Андрей Стерхов - Тень кондотьера

Прежде чем пойти, предусмотрительно – не фиг, не фиг кровным разбрасываться – выгреб свою монетку из его кармана, сунул в свой и тогда только двинул на выход.

Уже из машины позвонил сначала в офис (там всё было спокойно и без перемен), а потом – на мобильный Афанасию Воронцову. Этот вампир, который в отличие от диких убеждён, что порядочная нежить может то, что должна, а не должна то, что может, достиг высочайшей степени самоконтроля, служит в Следственном комитете и всегда готов придти мне на помощь.

– Привет, Горыныч, – сказал он, ответив на звонок.

– Привет, вурдалак, – поддержал я его шутейный тон.

– Как сам?

– Как и сто лет назад. Позади темно, спереди туманно, а все остальное превосходно. Как сказал волшебник, который в слове победа делал ударение на последнем "а", продолжаю желать жить. А у тебя, друг Афанасий, как дела?

– Надо полагать, ты насчёт прокурорских? Если так, то докладываю: раскрываемость по особо тяжким за отчётный период повысилась на тринадцать процентов. Неплохо, но не предел. Ну а теперь выкладывай, чего звонишь?

Чтобы у кого-то что-то попросить, нужно сначала ему что-то дать. Следуя этому простому и справедливому правилу, я начал издалека:

– По моим прикидкам Зёрен у тебя, майор, на неделю, не больше.

– Есть такое дело, – подтвердил вампир. – Подкинешь?

– Оставлю сегодня Крепышу упаковку. Прижмёт, заберёшь.

– Лады. А что хочешь взамен? Кандидата в Список?

– Нет, это потом. А сейчас хочу знать, кто у воров вокзальных разводящий и где этого счастливчика найти. Поможешь? Позарез нужно.

– Так сходу не скажу, – охладил мой пыл вампир. – Эту тему пробить нужно. Чуть позже перезвоню. Лады?

– Буду ждать, – сказал я, прежде чем сложить трубу.

А вот тут ждать пришлось совсем недолго. Только я перебрался в плотном медленном потоке на другую сторону реки и выехал вместе со всеми на улицу Джамбула, как Воронцов уже вышел на связь. Минут шесть прошло, может, чуть меньше, но точно не больше.

– Быстро ты, – обрадовался я.

– Работаем, – скромно, но не без гордости ответил вампир. И тут же выдал запрошенную информацию: – В общем, так, дракон. Мазу, как они говорят, на бану держит Павел Викторович Корнеев, уроженец Кустаная, шестьдесят девятого года рождения. Погоняло – Паша Мизер. Две ходки у него, по сто двадцать третьей и сто шестьдесят первой. Прописан в Североозёрске. Где в городе живет, извини, не скажу. Но, судя по оперативным данным, постоянно шалманится в ресторанчике "Бон вояж". Это напротив багажного отделения, на втором этаже. Знаешь, наверное. Там по лесенке.

– Знаю, – ответил я и поблагодарил: – Спасибо, майор.

– "Спасибо" – это мне, пожалуй, чересчур, – сказал на прощание вампир, – а вот сто пилюль – в самый раз. – И уже перед тем как отключиться, предупредил: – Мизер не в авторитете, шерстяной он. Так что будь осторожен, дракон.

– Угу, постараюсь, – сказал я уже не ему, а самому себе и, вырулив с Маяковского, покатил с горки мимо вагонных депо.

В тот момент когда я, оставив машину на привокзальной площади, вошёл в указанный Воронцовым ресторанчик, в общем зале находилось всего два посетителя, да и этих двух уголовного вида крепышей посетителями можно было назвать с большой натяжкой. Не ели они ничего и не пили. Оккупировав столик у двери в банкетный зал, резались в нарды.

Форсируя события, я вежливо отмахнулся от подлетевшей ко мне официантки в небесно-голубом фартучке, и сразу направился к стойке.

– Добрый день, – сказал дылда-бармен, одарив меня дежурной улыбкой. – Желаете что-нибудь?

– Желаю, – громко, так, чтоб услышали все, сказал я. – Пашу Мизера увидеть желаю.

Официант от неожиданности вздрогнул и проглотил улыбку, а бандюги оторвались от игровой доски и вытаращились на меня с изумлением.

– В банкетном? – спросил я, проследив за взглядом бармена. Ответа не дождался, сунув руку в карман, насадил на пальцы кастет и с самым решительным видом пошёл в направлении банкетного зала.

Недобры молодцы, естественно, кинулись ко мне. Вдвоём на одного. Численный перевес был явно на их стороне, но что может число против опыта, натиска и умения? Ничего.

Первого эксперта в области селекции и мотивирования клиентов я – с драконом шутки плохи – свалил классическим ударом в челюсть, второго – двумя ударами попроще: сначала кулаком в солнечное сплетение, а потом, когда сложился пополам, ещё и локтем по затылку. Оглянулся на обалдевшего бармена, лихо отдал честь хлопающей коровьими ресницами официантке и ворвался в банкетный зал, громко и дурашливо распевая:

И пошёл пацан по лагерям,Срок за сроком жизнь свою сжигая,К запертым воротам и дверямКаждый день убиться подбегая.

– Кого-чего?! – вскрикнул невнятного вида, стриженный толстячок, которого я оторвал своим ором от поедания люля-кебаб.

Не позволив ему встать, я с силой затолкал его назад в кресло и, выхватив пистолет, сел напротив. Целясь бандиту в центр карикатурно-узкого лба, отпил минералки прямо из бутылки, перевёл дух – у-у-ух, и выложил:

– Я Егор Тугарин, частный детектив. У человека, что меня нанял, три дня назад утянули на твоей земле багаж и портмоне. Не поверишь, но он желает получить имущество назад. Я доходчиво, Паша?

Не будучи способным совладать с тиком левой брови, Мизер тем не менее скумекал, что сразу убивать его не будут, и попытался меня застращать. Растопырил пальцы с наколотыми перстнями и заверещал припадочно, но не слишком талантливо:

– Ты чего фраерок творишь в натуре? А? Ты в кого волыной тычешь? Рамсы попутал? – Распаляя самого себя, он так рванул ворот рубахи, что оторвавшаяся пуговица пулей зарылась в греческий салат. – Да ты в курсах, кто я? Я Паша Мизер. Я бан держу. Да я таких, как ты… Да я тебя за такие ляльки дерзкие… Да на куски я тебя в натуре. Ты понял, фраерок? Нет, ты меня понял?

– Да-а-а, – вздохнул я с грустью, – кризис общественной мысли и гражданского чувства нынче наблюдается повсюду.

С этими словами выковырял из салата и сунул в рот жирную маслину

– Чего? – опешил Мизер.

– Да ничего. Просто считаю до четырёх. И сразу – три.

Бандюга заметно напрягся, про песнь свою "Я срок мотал, я зону видел" напрочь забыл и промямлил:

– Ты, думаешь, ты живым, думаешь, отсюда, выйдешь в натуре. Ты так думаешь?

– Два, – выплюнул я косточку на стол.

Произнести "один" не успел, Мизер глянул на дверь с надеждой на появление подмоги, орлов своих соколиков не увидел и как-то сразу поник. Облизал пересохшие от волнения губы и, удивительно быстро перейдя из нервозно-возбуждённого состояния в состояние полной апатии, заискивающе спросил: