или два. Старик мочился и испражнялся на плечах Абд-ас-Самада и не сходил с них ни днем, ни ночью. А когда он хотел спать, то обвивал шею ногами и немного спал, а потом поднимался и бил Абд-ас-Самада.

И они продвигались вглубь острова.

На исходе второго дня Абд-ас-Самад увидел дворец с золотыми куполами, высокими стенами, только стены те были, чернее ночи и охраняли их невольники, каждый, как обожженное дерево, а в руках они сжимали по вороной кривой сабле.

И старик подвел Абд-ас-Самада к воротам. Неожиданно он распустил ноги, и Абд-ас-Самад почувствовал себя свободным.

- Передайте госпоже, - сказал старик, - я привел нового пленника, пусть отправляет его на остров к людоеду.

ЧАСТЬ 3

Часть третья нашего повествования, оставленная без вступлений, ибо когда события ускоряют ход, злоупотребление излишними речами утомляет, как слушателя, так и рассказчика.

1.

Повествование об узниках и седом старце

Едва закончил свою речь шестой рассказчик, в пещере повисло продолжительное молчание. И каждый думал о своем.

Затем, то один, то другой из пленников начал подавать голос, выказывая свое мнение и суждение по поводу услышанного. В конце-концов разговор вернулся к излюбленной теме - изменение обстоятельств, в коих оказались здесь присутствующие. И снова спорщики сошлись во мнении, что даже если удастся каким-то чудом победить Гуля, с острова им все равно не выбраться.

А был среди пленников старец с белой бородой и черной, как уголь кожей. До сегодняшнего утра старец пребывал в компании друга, с которым они вместе попали сюда, и с которым не прекращали спорить, едва выдавалось свободное от рассказов время.

Спор происходил в пол голоса, так что никто из присутствующих не имел понятия о причине разногласия двух почтенных мужей, да еще перед лицом смерти.

В это утро друг старца был съеден ненасытным Гулем, вследствие чего, а может по иным причинам, старец пребывал в крайней задумчивости.

- Если вам удастся заманить Гуля в пещеру и умертвить его, клянусь Аллахом, я найду способ вытащить нас с этого острова, - подал голос старец.

- Что ты такое говоришь, старик, - обратился к нему первый рассказчик. - Не оглохли ли мои уши, не помутился ли мой разум, ибо я услышал то, что хотел услышать и о чем молил все дни, проведенные здесь. Но правда ли это, и так ли чист и незамутнен разум твой?

- Я мыслю так же ясно, как в день своего тридцатилетия, - ответил старец, - а чтоб вы знали в это день, я был самым сведущим среди жителей своего города в грамматике, синтаксисе, риторике, правоведении, астрономии, геометрии, правоведении, логике и толкованиях Корана. Я читал книги и вытвердил их, принимался за дела и постигал их, выучил науки и познал их, изучил ремесла и усвоил их и занимался всеми вещами и брался за них. Так вот, я снова повторюсь: клянусь Аллахом - а клятва эта не пустые слова - если вам удастся умертвить Гуля, я отыщу способ вытащить нас с этого острова. Но знайте - сделать это следует не позднее сегодняшнего вечера.