Сто причин моей (не) любви (СИ) - Елена Александровна Романова

— Значит, я под подозрением? — поджал губы лорд Лесли.

— Пока еще нет, — без эмоций произнес Беррон. — Но вы, определенно, снимите всякие подозрения, в том числе с рода Хэмилтонов, если найдете и вернете артефакт. Но есть нюанс. Глаз дракона был похищен одной из куртизанок дома удовольствий в квартале Водяных лилий.

— Кажется, эта дура надела его себе на шею, — пояснил Беррон. — На людей артефакт действует иначе, проникает внутрь, сливаясь со слабым человеческим телом. Извлечь его можно только одним способом, — и он похабно усмехнулся: — Убив носителя.

Меня затошнило. Прикрыв рот тыльной стороной ладони, я дрожащими руками налила себе воды из графина. Пока я пила, судорожно глотая, мужчины озадаченно на меня смотрели.

— Прошу прощения, — вновь заняла свое место за секретарским столом: — Жарковато сегодня.

— Полагаю, след артефакта затерялся? — спросил лорд Лесли.

— Да, — ответил Флеминг. — Трудность в том, что Олсен опережает нас на несколько шагов.

— Если бы я знал, кто руководит им… — хищно протянул Беррон, сжав свою механическую руку. — Полагаю, вы окажите нам всяческое содействие в этом щекотливом вопросе. Уверен, скоро артефакт будет найден.

Проходя мимо меня, главный дознаватель вдруг склонился над моим столом, облокачиваясь на него ладонями, и втянул носом воздух. Его темный, проницательный и холодный взгляд заставил меня побледнеть:

— Красивый браслет, — он внимательно посмотрел на мои руки. — Цвет камня подходит к вашим глазам, — и неприятно усмехнулся: — До встречи, госпожа Митчелл.

О, нет. Надеюсь, я с ним больше никогда не увижусь.

* * *

Господин Олсен переступил через распростертое, едва трепыхающееся на полу тело.

Ох, Нейл чертовски устал за этот день, и ему дьявольски не хотелось быть плохим. Но что поделать? Он сел в кресло, закинув ногу на ногу и закурил, наблюдая за тем, как человек, постанывая, ерзает по паркету.

— Не стоит так утруждаться, господин Мейлз, — сказал он, выпуская струю дыма в потолок. — Я же только начал. Будет хуже, если вы подниметесь.

Нейлу было скучно. Избивать горожан — это последнее дело, но больше, чем глупость он не терпел несговорчивость. Если он приказывает — это надо исполнять. Если ему нужна информация, он ее добьется. Так к чему терять время?

— Кто именно вас нанял, Мейлз? Ну же, — поглядывая на свои сбитые костяшки, невинно поинтересовался Нейл.

Красный дракон ценил боль, как ценил и удовольствия. Но боль была роднее.

Он вдруг вспомнил себя девятилетнего, и первое обращение в дракона. Это было похоже на маленькую смерть. Дьявольски болезненную. Но если бы он не обратился, ищейки его доброго дядюшки нашли бы его и прикончили. Полукровки обычно утрачивали способность к обращению, но Нейлу, на удивление повезло дважды, он был способен обращаться и имел редкую кровь красного дракона. Его мать пыталась бежать вместе с ним и отцом, но ее настиг Хэмилтон, и с тех пор Нейл ничего о ней не слышал. Разумеется, он понимал, что ее уже нет в живых. Его отец спрятал его в человеческом приюте при храме, где его жизнь до девятилетнего возраста была сущим адом. Его красные волосы и глаза были отличным поводом для издевательств. Бледное лицо, гибкое тело, тонкие человеческие пальцы — он был отличной мишенью для острот. И мальчиком для битья. Кажется, в его теле не было ни единой целой кости. А в девять он случайно обернулся, и, конечно, из приюта его выставили. К тому времени его отец, работающий словно вол на приисках и пристрастившийся к алкоголю и играм, меньше всего походил на заботливого папочку. Посчитав Нейла больше драконом, чем человеком, он отправил его к Хэмилтону, прямиком в лапы смерти. И что же случилось после?

Сидя в кресле в мрачной комнате перед избитым человеком, Олсен задумчиво курил, вспоминая прошлое.

Его, трясущегося рыжего мальчика, хнычущего и отвергнутого всеми, представили перед императором, чтобы решить его судьбу. В тот день, юный Нейл Олсен увидел своего дядю, от которого прятался всю жизнь и его императорское величество, Константина Алейского, белого дракона, чьи седые волосы были длинными и блестящими, словно струящееся жидкое олово. И император дал Хэмилтону право самостоятельно распорядиться племянником: «Вы избежите позора, если будете держать мальчишку в узде. Я не желаю смерти красному дракону. Его кровь такая редкая, что это стало бы преступлением. Но, если он перестанет быть покорным, в вашем праве уничтожить его». С тех пор Нейл сознавал, как хрупка его жизнь.

Он вечно раздражал своего дядюшку и люто его ненавидел. Будучи необразованным, несдержанным и глупым, он вел себя так, как хотел, и был вечно избит. А после его отослали в Аньяр, где все его существование свелось к банальному выживанию. Став помощником некого барона, он прошел все тяготы войны и был три раза тяжело ранен. В шестнадцать он стал командиром штурмового человеческого отряда, дважды терял весь состав, чудом оказываясь единственным выжившим.

Разумеется, Нейл не был хорошим парнем. О, десять лет в Аньяре превратили его в психа и изощренного убийцу. Теперь он мог с тоской вспоминать, каким невинным мальчиком был в девять, и какие красочные видел сны. Но со времен Аньяра ему снилась только кровь. Выпивка, женщины, курево — единственное, что облегчало его жизнь.

В двадцать пять, когда он получил приказ вернуться в Элхорн под присмотр Хэмилтона, он почувствовал, что желает мести. И месть его была бы очень кровавой, если бы мирная жизнь не ударила его наотмашь, вышибая из его головы животные порывы. Олсен оказался в столице, которую едва помнил и едва узнавал. Здесь жили аристократические рода Элхорна, гуляли прекрасные барышни, все цвело и пахло. И Олсен захотел здесь задержаться. Но гнет рода Хэмилтонов все еще довлел над ним.

Сейчас Нейл был относительно свободен, и даже вхож в семью.

Его чудесная сводная сестричка, милая драконица Эмилин, при виде него, кажется не смела дышать. Хэмилтон планировал заключить хорошую сделку, выдав ее замуж, но Нейл видел, как Эмилин, скромная и сдержанная девушка, постоянно ищет с ним встреч. Одинокая, воспитанная няньками и проповедниками, как и любая богатая аристократка, она чувствовала в сводном брате силу, энергию и запрет, который откликался в ее душе. Кажется, она и впрямь хотела с ним подружиться.

При мыслях о ней Нейл усмехнулся. В этот момент раздался болезненный стон господина Мейлза, и Олсен вернулся в реальность.

— Не заставляйте меня быть бессердечным, — протянул дракон. — Я сегодня совершенно не в духе.

Он поправил рукава своей рубахи, докурил и смял сигару о подлокотник.

— Кажется, господин Мейлз, вы не оставили мне