Леонид Кондратьев - Отыгрывать эльфа непросто!

…

Капитан Кадорин Андрей Геннадьевич.

"Ну, если с таким раскладом, да и листья эти действительно таким уж чудесным средством окажутся, то может сразу в дурку то не упекут. Только всё равно, не то это — не то, нашему руководству эти пестики-тычинки чую легковаты покажутся. А уж если до Берии или до Самого дойдёт. Тут надо что-то по убедительней, по убойнее. "

— Ссешес, а что из твоей магии, да по убойнее, можно в Москве показать, чтобы так сказать, ты один раз вышел, показал и все сразу поверили.

На лице дроу при этих моих словах пробежала целая гамма чувств, правда из-за большой скорости смены выражения лица я смог разобрать только последнее — выражение крайнего возмущения.

— По убойнее гховоришь, в Москхве гховоришь? Андрей, мешду нашими домами покха никхакхих догховоренностей нет. И ты уж извини, все гхарантии моей неприкхосновенности кхоторые ты можешь дать, кхак кхапитан армии своегхо Дома, смотрятся довольно бледно. Покха нет никхаких дипломатических отношений между Домом Риллинтар и твоим Домом. Я ведь не дварф, упившийся гхрибной настойкой, никхуда я не поеду, самоубийцы и особо доверчивые долгхо не живут. Потом, кхогда наши дома будут связывать более тесные узы и мы окхажем друг другу некхоторые услугхи и докажем обоюдную полезность, тогхда — да, поеду. А пока, кхапитан, извини.

— А мне так вообще путешествовать не получится, я-ж ведь в каждой травинке своей чащи живу и поэтому переместить меня никак не получится. А вот коряга эта очеловеченная которая с вами сейчас разговаривает, ну может версты две за пределами леса и продержится, а вот потом, звиняйте, я ей управлять не смогу, упадёт пень-пнём, потом только на растопку.

Тут уж у меня в мозгу что-то немного перемкнуло — посмотрел я так подозрительно — подозрительно на Лешего, у самого уже шарики за ролики заходят и спрашиваю:

— Это получается что сейчас я не с тобой говорю? И это не твоё тело.

Леший в ответ так глазками своими захлопал с абсолютно непонимающим выражением лица, но мне-то что, я в НКВД в особом-то отделе и не таких художников видел, мне мозги канифолить такие зубры пытались, что этот гражданин Леший ещё слабо выглядит. Ну как таких хлыщей колоть мне уже не раз показывали, да вон начальник отдела — незабвенный Семён Петрович… попробуем по его методе. Улыбочку на лице нарисовал добрую такую, душевную и постарался так, по отечески прищурится и спрашиваю:

— И с кем-же мы сей разговор ведём если не с Лешим, что за гражданин тут сидит и с представителем советской власти разговаривает.

И по лучшей Серёгиной методе… как в ухо заору, тут уж завсегда клиент из равновесия выходил и лишнее начинал выбалтывать:

— Имя! Звание! С какой целью прикидываешься Лешим!

Смотрю, а у него лицо оплывать начинает, медленно так, а вокруг как потемнело. Будто тучка на небе солнце загораживает. И шелест такой со всех сторон доносящийся в слова складывается:

— Ты на кого человечек голос-то повышаешь! Да я сейчас тебя на корм травам пущу!

Тут как-то немного мне страшновато стало, выхватываю наган и пытаюсь вскочить, а у самого в голове мысль бьётся: "Хм — чревовещатель хренов, кого испугать собрался! Да я после пяти лет работы в органах ни чёрта ни бога не боюсь. Сейчас я тебе пилюльку от невнимания пропишу. Серёгина кстати разработка — этот шутник у клиента над ухом любил стрелять — говорил, что пациент потом внимательный-внимательный становится, правда немного глуховатый. Но ничего, в крайнем случае переспросит. В Испании методика пригодилась на все сто — один раз какого-то Хуана поймали, молчал как убитый, а от Серегиной пилюльки от невнимательности расчирикался, что твой соловей. "

А вот подняться мне как раз и не удалось, дёргаюсь, встать пытаюсь, а толку никакого — взгляд опускаю, а меня по пояс травой опутало и травинки как живые расти продолжают. Я их начинаю стволом отрывать, руками что-то как-то не хочется. А они сволочи хоть и рвутся, но расти продолжают, да так быстро — стоит мне плеть оторвать, в другом месте уже две выросли и по гимнастёрке к портупее уже тянутся…

…

— Так, дварфы вы мои парнорогатые! Ша! Баста! Такхизис твою за ногу! Бихолдера в зрачок палантиром, да с тройным переворотом через Минас-тирит. У одного все мысли через одно место — только о врагах родины и шпионах думает. А второй тоже хорош — достойно ли духу чащи, как молоденькому оленю брыкаться? Так оба успокоились, ты Леший, траву-то свою убери, а ты капитан громыхалку тоже спрячь. Уж поверь — Ей ты только себе навредить можешь.

Прохаживаюсь между нашими горячими грузинскими парнями и про себя думаю — вот послал ректор союзничков — у одного ещё детство в одном месте уж пару миллионов лет играет, второй на всю голову НКВД-тнутый. Вообще-то молодому советскому государству с его развитым коллективизмом и всеобщей уравниловкой будет очень большим шоком столкнутся в возможностью существования магически одарённых индивидов. Так сказать сам себе жнец, на дуде игрец и апокалипсец. Попробуй такого раскулач — как кастанёт цепную молнию, вот и нет больше председателя колхоза со всей партийной верхушкой. Ведь действительно, фактически государственность поддерживается только страхом члена общества перед наказанием, а что будет творится в социалистическом обществе если там появятся маги, да ещё не дай ректор, уровня хорошего архимага? Ну да ладно, данный геморрой пусть разгребает ЦК, а я в сторонке постою и посмотрю чем кончится. Лишь бы меня не трогали.

— Ладно. Как dalharen себя ведёте. Заканчивайте. Ты капитан пойми — он ДУХ Чащи. Дух — понимаешь?

Посмотрев в немного вытаращенные, испуганные глаза капитана и не обнаружив в них признаков интеллекта, попытался разжевать поподробнее.

— Дух леса это энергетическая сущность обитающая в совокупности растительного мира данной чащи. — В глазах капитана огонька понимания так и не зажглось, поэтому я продолжил:

— Всё что ты сейчас вокруг видишь — всё это вмещает в себя Дух Чащи, а это чучело он просто создал, чтобы удобнее с нами общаться было, понятно?

Капитан видимо немного отошёл от увиденного и с удивлением покосившись на медленно опадающие пряди травы, и вновь ставшее отчётливым лицо Лешего произнёс:

— Так это что, аналог телефонной трубки…

…

Рядовой Онищенко Геннадий.

Выходим мы значит с мясом на поляну. А там наша троица сидит напыжившаяся. Капитан с Лешим почему-то друг на друга дуются, а Ссешес между ними вперёд-назад бегает и что-то втолковывает. Нас увидел, рукой на них махнул и к старшине сразу. И говорит, мол, ты, Сергеич, давай пока костерок организовывай, а я пойду за травками разными пользительными пройдусь, видел тут недавно, когда за лосем этим придурочным бегал. Да и может успокоюсь немного. Правда зачем-то лук свой взял и в лесу как всегда истаял. Ну а мы с ребятами развернулись, туши пока на траву положили, Сергеич дёрн разметил и с Серёгой начал его аккуратно так снимать и по краю бортик выкладывать. А под дёрном там слой землицы сероватой, а потом песок белый-пребелый, такой только на болотах встречается, как будто с щёлоком вымытый. И вот этим песком они мы края этой выемки и обсыпали. Старшина нас потом всей толпой за сушняком отправил, добавил чтобы без ольхи или орешника не приходили. Сам взял штык-нож, тарелку из немецких, да кусок брезента и к болоту почесал. Ну и вдогонку Юрке крикнул чтобы тот жердей штук восемь срубил, да чтоб тушу выдержали и пошире ямы были. Ну с ольхой конечно были проблемы, но мааленькую такую горку орешника, дуба и берёзок мы сообразили. Тащимся значит через кусты и видим картину — два наших мыслителя всё разговаривают, правда теперь уже спокойно, а старшина на брезенте кучу глины откуда-то притаранил и любовно так ямищу обкладывает. Отдельно песочек горкой громоздится. Порубили мы тушу, рёбра в одну сторону, шею и грудинку в другую, а окорока старшина чуть ли не грудью закрыл и говорит: