Леонид Кондратьев - Отыгрывать эльфа непросто!

— Сердце Чащи людишкам на лечение обдирать! -

Выражение искреннего возмущения прорисовавшееся на лице Лешего доставило мне просто небесное удовольствие и сильно обеспокоило капитана, настолько что он с тревогой начал всматриваться к нашим лицам.

— Так никто не говорит о том что обдирать и именно сейчас. Ты на ростки небось весь запас магии угрохал, и наверно даже резерв? Дай догадаюсь — сейчас они, мэлорны твои, они же сердце чащи, как ты поэтически высказался, размером с человека примерно или чуть больше?

Понурый кивок Лешего был как бальзам в чашку с кофе. Вот почему старичок такой покладистый и тихий. Он вообще на голодном пайке — не рассчитал видать и после пробудки вбухивал магию налево и направо, тело вот себе соорудил. А потом видно решил шикануть и сразу восемь мэлорнов высадил. Нет ну не дурак? Ведь заработают без подпитки только лет через пятьдесят, а подпитку то брать неоткуда — вот и пришлось к дроу да хумансам на поклон идти. Нет, посадил бы одно деревце, подпитал бы до полного развития и с уже работающим одним источником магии высаживал бы другие. Ну не дурак он после этого?

— На зиму листва с них всё равно опадать будет, конечно не вся, эти растеньица, как я помню вечнозелёные. Так вот давай прикинем: Лечебная доза на одно серьёзное ранение примерно одна восьмая листа, но можно использовать и меньшими дозами, просто процесс выздоровления затянется. С восьми-то деревьев за зиму тысячи полторы листьев соберётся. Заметь, ничего обдирать не надо, берём только то что само упало. А это уже порядка пятнадцати — двадцати тысяч выживших "безнадёжных больных". Капитан, у ваших медиков гниль в ранах часто встречается?

— Да от заражений ран умирает как-бы не больше раненых чем от самих ран. И антисептики используют, а толку, по Испании помню, доставили бойца в лазарет, рана вроде маленькая да пулей туда грязи загнало, потом в окопе добавило, он там почти пол дня валялся. И всё, готовь могилу для парня. И смотришь доктору в глаза, а там сразу приговор виднеется, края раны уже вспухли и посинели, да и запашок пошёл. А если уж в кишечник ранение, так шансов вообще очень мало.

Радостно потираю руки и продолжаю свою наглядную агитацию.

— Во-о-от! Тогда продолжим рассуждать. Если не привередничать и выжидать не полного излечения, а только исчезновения гнили в ранах, долечивают потом пусть хумансовскими методами, то расход листьев можно ещё уменьшить. И прекрати на меня как бихолдер пыриться, дух чащи называется, жлобится как последний дварф. Ничего с твоими любимыми мэлорнами не станется, сам будешь листву павшую собирать, никто хумансов к ним не подпустит, сам знаешь какие из них садовники. А с подпиткой, чтобы росли побыстрее, мы потом что-нибудь решим. Отдельно попозже сядем и поговорим по нормальному, без нервов.

…

Рядовой Онищенко Геннадий.

Ну, скажу я вам, командир с этим несчастным лосем и побегал. Вытоптано всё, вплоть до небольших деревьев, как будто трактор из соседнего мехдвора на полдня взяли и вокруг нашей стоянки кругами ездили. Старшина, правда, сразу объяснил, что здесь к чему. Сергеич он ведь мужик умный, да в свои-то годы уже разного навидался. Вот и сейчас, посмотрел на эту катавасию и сразу сказал, так мол и так, Ссешес его к нашей стоянке гнал, а тот ни в какую, вот они кругами и бегали, пока командиру это не надоело.

Нашли мы этого лося, тушища конечно знатная. Ну, благо все мужики нормальные, поросят и телят разделывать умеем, приступили. Разница-то только в размерах. С ливером особенно заморачиваться не стали, благо ни условий, ни оборудования для приготовления свойских колбас не было. Так что ободрали шкуру, выпотрошили, откопали яму поглубже и чтобы не особо следить, туда кишечник, содержимое желудка, ну и Сергеич голову зачем-то тоже выкинул. Правда высказался перед этим, что если кому-то надо аппетит на недельку испортить, то вот топор, вот голова, пусть вдоль разрубит, но он лично на это смотреть не будет и отойдёт подальше. Тут наш комсомолец Серёга очнулся, он как раз тушу топором вдоль позвоночника разрубал. Мол, что там такого страшного? Мозги мол они и в Африке мозги, да если их в котелочке пожарить, да в мучке перед этим обвалять, то как говорила лучшая подруга его мамы, тётя Соня — "Это такой цимес будет! Пальчики до самых локтей оближем".

Сергеич при этих словах аж позеленел. И на такую мать — перемать его пробило, я аж заслушался, у нас в деревне только мельник дед Гриша так завернуть мог. Если пропустить весь мат, то рёк наш старшина следующее, он когда ещё молодой был, в гражданскую, с ребятами из его роты лося контуженного посля атробстрела подстрелили. А охотников в роте тоже не было, все из крестьянских семей, дичину-то в глаза считай что и не видели. Точно так же попотрошили, в лагерь принесли и с ребятами из соседних рот, чтобы мясо не пропадало, ухомячили всю тушу. А посля одному засранцу тоже мозгов в мучке обжаренных захотелось. Он на пенёк голову-то лосиную поставил, топором взмахнул, а потом вся рота дружно в кусты блевать побежала и фельдшера звать кинулась. Благо из соседнего окопа сибиряк один высунулся, да и объяснил, что черви эти, что у лося в черепе живут, они мол не заразные и человеку от них ничего не случается. А потом сволочь добавил, что эвенки у оленей таких же за лакомство считают и сырыми едят. От тех слов, кто уже из кустов вылез обратно побежали. Фельдшер потом объяснил, что это овода личинки и ни лосю ни человеку от них ничего не случается.

Нас с ребятами от такого объяснения дружно передёрнуло. Серёга тот вообще позеленел, ему, судя по виду, сразу мозгов в мучке обжаренных-то расхотелось.

Ну потом оклемались мы немного. Срубили две сухостоины, привязали за копыта полутуши распластанные, а в шкуру ливер завернули. Так и до лагеря и пошли. Впереди старшина с шкурой на плече. А за ним Серёга с Олегом. Ну а опосля них и мы с Юриком под весом тушки шатаемся. Хоть аппетит нам Сергеич-то подпортил, но всё равно, как представлю шкворчащий кусок мяса, да с прослоечкой сала, чтобы не особо сухой да жёсткий был — так слюна изо рта хуже как у бешеной собаки льётся. Да и Юрик вон тоже судя по всему слюну сглатывает…

…

Капитан Кадорин Андрей Геннадьевич.

"Ну, если с таким раскладом, да и листья эти действительно таким уж чудесным средством окажутся, то может сразу в дурку то не упекут. Только всё равно, не то это — не то, нашему руководству эти пестики-тычинки чую легковаты покажутся. А уж если до Берии или до Самого дойдёт. Тут надо что-то по убедительней, по убойнее. "

— Ссешес, а что из твоей магии, да по убойнее, можно в Москве показать, чтобы так сказать, ты один раз вышел, показал и все сразу поверили.