Ирина Цыганок - Долгий сон

Цель прогулки была забыта, подобрав юбку, экс-княгиня бросилась назад в замок — разыскивать Андреаса.

— Ты должен немедленно закрыть городские ворота и привести всех к кровавой клятве! Женщин, стариков и детей можно исключить, да и не всякий мужчина, и уж конечно не в одиночку справиться с эльфом. Значит кандидатов остается не так много, и начать следует с самых подозрительных… К завтрашнему утру все уже будет ясно!

— Ты закончила? — Мирре не понравилось, каким тоном сказал это новый князь, но сейчас было не до тона. — Тогда скажу я. Ты больше не правительница, и закон во Вране един для всех. Я не собираюсь делать исключения для эльфов, будь они даже трижды милы нашей почетной гражданке. Разве требовала бы ты таких мер, если убили кого-нибудь из людей, к примеру вранского гвардейца?

— Андреас, они ведь — бессмертные. Смерть для эльфа не логический конец и не неизбежность, одно это делает убийство перворожденных особым преступлением! Но ты ведь знаешь, к тому же, что эльф не мог напасть первым. Они не пьянеют от вина, не ценят денег и не вступают в драки по пустякам, обычно им просто нет до людей дела.

— Вот именно так! Этот высокомерный засранец наверняка слишком сильно демонстрировал свое пренебрежение, и нашелся смельчак, заставивший его пожалеть о дерзости!

— Смельчак!? Ты это о ком? Об убийце? — Мирра ушам своим не верила.

— Я не то имел в виду, — более спокойно заметил правитель, — но больше никаких поблажек перворожденным не будет, ни эльфам, ни драконам. Пусть живут по людским законам или убираются.

— Должно быть, ты спятил, — женщина никак не могла прийти в себя, — ты хоть понимаешь, что сейчас сказал?! Да я годами мечтала, чтобы эльфы поселились в городе, и теперь, когда все, наконец, удалось… Кто, по-твоему, выиграл последнюю войну?

— Войну выиграл народ Врана! Но ты, вероятно, этого не заметила. Ты всегда замечала только то, что хотела! — Голос у Андреаса снова сорвался на крик. — И никогда не думала, чего хотят другие и, что станется с ними после очередного твоего поступка. Я любил и почитал тебя словно богиню… — Теперь правитель говорил хриплым шепотом — такие резкие перепады в тоне и настроении не на шутку испугали посетительницу. — Как же я ошибался! Ты не богиня, ты — чудовище.

— Андреас, послушай…

— Нет, это ты послушай. Ты явилась в город, изгнала Испоха и стала правительницей. Это было только справедливо, и я поклялся служить тебе. Ты принадлежала дракону. Но ведь он женился на тебе до моего рождения! И я смирился. Разве мог я представить, что мое божество, окажется презренной прелюбодейкой?! Но вот появился этот эльф и, что же?! Ты пренебрегла и долгом, и семьей. Дракон — глупец, как мог он спокойно созерцать плоды разврата?!

Мирре, помимо воли, стало смешно: «Благие боги, какие слова: „прелюбодейка“, „плоды разврата“, нет, мальчик явно „того“! Надо предупредить Бинош…»

— Мать была права, ты никогда, никого кроме себя не любила! Ты ценила только власть, к чему тебе мои чувства…

«Мои чувства»? — Мирра все еще не могла сообразить, о чем толкует первенец ее подруги. Какие-такие чувства, к кому?

— Я старался стать достойным, я ждал, думал, ты оценишь, поймешь!… Но, конечно, к чему тебе обычный парень? Тебе подавай перворожденных!

Очень медленно, до женщины начало доходить. Правда она все еще не была уверена…

— Друг мой, Андреас, я всегда ценила и уважала тебя.

— Почему же ты предпочла его?!

— Кого? — Мирра сдерживала раздражение, с сумасшедшими следует разговаривать тихо и терпеливо. — О ком ты?!

— Довольно! — Кулак правителя врезался в ладонь другой руки. Мирра на всякий случай сделал шаг назад. — Я терпел довольно. Теперь у меня есть Зила, и я свободен от твоих чар, я — князь Врана, и здесь ноги не будет твоих любимых эльфов!

К концу фразы шепот опять перешел в крик. Мирра сделал еще шаг назад. Конечно, она не боялась Андреаса, но ведь раньше ей не доводилось иметь дело с умалишенными. Сын Бинош все это время был тайно влюблен в нее? Бред.

— Погоди, — попыталась успокоить его она — ты что же, ревнуешь меня к Хаэлниру?!

Предположение было абсурдное, но что еще можно подумать?

— Разве я могу ревновать Вас?! — женщине показалось, что вранский правитель вот-вот сорвется уже не на крик, на визг.

— Нет, наверное. Я не знаю. То есть… — Мирра растерялась. — Конечно, нет! Ведь у тебя есть Зила.

— Зила… Когда я увидел ее, такую смелую, добрую, такую похожую на…, даже еще красивее! Я думал Жизнь, наконец, повернулась ко мне лучшей стороной. Но нет, и ей я не достаточно хорош, и ей подавай эльфов! Но я уже не тот, я не позволю!… - С губ у мужчины полетела слюна. Мирра попятилась к двери. Положительно, беседа не клеилась. «И кто бы мог подумать, а ведь такой хороший, воспитанный был мальчик!»

Андреас ее не преследовал, но Мирра на всякий случай отошла подальше от княжеского кабинета.

Н-да! Можно было бы поиронизировать над ущемленным самолюбием вранского правителя, если бы не труп эльфа в замковой усыпальнице. Скоро за ним явятся из Города-на-воде, и как она им в глаза взглянет?! У бывшей княгини неприятно засосало под ложечкой. Можно, конечно, малодушно сбежать. Но в том, что случилось, была и ее доля вины. «Ох, еще какая!» Первое — это она убедила повелителя Хаэлнира поселить эльфийскую общину на вранской земле — точнее на небольшом островке, недалеко от берега в западной части Вранского озера. Безымянный остров был всего несколько лиг в диаметре, но ведь и эльфов во Вран явилось не так много, а при их тяге к уединению, изолированный клочок суши, как нельзя лучше подходил для строительства поселка. Да и лес на острове рос славный, и берег был не топкий — одном словом, место эльфам понравилось, они буквально за несколько недель возвели на острове каменные дома. Теперь близкое соседство с Враном могло выйти островным жителям боком. Вторым пятном, которое Мирра числила у себя на совести, было то, что она сама в свое время горячо рекомендовала вранскому совету Андреаса, как кандидата на титул князя и правителя. Если бы знать, чем все это обернется… А ведь два года назад она покидала вполне благополучный город. Да и Змей с Хаэлниром ничего против сына Эйнара не имели, всем казалось, это — лучший выбор.

Не найдя Змея в столовой, Создатель отправился в кабинет и не ошибся — дракон снова пялился в Зеркало Мира, сейчас за его прозрачной гранью вставал густой лес. Творец не сразу заметил слившуюся с листвой фигуру, потом мужчина задвигался и стало видно пятнистую куртку и разрисованное желто-зеленой краской лицо.