Дарья Гущина - Черная луна

— Приятель, ты мне бритву не одолжишь? Спасибо, ты настоящий друг! И еще: верни мне мою синюю майку! Черный цвет меня угнетает! Кстати, о чем вы там шушукаетесь?

— Я, пожалуй, могла бы попытаться найти ваше потерявшееся чудо и в какой-нибудь другой стране, будь у меня более четкие ориентиры, — отозвалась Кари.

— Хотите, дам бесплатный совет? — Айво, попутно натягивая на себя майку, бесшумно подошел к ним, жизнерадостно улыбаясь, явно довольный собой в целом и своим внешним видом в частности. — Там, где появляется чудо, всегда начинается большой переполох, даже мертвецы восстают из своих могил, особенно, если она решается взяться за колдовство. Намек ясен?

— Вполне, — кивнула девушка, — сейчас попробуем. Только я прошу вас соблюдать тишину.

Она села на траву, закрыв лицо руками, и что-то тихо запела на незнакомом, древнем языке. По ее темным волосам побежали знакомые огоньки, вокруг них поднялся сильный ветер и, кажется, начал накрапывать дождь.

Оборотень поежился, нервно и настороженно озираясь по сторонам: его звериная сущность была категорически против колдовства в любом проявлении и никогда не молчала об этом, прорываясь наружу в виде острых клыков и хищно прищуренных глаз.

— Спокойно, дружище, — негромко посоветовал Соло, успокаивающе положив руку ему на плечо и удерживая на месте, — без паники! Держи себя в руках.

— Ничего не могу с собой поделать, — тихо признался Айво, — как только вокруг меня возникает колдовство, сразу хочется поджать хвост и сигануть куда-нибудь подальше в кусты.

— У меня на него тоже аллергия, — понимающе кивнул приятель, — а что делать?

— Есть! — Кари отняла руки от лица и посмотрела на ребят с довольной улыбкой. — Кажется, нашла. Она у вас случайно не маленькая и светловолосая? С забавно торчащими ушками? И в таких здоровенных шароварах с совершенно безумной расцветкой, да?

— Она, она, — закивал Айво, — и именно, с забавными ушками. Она и сама вся такая же забавная. А эти шаровары вообще ее большая слабость и наша беда. И где ты ее нашла?

— Ваша активистка случайно оказалась в Горной стране у гномов, — с некоторой досадой пояснила девушка, — и сейчас, похоже, собирается решать все их проблемы с помощью колдовства.

— У каких еще гномов? Каким колдовством? — откровенно перепугался оборотень. — Ее ни в коем случае нельзя подпускать к книге с заклинаниями, иначе она, не задумываясь, отправит к чертям половину Заоблачных миров за компанию с Магами!

И тут, словно подтверждая его слова, откуда-то издалека до них донеслось эхо громоподобного взрыва и падающих камей, под приятелями ходуном заходила земля, и поднялся холодный ураганный ветер. Следом небо заволокли тяжелые черные тучи и огромная стая насмерть перепуганных птиц, которые метались из стороны в сторону, как безумные. Но и на этом ничего не закончилось: земля снова сильно содрогнулась, только на этот раз от топота бесчисленных ног.

Айво, первым сообразивший, что за этим последует, быстро нашел глазами самое устойчивое на вид дерево и на полной скорости рванул к нему, скомандовав на бегу:

— Все на дерево! А не то нам крышка!

Народ во главе с геурусом послушно вскарабкался за ним на дерево, расположившись на скрипучих ветвях. И вовремя: через минуту под ними уже галопом проносились стаи обезумевших животных, несущихся в неизвестном направлении.

— Сглазил! — констатировала Кари, изо всех сил пытаясь и удержаться на дереве, и отмахнуться от щекочущего нос хвоста геуруса.

— Пусть она мне только попадется теперь! — вне себя от злости пригрозил Айво, изо всех сил вцепившись ветку. — Я ей все уши пообрываю! И отшлепаю! Или я не оборотень, мать ее! Ну, что за ребенок! Тьфу, проклятье!

— Прекрати плеваться! — рявкнула девушка, бросив на него яростный взгляд и вытирая лицо. — Тоже мне, воспитатель хренов! Сначала сам научись себя вести, а уж потом… — договорить она не успела, потому что вредная ветка теперь подвела и ее.

Оборотень, изогнувшись самым немыслимым образом, все-таки успел схватить за ногу стремительно падающую вниз Кари, едва не свалившись следом за ней. Сильный ветер, разбушевавшись, немедленно начал игриво раскачивать парочку жителей Подземелья.

— Соло!!! — отчаянно завопил оборотень. — Выручай, а не то мы сейчас навернемся прямо на этот взбесившийся зоопарк!

Сапог начал тихонько сползать с ноги девушки-вампира, и Айво пришлось снова поднатужиться, чтобы успеть схватить ее за штанину, когда он понял, что и сам начинает медленно, но верно сползать вниз. Туда, где еще бесновались животные. Предательская ветка, не выдержав веса двух жителей Подземного мира, с треском сломалась.

— Держись! — Соло в свою очередь ухватил приятеля за штаны.

Оборотень, краснея и громко пыхтя от натуги, умудрился схватить Кари за вторую штанину, а она, придя в себя, заметила рядом целую ветку и принялась с ее помощью принимать более удобное висячее положение.

Животные, немного придя в себя после долгой беготни, уже начинали более спокойно разбредаться в разные стороны, и вот тогда не выдержала уже штанина Айво: солидный кусок ткани остался в руках Соло, а оборотень, едва успев приделать себе большие крылья с грохотом свалился на истоптанную траву. А сверху на него приземлилась Кари, все еще сжимающая в руках очередную обломанную ветку.

— Черт! Слезь с меня! — немедленно завопил он, пытаясь столкнуть на траву оглушенную падением девушку.

— Не ори, я не глухая! — она быстро скатилась на землю.

— Живые? — с дерева спрыгнул Соло и подошел к ним. — Боги, что ты с собой сделал?

Айво с трудом выдернул из кровоточащего бока злосчастную ветку, откинул ее в сторону и устало растянулся на земле, сильно закусив губу: нестерпимо болела спина, ушибленная при падении, и огнем жгло свежезаработанную рану.

— Житья нет от этих деревьев! — нервно пробурчал он, зажимая рукой ручейки крови. — Проклятые ветки! Подводят в самый ответственный момент… — и тихо отключился.

— Что тут? — Кари подсела к ним и испугалась: — Блин… Я же не специально! Ничего, сейчас все поправим…

Она положила одну ладонь на рану, закрыв второй пол-лица, и принялась напевать уже знакомую песню. Вокруг ее ладони разлилось нежное сияние, воздух начал слегка пульсировать и по волосам снова резво забегали разноцветные огоньки.

Странная терапия длилась не больше минуты. Сияние начало постепенно затухать, и подуставшая девушка, откинув волосы назад, осела на траву. Соло же, заняв ее место, внимательно осмотрел рану, точнее, то, что от нее осталось: тонкий, едва различимый шрам.