Татьяна Лайка - Чужой снег

Так лети! Лети! Покоряй небо! Пронзай тучи!

И пусть ни одна шальная стрела не встретит тебя на пути…

— Это она! — истерически завизжал мужской голос откуда-то сзади. — Убийца! Поймать любыми средствами!..

Кажется он еще что-то кричал, переходя на хрип, но нам было не до него. Толпа разгневанного вооруженного народу неслась по нашим следам, которые, к моему ужасу, отчетливо виднелись на свежем снегу. Иларэль неслась со скоростью молодой газели, перепрыгивая и ловко огибая преграды. Я старался не упустить ее из виду, но долго это продолжаться не могло.

Она резко остановилась посреди зимнего сада: впереди уже виднелся тайный лаз сквозь неприступную с виду каменную стену… и на пути его стоял стражник, злорадно улыбающийся. Демоны, я же не взял оружия!

— Стоять! — рявкнул он, поудобнее перехватывая меч. — Вам некуда дальше бежать!..

Времени разглагольствовать не было совсем, поэтому я не стал слушать бредни этого безумца, а, загораживая девушку, двинулся прямиком на преградившего дорогу к отступлению стражника. Тот недоуменно скривился: не ожидал от безоружного такого, по его мнению, идиотского поступка, как «голым» бросаться на воина с мечом. Ну что ж, это его проблемы, а мне думать действительно было некогда.

Я быстро нагнулся и, зачерпнув рукой снега, слепил крепкий снежок, запустив его прямиком в лицо противнику. От неожиданности тот не успел ни пригнуться, ни увернуться, и чуть не свалился с ног под ударом моего снаряда в голову, пытаясь как можно быстрее вернуть зрение. Я мгновенно воспользовался ситуацией и подскочил к стражнику вплотную, еще на ходу заламывая ему руки за спину и отбрасывая меч подальше носком сапога. Иларэль мстительно пнула коленом удерживаемого противника в живот, отчего тот согнулся пополам и застонал. Не мешкая, мой кулак в тот же миг встретился с какой-то частью его лица (какой именно, мне было недосуг разбирать)… на «поле боя» пролилась первая кровь.

Раздавшийся сзади многоголосый рев подсказал о приближающемся «подкреплении». Тянуть время дальше было очень опасно, и Иларэль, бросив мне на прощанье лишь взгляд, прыгнула к каменной стене.

— Прощай, — сказала девушка, с трудом отодвигая тяжелый серый камень. — Может быть, мы еще когда-нибудь увидимся.

— Прощай… — только и успел я прошептать, потому что наемница уже скрылась в спасительном выходе.

В этот миг затылок неимоверно заныл и в глазах потемнело! Какой-то ублюдок умудрился чем-то увесистым садануть меня по голове, но кретин не рассчитал силы, и я, вместо того, чтобы бессознательной тушкой повалиться на землю, только сильнее разозлился. Я помню, что нескольким мордам досталось от моей руки довольно серьезно, но численный перевес был на стороне противника, который общими усилиями смог повалить одинокую жертву…

В следующий миг я увидел стены своей комнаты.

— Что, черт возьми… — слово «произошло» договорить я не успел, так как меня нагло перебили.

— Успокойся, тебе нельзя нервничать, — услышал я заботливый голос Классио. — Лежи и не дергайся, я помогу тебе.

С этими словами, пока я не успел еще чего-нибудь сказать не особо лицеприятного, он осторожно положил обе ладони мне на затылок и закрыл глаза. Приятное тепло волнами накрывало голову и постепенно переходило на остальное тело, расслабляя и уменьшая боль. За этим блаженным занятием я не забывал задавать вопросы:

— А как мы здесь оказались?

— Я тебя телепортировал, — совершенно спокойно ответил тот, не отрываясь от процесса лечения.

— Так ты все время следил за мной?! — возмутиться в полной мере не получилось: состояние не позволяло злиться, насильно заставляя быть спокойным и умиротворенным.

— А что мне еще делать? — невинно пожал плечами спаситель. — Идти мне некуда, делать тоже нечего, поэтому я и таскаюсь за тобой.

— Ну спасибо, что хоть не надоедаешь, а таскаешься тайком, — промурлыкал я.

— Не за что, — быстро ответил он. — А телепортировать тебя было делом первой важности: ты ведь как никак обещал попытаться помочь мне.

— Спасибо, конечно, что уволок от этой оравы идиотов, но откуда ты узнал, что я хотел задать именно этот вопрос? — удивился я.

— Так я же сейчас с тобой нахожусь в сеансе связи.

— Это так называется?

— Нет, — честно ответил Классио. — Название гораздо сложнее, но для тебя и этого хватит. Главное, чтобы ты понял, что я сейчас контролирую твои эмоции, а значит могу насильно усыпить — чего, заметь, не сделал! — или успокоить — чем, собственно, сейчас и занимаюсь. Поэтому я не то чтобы читаю твои мысли, я просто чувствую, что тебя мучает сейчас сильнее всего… за девушку, я думаю, упоминать не стоит? Вот таким образом управляя морально-эмоциональным фоном я могу тебя немного подлечить… в основном, конечно, твою душу, но и тело тоже не останется в стороне.

— Замечательно, — язвительно заметил я. — Мною управляет Падший из ордена Проклятых Псов! Лучше не придумаешь! Теперь ты можешь заставить меня что-либо сделать ради твоего ордена?

— С чего такие мысли, Мей? Почему, как только кто-то слышит слово «управление», это означает, что им немедленно воспользуются с личных целях?! Нет! Нет, и еще раз нет! Я не могу тобой воспользоваться, потому как чтобы заставить тебя что-то сделать, мне нужно будет все время находиться в таком вот состоянии, а если ты будешь шевелиться, то я очень быстро потеряю над собой контроль! И не выдумывай более всяких глупостей!

Классио убрал руки с моего затылка и с довольной миной, полностью удовлетворенный сделанным, сказал:

— Все! Готово! Теперь раны заживут гораздо быстрее. И, кстати, сейчас будут искать молодого человека, который мешал наказать убийцу лорда Клуэ де Говера, и я бы посоветовал тебе притвориться спящим и на все вопросы отвечать, что был в своем номере.

— Спасибо.

Демоны Семи Кругов! Я только сейчас понял, что тот граф, который упал со второго этажа прямо во время бала, не был заказом! Его Арая спустила с балкона совершенно справедливо! И наверняка там случилась предполагаемая ситуация: высокородный кавалер попытался приставать к молоденькой хорошенькой девушке и поплатился за это! Но кто же тогда этот лорд Клуэ де Говер?! За что его захотели убрать? Кому из более могущественных он перешел дорожку? И имя у него какое-то знакомое… хотя мало ли я слышал за эти дни имен и титулов всяких высокородных графов, баронов, лордов.

Классио невидимкой обосновался в моей комнате, всюду телепортируя меня, куда нужно. Он слугой бегал перед «моим величеством», и как бы я ни злился на него, уговаривал не лебезить, повторял, что я еще не заслужил его признания, тот был неумолим. Предвкушение победы над орденом заполонило его разум, весь, какой только остался, и парень от радости не находил себе места.