Виктор Исьемини - Предчувствие весны

Алекиан задумался, уставившись в пространство. Глаза его были обращены поверх голов энмарцев, мысли императора витали где-то за пределами Мира, это частенько случалось с его величеством после болезни. Послы ждали.

- Хорошо! - Алекиан порывисто поднялся, полы мантии взлетели, ветерок пронесся по залу, шевеля мех на темных одеяниях энмарцев. - Мастер, следуйте за нами. Мы готовы выслушать вас немедленно.

Император, ломанными быстрыми движениями переставляя тощие ноги, спустился с подиума и остановился перед послами. Взгляд его по-прежнему был устремлен в неземные дали.

- Сэр Кенперт, сопровождайте нас. Ступайте за мной, мастер.

По-прежнему не глядя ни на кого, Алекиан развернулся и зашагал в дальний угол зала, там находились двери в небольшие помещения. Кенперт припустил бегом, проскочил мимо императора. Посол поспешил следом, озадаченный происходящим. К подобному обороту событий он был не готов.

Кенперт первым оказался у одной из дверей. За ней было небольшое помещение, ныне пустующее. Рыцарь заглянул внутрь, в лицо пахнуло холодом. Комнату не отворяли с осени, и в ней не было ничего, кроме сундуков, набитых хламом. Сюда, в эти каморки отволокли старье, которое не успели или не пожелали вышвырнуть на помойку, когда приводили в порядок тронный зал. Узкая прорезь в стене, наспех закрытая грубой рамой с толстым желтоватым стеклом - бойница, оставшаяся от прежних времен - служила единственным источником света. Повсюду была пыль и дохлые насекомые. Пахло старым тряпьем.

Рыцарь, уже знакомый с новыми привычками императора, догадывался, что Алекиана не смутит обстановка, поэтому торопливо шмыгнул в каморку, открыл сундук, выдернул бесцветную вылинявшую тряпку с облезлой бахромой и смахнул пыль с сундуков. Алекиан, согнувшись, протиснулся в низкую дверь, невозмутимо опустился на грязную крышку сундука и запахнулся в мантию. Тиль Ойер заглянул, поджал губы и потянул носом. Покачал головой, но не решился возражать - прошел к сундуку и сел напротив императора, повинуясь жесту Алекиана. Кенперт остался на ногах, ему не нашлось местечка, чтобы присесть.

- Выкладывайте ваши великие тайны, - кивнул Алекиан.

Посол еще раз с сомнением огляделся.

- Это потребует некоторого времени, ваше императорское величество. Быть может, нам лучше перейти в другое...

- Я слушаю.

Мастер Тиль пожевал губами, собираясь с мыслями, и начал.

- Ваше императорское величество, прошу выслушать меня с терпением. Речь пойдет о королевстве Сантлак.

Только теперь Алекиан поглядел наконец на посла. Запад. Сантлак. Сам Гилфинг Светлый внушал молодому императору мысли о западе, не иначе. К западу всю зиму обращались думы Алекиана, словно некто нашептывал в ухо: "Запад, Сантлак, Запад, Сантлак..." Однако планам недоставало завершенности, мысли о Сантлаке были довольно расплывчатыми. И сейчас он, Алекиан узнает недостающие сведения. Тогда-то он поймет, что предначертано совершить в нынешнем году. Сам Гилфинг ведет его, Гилфинг внушил Совету Негоциантов Энмара мысли о Сантлаке, Гилфинг провел послов безопасно по морям, воля провидения сберегла их в пути, а вовсе не жалкие ухищрения смертных, хотя бы и чародеев-Самоцветов. Это судьба.

В горле сразу пересохло, император откашлялся и перехваченным голосом, едва слышно прошептал:

- Говорите, мастер. Говорите. Я уверен, что мы придем к согласию!

Энмарца удивила внезапная перемена в настроении собеседника. Он покосился на застывшего у двери Кенперта. Взгляд рыцаря оставался безучастным. Тогда посол решил, что не следует удивляться странностям императора, и снова заговорил.

- Ваше императорское величество, простите мне, если я позволю себе дерзкие речи, но здесь мы наедине и лучше говорить начистоту. Положение в Сантлаке - позор для Империи.

Посол поглядел на императора - не сердится ли? Алекиан казался скорее заинтересованным, чем раздраженным.

- Еще раз прошу меня простить, но огромные земли, якобы входящие в Великую Империю, на деле не подчиняются никому, там не чтят законов и не соблюдают порядка. Эти земли потеряны и для Ванетинии, и для Энмара. Мы не можем торговать в Сантлаке, вы также отнюдь не сполна пользуетесь ресурсами огромного королевства.

- Мы вербуем в Сантлаке волонтеров, - решился вставить Кенперт.

Разумеется, посол был прав, но ванетскому рыцарю стало обидно.

- Волонтеров! - мастер Тиль махнул рукой. - В третий раз прошу простить мою прямоту, но Империи достаются лишь те, кто не сумел найти себе применения в Сантлаке. Представьте, что короне станут служить не младшие сыновья, изгнанники и изгои, а весь Сантлак! Весь! Подумайте, сотни дворянских родов! Быть может, и тысячи! Одному Гилфингу известно, сколько поместий теперь в Сантлаке! Их и сосчитать-то невозможно!

Глаза Алекиана разгорелись - посол повторял его собственные мысли. Воистину знак свыше! Да, все именно так и обстоит! Сантлак должен подчиниться Ванету!

- Между тем, - продолжал энмарец, - эти ресурсы пропадают втуне. Если бы удалось установить на землях этого огромного королевства порядок, ваше императорское величество получили бы новых подданных, а мы - новые рынки и - главное - безопасный сухой путь в Ванет.

- А, вот каков ваш интерес, - вынырнул из грез император, - мы понимаем. Но постойте, сухой путь? Мастер, есть что-то еще, чего вы не сказали. Да, вы говорили о великой тайне, а до сих пор мы не услышали ничего нового.

- Да, тайна, - кивнул посол. - Тайна, которую я от имени Совета негоциантов прошу сохранить от посторонних ушей. Нам удалось вступить в переговоры с королем северян. Конунгом, как они его зовут.

- Конунг? Это имя?

- Нет, титул. Его имя Гоегор. Ваше императорское величество, дело в том, что знаменитые морские разбойники - вовсе не его подданные.

- Вот как... - рассеянно кивнул Алекиан. Он думал о Сантлаке.

- Да, ваше императорское величество, известные нам злодеи, ужасающие Мир - изгои, беглецы. Отец этого Гоегора начал объединять северные острова под своей властью. Кто из ярлов, герцогов по-нашему, подчинился - те стали подвластными правителями, кто противился воле конунга - был вынужден бежать. С ними покинули острова и чародеи северян, волхвы, которые служат Морскому Царю. Гоегор восстанавливает веру в старых богов... хотя это не относится к делу. Важно другое - нам удалось вступить в переговоры с Гоегором. Прежний конунг терпел разбойников, когда они не нарушали его законов, новый настроен окончательно изгнать этих буйных людей с островов. Он готовит флот, наши биремы поддержат его. Вместе мы с гилфинговой помощью сумеем очистить море к западу от Мокрых Камней от драккаров разбойников. Вряд ли удастся окончательно искоренить разбой, но, по крайней мере, морской путь в Ливду станет безопасен.