Екатерина Соловьева - Ведьма

Пока я возилась с тестом, Мастер заботливо скормил мне столовую ложку смеси меда с пыльцой для восстановления сил и ясности мысли. Влад смотался в мой сарайчик, накопал там цветы яснотки и травку тысячелистника и заварил нам потрясающий по своей энергетике чай. Когда все было готово, я накрыла на стол, с трудом оторвала Магистра от книги и приказала всем угощаться. Высокий Маг опять попытался укрыться за книгой, но Влад зашвырнул ее себе за спину, глумливо усмехаясь. Мастер улыбался довольно сдержанно, а сам Магистр прятал глаза.

— Да что происходит, в конце-то концов? — не выдержала я.

— Ну как же, Магистр нас сегодня убаюкивал математическими формулами. За ночь, наверное, весь школьный курс тригонометрии вспомнил, — веселился Влад.

Я непонимающе уставилась на него.

— Он, видимо, очень боялся, что мы услышим его мысли, когда он спал с тобой в одной постели.

— Ну, зато выспались, — миролюбиво добавил Мастер.

— Это уж точно, формулы очень убаюкивали.

Магистр злобно посмотрел на друга, но ничего не сказал. А Влад продолжал развлекаться:

— Я вот думаю, мы с Надеждой наиболее пострадавшие от потери энергии. Она в результате своих экспериментов, а я из-за кровавого ритуала. Может, окажете снисхождение и позволите нам быстро и эффективно восстановить энергию?

Мастер зарычал, а Магистр почему-то уставился на меня, словно пытаясь понять, не совпадают ли мои желания с Владом.

— Блинчик скушай, — предложила я, пытаясь увести разговор в безопасное русло.

— Как скажешь, дорогая, извини, черный юмор, это я от нервов, — вовсю разошелся мой будущий супруг. — Но я вижу, сама идея тебе нравится.

Мастер стремительно выбросил сжатую в кулак руку в направлении лица брата, но тот молниеносно успел отшатнуться назад, удерживая равновесие на двух задних ножках раскачивающегося стула. Магистр выставил руку в успокаивающем жесте, а Влад дико захохотал.

— Юр, — обратилась я к Магистру, впервые за время нашего знакомства назвав его по имени. — Увези меня отсюда.

Влад с грохотом опустил стул на все четыре ножки и поднял руки, словно сдаваясь. Мастер все же достал его кулаком, брызнула кровь, но я не стала дальше смотреть развитие событий. Молча поднялась из-за стола и величественно удалилась из столовой.

Двумя годами раньше. Высокий магистр. Продолжение.

В благодарность за чудесное спасение, Высокий Магистр решил показать мне природный источник энергии, так называемое, Место Силы, древнее языческое капище, находящее в естественной карстовой пещере и ныне носящее название Ени-Сала.

Доехав до села Перевальное, Магистр бросил джип, и дальше пришлось плестись пешком по жаре. Я быстро подсуетилась, повисла у него на руке и старательно изобразила хромоногость на обе конечности. Магистр честно терпел. Но когда он предложил перекинуться в животных и допрыгать до места в "образе", мои ножки тут же поправились, и я, вздохнув, отлепилась от него. Обогнув домики военного городка, мы пошли по направлению к возвышающимся впереди склонам Долгоруковского нагорья, вдоль тянущегося по правую руку забора воинской части. Далее по тропе через полигон, на котором, к счастью, в тот день не проводились учебные артиллерийские стрельбы, о чем мне любезно поведал Магистр. Очень вовремя, потому что я сама бы, конечно, не заметила этих самых учений со взрывами. Куда уж мне! Миновав полигон, оставив позади здание командного пункта, и продравшись сквозь заросли кизила, тёрна и боярышника, мы выбрались на просторную поляну — здесь когда-то находилась деревня Ени-Сала. Впереди исполинской стеной вздымался западный борт Долгоруковской яйлы, разрезанный Ени-Салинским ущельем, в окрестностях которого расположены три пещеры под названием Ени-Сала. Нас, как сказал Магистр, интересовала Ени-Сала 2. Дорога привела к скрывающемуся под пологом леса мощному, никогда не пересыхающему роднику. Повеяло прохладой, вокруг громоздились увитые вечнозелёным плющом скалистые глыбы. Очень захотелось присесть здесь и никуда не уходить. Отсюда начался подъём по крутой, но достаточно удобной тропе, вьющейся по гребню правого борта ущелья. Сейчас мы шли по открытой местности, и это давало возможность, иногда оглядываясь назад, наслаждаться открывающейся всё шире великолепной панорамой крупнейшей речной долины Крыма — широким и удобным ложем Салгира. Тропа достигла вершины отрога, подъём стал более плавным, малоприметная тропка пересекла неглубокий распадок и… исчезла. Но Магистр уверенно повел меня — немного поднявшись и перевалив через невысокий покатый хребет ничем не примечательного отрога, мы обнаружили одиноко возвышающееся над травянистым склоном старое кизиловое дерево, скрывающее вход в пещеру Ени-Сала 2.

Этот вход я бы сама не обнаружила — он хорошо была замаскирован самой природой, что, разумеется, пошло пещере на пользу. Магистр в красках рассказал об актах вандализма, которым она подвергалась. Широкий, но низкий портал входа расширялся в огромный зал — благодаря наличию слабого естественного освещения и относительно ровной поверхности пола, осматривать его было достаточно удобно. Однако во время спуска из короткой привходовой галереи в первый зал я чуть не свалилась в глубокий провал, ведущий в нижний "этаж" пещеры, и только благодаря Высокому не свернула себе шею. Справа тянулась стена, покрытая изысканной вязью кальцитовых драпировок и декорированная миниатюрными "балконами" с восседающими на них каменными фигурками химер, а в левой части просторного подземелья возвышался массивный колонновидный натёк — сталагнат и, чуть далее, чрезвычайно эффектный сталагмит — высокий, стройный и элегантный, он стоял на своеобразном постаменте, как и подобает изваянию. В дальнем углу зала, поднявшись по скользким уступам окаменевшего каскада, я обнаружила типичную пещерную ванночку, заполненную водой, которая попала сюда, просочившись по карстовым порам, из известняков. Чувствовалась явная таинственная власть этого странного места

над человеческим сознанием. Все-таки предки знали, в каких местах строить капища.

Изучив все на верхнем этаже, я вопросительно уставилась на Магистра. Конечно, здесь все очень красиво, но не для этого же он меня сюда привез. Мы вернулись к сталагнату. Здесь начинался приземистый лаз, уводящий в тёмные глубины. Он не был особо комфортабельным, но сложным и, тем более, опасным, я бы его тоже не назвала, спустилась вслед за магистром довольно ловко. Он принял меня в нежные объятия, задержав в руках на секунду дольше, чем это действительно было необходимо. Дно нижнего зала было загромождено камнями и обломками кальцитовых натёков. В этом подземном покое царил абсолютный мрак, из которого луч фонарика первым делом выхватил скульптурную группу из трёх причудливых сталагмитов, немедленно приковывающих к себе внимание. В их неровных, бугристых очертаниях чудилось какое-то мгновенно замершее движение, их каменные желваки наполняла непостижимая сила, они казались живыми существами из иного измерения, нетерпеливо и деятельно ждущими в этом тихом убежище своего часа. Призрачные личины то и дело проступали и вновь растворялись в горной породе. Магистр назвал их стражами древнего храма.