Татьяна Лайка - Чужой снег

— Что? Что получится?

— Верните мне расположение Серой Гостьи! Прошу вас, у вас получится! Вы можете! Я отдал кольцо вам, а значит она не может вас тронуть, пока я не буду уничтожен! У нас есть еще почти сутки!..

— Зачем вы вообще его отдали мне? И кто был тот мужчина, который гнался за вами?

— А кому еще я мог его отдать?! Он бы все равно до меня добрался, а так я пытался спасти символ. Без него я никто! Я же не знал, что перстень попадет к самой Серой Гостье. Теперь они меня повязали по рукам и ногам! Помогите мне!

— А кто был тот господин? — повторил я вопрос, на который мой собеседник так и не ответил.

— Он тоже посланник Серой Гостьи, но он не из Псов… Вы поможете мне?

— Посмотрим… — уклончиво ответил я, придумывая, какому врачу его сдать.

Но тот внезапно исчез прямо у меня на глазах и появился поодаль, у окна.

— Вы хотите спрыгнуть? — невинно поинтересовался я, в то время как внутри у меня разгорался костер сомнения: а в самом ли деле он такой ненормальный? В меня стали закрадываться подозрения, что этот тип может говорить правду, ведь и телепорты, и кольцо, и Смерть были настоящими…

— Нет, — тяжко вздохнул он. — Мне грустно.

— Отчего?

— Вы мне не верите, — он посмотрел мне прямо в глаза. — А мне действительно стыдно за это предательство перед моей Хозяйкой… мне безумно хочется, чтобы она меня простила и приняла обратно на службу…

— А потом вы придумаете новый способ стать свободным и сбежите снова?

— Вы вправду так плохо обо мне думаете? — сощурился тот. — Вы не верите в мои намерения… ну что ж, не надо было просить у вас помощи, вы сами ни чем не лучше меня, вы такой же, как все…

Он растворился в воздухе… телепортировался, наверное. Но его последние слова, что я такой же, как и все, настолько глубоко запали в душу, что я невольно раскаялся. Мог бы и попробовать помочь! — подумал я про себя.

— Постой! — без всякой надежды на то, что он меня услышит, произнес я неизвестно куда и кому.

— Да, я еще тут, — грустно отозвался молодой мужчина. — Вы передумали или хотели еще о чем-то меня спросить?

— Нет… точнее, да… короче, я передумал.

— Вы мне поможете? — с надеждой в голосе спросил тот, медленно проявляясь у окна. — Правда?

— Я попытаюсь, — уклончиво ответил я. — Но ничего гарантировать не могу…

— Я прекрасно все понимаю! — уже совершенно радостно заверил меня он.

— Классио? Вас зовут Классио?..

— Да, это Хозяйка Смерть вам сказала?

— Да.

— Значит она меня помнит! — тот от радости чуть не запрыгнул на люстру. — А если так, то у меня есть шанс попасть обратно! Есть шанс, что она меня простит!

Тут только я вспомнил, что его имя я знаю, а вот он мое нет.

— Я Мей…

— Я знаю: граф Мейрон Корн Д’эзри фон Пристелс!

— Нет, просто Мей, договорились?..

Я пообещал попытаться помочь этому бедолаге вернуть расположение Серой Гостьи, но что для этого нужно сделать — не знал.

Ладно, что-нибудь придумаем вместе… а пока я жутко хотел отдохнуть. Я так устал за сегодня! Еще и этот разговор занял почти два часа…

Классио тактично оставил мою скромную персону наедине с самим собой, и я, наконец, мог приятно растянуться на мягкой кровати… глаза сами закрылись, когда я еще не успел устроиться поудобнее… я сладко спал… но опять недолго!..

Едва уловимый звон, раздавшийся в окне, заставил открыть глаза.

— Да что там еще! — в сердцах выругался я. — Несколько часов не дают поспать спокойно!

Выглянул в треснувшее от брошенного в него крепкого снежка окно, из-за бесчисленных кружащих снежинок почти совсем ничего не видно: метель, как всегда, снег валит большими хлопьями, покрывая крыши домов и простых построек белым пологом, верхушки елей раскачиваются от ветра… под тусклым фонарем стоит одинокая фигура…

Я мгновенно проснулся окончательно, в рекордно короткие сроки оделся для уличной прогулки и стрелой вылетел во двор. Сунув нос в холод, немедленно пожалел, что не стал напяливать шапку, но возвращаться было поздно, поэтому я стал судорожно искать глазами фигуру у фонаря, не обращая внимания на прилипающие к ресницам и бровям хлопья снега.

Иларэль стояла, прижавшись к обледенелому металлу, вся нахохлившись словно воробушек, грела тоненькие пальчики паром изо рта. Я мигом стащил с себя пальто и попытался набросить его на плечи замерзшей наемницы, но та извернулась.

— Не надо, Мей, я ненадолго, я только попрощаться… — она постоянно озиралась по сторонам, будто кого-то боялась увидеть… или что кто-то может увидеть ее.

— Ты уходишь? — бесцветным голосом спросил я.

Я прекрасно знал, что этот момент обязательно наступит, но это случилось так неожиданно, что… что я не знал, как реагировать.

— Да, мне надо… — невнятно произнесла она, в очередной раз выпустив пар на ладони и оглядевшись по сторонам. — Мне пора, Мейрон, — глядя в глаза мне, прямо сказала она.

— Ты выполнила задание и теперь должна продолжить свой путь?.. — скорее утвердительно, чем вопрошающе сказал я.

— Типа того, — она прекрасно поняла, что я прав, но признавать или просто произносить это вслух она не решилась. — Все закончилось и мне надо уходить… чем скорее, тем лучше.

— Сейчас поднимется паника, — прошептал я, обнимая Араю. — Зачем ты вообще пришла?

— Я не могла не попрощаться с тобой… — так же шепотом ответила она. — Я не пережила бы этого.

— Тебе не стоило оставаться тут так долго! — мои губы коснулись виска девушки. — Иди! Спеши, тебя могут найти, тогда этого не переживу я!

Я в последний раз гладил темные волосы, по привычке заплетенные в длинную толстую косу, последний раз смотрел на эти серые грозовые глаза, последний раз целовал ее сочные губы, последний раз… я последний раз видел это прекрасное создание.

Она как птаха залетела в мою жизнь, принеся несколько радостных и счастливых дней. Она нежными руками, как мягкими перышками обнимала мое тело, ласкала мою кожу. Но я ведь с самого начала знал, что она улетит обратно… что ни одна золотая клетка не удержит эту птицу… Поэтому я никогда не пытался закрыть дверцу на замочек… Вот и сейчас я лично распахивал эту самую дверцу, открывая путь и позволяя ей сделать взмах крылами… И вот она уже сидит на тонких золотых прутьях и медлит, стараясь оттянуть время… но это не поможет, милая! Пара томительных секунд не способны изменить тебя саму! Невозможно сделать из вольной птицы такого урода, как человек! Я не вправе обрезать тебе крылья, родная! Я люблю тебя такой, какая ты сейчас: свободной орлицей, взрезающей гладь воздушного пространства!