Ольга Николаева - Сила Предсказаний

— Ольга?

Я молчала.

— Ты? Ты живая?

От изумления я не могла даже рот открыть, не то, что достойно ответить на подобное заявление.

— Орин, — голос был хриплым и надтреснутым. Я пододвинулась поближе и ущипнула на этот раз уже его.

— Ты чего?

Я посмотрела на покрасневшую руку со следами от ногтей и наконец-то осознала реальность происходящего.

— Орин! Орин! — я кинулась ему на шею и уткнулась носом в плечо. — Больше никогда, никогда так не делай!

— Как? — ошарашено переспросил он, но при этом притянул к себе поближе, что я почувствовала тепло его тела через тонкую сорочку.

— Не исчезай, — уже тихо сказала я. Стальной обруч, сжимавший грудь лопнул, и слезы хлынули потоком, моментально сделав мокрой не только его рубашку, но кончики волос, и лицо. — Я…я не смогу, — молчала я долго, не осмеливаясь выдать завершающую часть фразы, боясь, потерять снова обретенное и еще сильнее прижалась к нему. — Я не смогу без тебя жить, — обреченно выговорила я.

— Не исчезну, — он говорил почти шепотом, но я слышала каждое слово. — Оля, Олечка, дорогая, как же ты нас напугала.

— Не называй ме… Да называй, как хочешь… Только не уходи.

— Вот теперь ты на себя похожа, — он улыбнулся.

— Издеваешься? — я попыталась отодвинуться, но Орин не пустил.

— Люблю, — тихо сказал он и добавил, — когда ты злишься.

Мне хотелось сказать, что я просто его люблю, но промолчала, засмотревшись в синие искрящиеся глаза. А он отпустив мою талию взял меня за подбородок и начал аккуратно стирать слезы со щек. Мне показалось или по его лицу скользнула тень?

— Что-то не так?

— Все хорошо. Ты жива и…здорова. Это главное. — Он вдруг встал отпуская мое лицо. — Тебе нужно поспать.

— Орин?

— Да.

— Останься, пока я не засну. — Он сел. Но я не спешила ложиться.

— Ложись.

— А вдруг, когда я проснусь, тебя не будет? — высказала я свой главный страх.

— Будет… потому что я тоже не могу без тебя…жить.

Как оказалось, Айрин по памяти воссоздала мою комнату, наивно полагая, что почувствовав себя дома, я быстрее пойду на поправку. Лучше б лес и костер наколдовала. Присмотревшись, я заметила, что все клавиши на компьютере одинаковые и без надписей, а коробки для дисков сделаны как будто из стекла.

После того, как я увидела Орина, выздоравливалось быстро: он приходил каждый день, развлекая меня рассказами из своей жизни, а заодно сообщал все последние новости о Хатене и Вилиэле, которые подозрительно много времени проводили вместе. Последние тоже заходили каждый день, но всегда по отдельности.

В первый же день я попросила Айрин вернуть обстановку комнаты в ее нормальное состояние и теперь каждый день любовалась деревянной мебелью, небольшим окном без занавесок и зеркалом в старинной раме. Правда, вот подходить к нему боялась: выглядела я, скорее всего, не лучшим образом.

В доме Мастера Нариата я провела около недели, хотя чувствовала себя превосходно. Айрин и компания под угрозой еще недели постельного режима запретили мне вставать с кровати. А Орин так чуть чувств не лишился, когда увидел меня на второй день на кухне, добывающей пропитание. Ну что я виновата, что мне хочется чего-то вкусного, а эти изверги кормят меня только бульонами и фруктами, нарезанными мелкими кусочками?

Дней через десять мы всей компанией отправились в Астарон, телепортом, причем с моей помощью. Даже два сильных мага не могли перенести еще трех человек и двух айшаки. Праздник был назначен пятый день двенадцатой смены Лун, так что все пять дней в столице Валийи я провела в приготовлениях. Не могу сказать, что я была этому рада, ведь все это время мне всего пару раз удалось повидаться с Орином и Айрин. А поговорить с моей наставницей мне удалось только за день до праздника и то, потому, что я сказала, что приду на бал в штанах, если она мне не расскажет, что произошло с Границами.

— Они покрылись твердой серой коркой. Тысяча лет, и все забудут, что они существовали.

— А где ланитка?

— Орин сказал, что она телепортировалась, но домой, похоже, не вернулась, потому что правит там сейчас ее дочь.

— А почему я не вернулась домой после обряда? — задала я самый важный вопрос.

— Не знаю. Возможно, ты еще не выполнила свою роль здесь.

— А я вернусь домой?

— Ох, Ольга. Это я тебе тоже не могу сказать. Хотя твоя роль в предсказании мне вполне ясна — ты привела Хранителя к Камню и к Границам.

То, что Орин оказался Хранителем, я узнала еще в Доме Мастера и была несказанно удивлена, так как еще у Границ мысленно попрощалась со всеми, когда не успела снять кольцо.

— Кстати, — она перевела тему, — мне показали эскиз платья, которое тебе шьют для бала. Ты уверена, что хочешь именно такое?

— А что не так? — притворно удивилась я.

— Да все так, — вздохнула Айрин, понимая, что переспорить меня не удастся. — Ладно, собирайся.

— А твоя айшаки, похоже, жеребая, — задумчиво проговорил Орин, рассматривая мою Лерку.

— Жеребая?

— Жеребенок у нее будет, — объяснил Орин.

— Так это ж хорошо.

— Ну только если он не пойдет в мамашку. Хозяйку ему будет найти проблематично.

— А у одного человека может быть две айшаки?

— Может, наверное. Планируешь себе забрать? — усмехнулся он.

— Ну если увижу когда-нибудь.

— Думаешь, что уйдешь? — Орин тоже погрустнел.

— Думаю, да. Но перед этим хорошенько повеселюсь на вашем балу, — и я пришпорила Аурель, пока Орин не увидел моего лица.

Платье, слава Богу, сделали именно таким, как я хотела. На тонких бретельках, обтягивающее сверху, оно от бедер разлеталось многослойной шифоновой юбкой. Спереди выглядело вполне пристойно, особенно если на плечи набросить шарфик, а вот сзади само платье начиналось ниже талии, полностью открывая спину, что и поразило Айрин. Весь лиф мне расшили хрусталиками и принесли коробку с украшениями, вот это, по-моему, были бриллианты. От перчаток я отказаться не смогла: во — первых, без них Айрин самолично пообещала меня выставить из зала, а во-вторых, мне надо было прикрыть чем-то наследие Лайды. Зато туфли сделали, как я хочу: на каблуках и с пряжкой, как мои бальные, только белые, в тон платью.

С волосами почти ничего не сделали: только чуть приподняли, соединив несколько прядей на затылке, и закрепили тонкой диадемой в виде змейки.

Моя тушь и блеск завершили превращение.

Я даже не узнала себя сначала: в зеркале я казалась себе чужой и чересчур взрослой. Хотя, безусловно, красивой.

Мы зашли в зал вместе с Хатеной и Вилиэлем.