Алексей Александров - Знамя химеры

Наше появление бродяга встретил настороженным и испуганным взглядом.

— Не бойся, старик, мы не причиним тебе зла, — произнёс я, слезая с Ветра. — Мы погреемся около твоего костра и поедем дальше.

— Пожалуйста, добрые господа, — старик поспешно вскочил со своего места и согнулся в раболепном поклоне.

Я присел на корточки возле полыхающего костра и, сняв кожаные перчатки, с удовольствием протянул руки к благодатному теплу. Стоящий на противоположной стороне костра старик что-то проворчал себе под нос. Похоже, наш визит ему не нравился.

— Откуда идёшь, старик? — спросил я его.

— С юга, добрый господин. В нашем королевстве бушует война, и я решил поискать место поспокойней.

— Здесь ты его вряд ли найдёшь, — горько усмехнулся я.

Бродяга вновь прошептал себе что-то под нос, на секунду мне показалось, что он говорил на каком-то странном языке.

— Ты что-то сказал, старик?

— Простите, добрый господин! — старик на всякий случай ещё раз поклонился. — Я привык разговаривать сам собой.

Сзади притворно закашлял Глок. Я обернулся и кинул на него вопросительный взгляд, он молча кивнул головой в сторону Мезамира. Я перевёл взгляд на вампира, тот утвердительно качнул головой и указал взглядом в сторону леса.

— Прощай, старик, — покопавшись в кошельке, я вытащил серебряную монету и кинул её бродяге. — Постарайся добраться до города раньше, чем стемнеет.

— Спасибо, добрый господин, — попробовав монету на зуб, в очередной раз поклонился он.

Махнув рукой на прощание, я вернулся в седло.

— Ты кого-то нашёл помимо этого старика? — спросил я Мезамира, когда огонёк костра скрылся за поворотом дороги.

Он утвердительно кивнул головой:

— Ещё трое чуть дальше.

— Возможно, это те, кто нам нужен, — задумчиво протянул Глок, поглаживая рукоять полуторного меча, пристёгнутого к седлу.

Подождав пока принц и его спутники скроются из вида, бродяга поднял лежащий на земле посох и сел обратно на поваленное дерево. Он повертел в руках монету, и на его лице заиграла презрительная усмешка. Ловко подбросив монету в воздух, бродяга поймал её и крепко сжал в кулаке. Раздалось шипение плавящегося металла, серебряные капли упали на землю. Бродяга ещё раз презрительно усмехнулся и прошипел несколько слов на неизвестном языке. Черты лица старика размазались и исчезли. Теперь у костра сидел ещё не старый человек в длинном чёрном одеянии, напоминающем плащ. Простая деревянная палка в его руке изменилась: дерево приобрело странный розоватый оттенок и покрылось затейливой вязью неизвестных символов.

Хрипло каркая, словно ругаясь, из глубины чащи вылетел ворон и уселся на посох тёмного мага.

— На принца не действуют мои заклинания, — глядя в глаза ворону, проговорил незнакомец. — Это странно.

Ворон зачарованно тряхнул головой.

— Впрочем, им не нужно управлять, — улыбнулся маг. — Достаточно спустить с цепи, а остальное он сделает сам.

Ворон хрипло каркнул, словно соглашаясь с собеседником.

— Теперь, наверное, стоит навестить нашего милейшего герцога? Как думаешь? — спросил маг у ворона.

Тот вновь разразился хриплым карканьем.

— Ладно, тебе пора, — усмехнулся маг, погладив птицу. — У тебя впереди долгая дорога.

Ворон расправил крылья и взлетел. Поднявшись над вершиной деревьев, он направился на юг. Тёмный маг проводил птицу взглядом.

— Ко мне, тварь! — позвал он куда-то в кусты.

Из леса вышел старик, точно такой, с которым вёл беседу Леклис. Он шёл, спотыкаясь на каждом шагу и шатаясь словно пьяный. Его движения были похожи на дёрганье балаганной куклы, которую неопытный кукловод тянет за верёвочки. Лишь глаза старика были живыми, в них застыл ужас и обречённость.

— Ложись здесь! — произнёс маг, ткнув посохом в землю рядом с собой.

Обречённый старик кулем повалился на землю.

— На спину, тупая скотина! — маг сильно пнул в бок упавшее тело. — И раскинь руки.

Дождавшись, пока зачарованный бродяга выполнит его распоряжения, маг снова пробормотал себе что-то под нос.

Из-под земли выползли корни деревьев, похожие на гигантских змей. В один миг они сжали руки и ноги несчастного и надёжно пригвоздили к земле. В этот же момент тёмный маг снял контроль и с губ старика сорвался крик отчаянья и боли.

— Замолкни, тварь! — брезгливо бросил маг, вычерчивая концом посоха замысловатые руны на земле около него. — Тебя слышу только я.

— Зачем я вам? Что вы хотите со мной сделать? — забился в путах бродяга.

— Прости, старик, — усмехнулся маг, доставая тонкий кинжал с белоснежным костяным лезвием. — Мне нужна твоя жалкая жизнь.

— Мне не нравится твоя затея, Леклис — проворчал Глок, продолжая нервно теребить рукоять меча.

— Ты знаешь, что у меня нет выбора, — пожав плечами, ответил я.

— Но те, кого мы ищем, — это отребье!

— Да, — согласился я, — но они обучены и вооружены, к тому же многие из них служили в распущенной ныне армии. А ты ведь знаешь, как мало у меня воинов.

— Можно призвать под свои знамёна дворян центральных провинций.

— Разговаривая со своими «верными» подданными, а уж тем более с вассалами дяди, я хотел бы иметь за своей спиной хотя бы небольшой отряд воинов. Отряд преданный только мне и никому более.

Я немного придержал Ветра так, чтобы конь Глока смог поравняться с ним.

— Прости, старина, — извинился я, дружески похлопав барона по плечу, — но у меня нет веры в преданность дворянства. Самые преданные остались лежать на том трижды проклятом поле, а тут остался всякий сброд, хоть и имеющий громкие титулы и золотые шпоры. Сейчас они либо грызутся между собой, либо забились в свои норы и ждут развязки. Они не пойдут за мной, пока я слаб, а вылезут из своих нор только тогда, когда начнётся делёж трофеев.

ЧТО САМОЕ ПОГАНОЕ — ИМ ДОСТАНУТСЯ САМЫЕ ЛУЧШИЕ КУСКИ.

Ехавший чуть впереди Мезамир остановил свою вороную кобылу и предостерегающе поднял правую руку.

— Не стоит даже пытаться, — громко проговорил он в сторону густых придорожных кустов. — Твоему другу тоже лучше опустить лук.

— А мне? — раздался позади нас чей-то голос.

Мезамир улыбнулся — даже в сгущавшемся сумраке было видно, как блеснули нечеловечески белоснежные зубы.

— У тебя из оружия только пара ножей: один на поясе, а другой в левом сапоге, — проговорил он не оборачиваясь.

— Верно, прими вас Падший! — усмехнулся кто-то за нашими спинами. — Что вам надо?