Джон Норман - Побратимы Гора (ЛП)

- Это как-то необычно, не так ли? – спросил я.

- Да, - ответил Кувигнака. - Это - продукт, по большей части, с полей Ваниямпи.

- Я так и подумал, что это оттуда, - сказал я.

Собственно ваниямпи были, сельскохозяйственными рабами краснокожих. Они занимались фермерством и работали в садах, делали другую работу для своих краснокожих владельцев.

- Кого-то посылали в загоны за продуктами? – спросил я.

- Ваниямпи сами доставили их, - объяснил Кувигнака. - Это было сделано, ещё когда решался вопрос об этом стойбище.

- Я понял.

На время празднеств, которые всегда привязывались с появлением стада кайилиаука, местоположения больших стойбищ различных племен были заранее известны. Это делало выполнимой поставку продуктов, что было затруднительно большую часть года, когда племена, кланы, а то и отдельные семьи разбросаны рассеянными группами на большой территории, а зачастую ещё и постоянно кочуют по Прериям.

- А есть ли кто-то из Ваниямпи в стойбище сейчас? – заинтересовался я.

- Да, но они скоро уходят.

- Как скоро? – спросил я.

- Я не знаю, - пожал плечами Кувигнака.

- Я встречал кое-кого из ваниямпи, - вспомнил я. - Они были из места называемого ими «Сад Одиннадцать». Интересно, были ли те, кто сейчас в стойбище оттуда.

- Они вполне могут быть оттуда, - сказала Кувигнака. – А зачем они тебе?

- Я тут подумал, что могло бы быть интересно, встретить моих знакомых среди них. А ещё, мне интересно узнать там поживает та, кто раньше была Леди Мира из Венны, которую поработили и приговорили к проживанию среди Ваниямпи.

- Я помню её, - зло сказал Кувигнака, поморщившись. - Долгие дни я провёл, прикованный к её телеге цепью.

- Конечно же, Ты жалеешь её, - усмехнулся я, - приговорённую, с особой, почти непередаваемой для женщины жестокостью, к такому наказанию.

- Она была тщеславной и высокомерной женщиной, - буркнул Кувигнака. – Мне нисколько её не жаль.

- Но ведь она знавала другую жизнь, - продолжал я подшучивать над моим молодым другом. – Она же не родилась и не выросла в загоне Ваниямпи.

- Я не жалею её, - сказал Кувигнака, не понимая шутки.

- Конечно, теперь она, эта уважаемая и отвергнутая, праздная и всего лишившаяся женщина, будет готова умолять о том чтобы её раздели, выпрашивать у мужчин удар плети и возможность почувствовать как её ноги широко разводят, крепко привязывая лодыжки к распоркам.

- Я ничуть не жалею её, - разозлился Кувигнака. - Она была груба и жестока. Пусть себе томится, и остаётся недорабыней, в загонах Ваниямпи.

- Ты жесток, - отметил я.

- Я - Кайила, - пожал плечами Кувигнака.

- Возможно, если бы она согнулась пред тобой, голая, моля о милосердии, то тебе захотелось бы отнестись к ней с некоторой мягкостью, - размышлял я.

- Возможно, если бы я решил, что она теперь готова стать женщиной, и хорошо извлекла уроки из своего положения, - проворчал Кувигнака.

- Ага, - засмеялся я, - я вижу, что тебя всё же можно поколебать к великодушию.

- Конечно, - тоже рассмеялся Кувигнака. - Я же – Кайила!

Затем мой друг незаметным жестом указал на Кэнку и Виньелу. Девушка уже была в его объятиях, её голова была запрокинута назад. Она рыдала от удовольствия. Она совершенно забыла о нашем присутствии.

- Также, есть кое-что, что надо сказать той рабыне, - заметил мой друг.

- Ну, попытайся, - предложил я.

Насколько же красива была Виньела, забывшая обо всём на свете в своей беспомощности, удовольствии и любви. Насколько изумительны и красивы женщины в такой момент! Как замечательно владеть ими, быть в состоянии делать с ними всё, что желаешь и любить их! Но также я трезво думал о той, кто однажды была, агентом кюров, моих врагов. Никакие такие удовольствия и радости, её предназначены не были. Вместо этого ей присудили жить среди Ваниямпи. Она была приговорена, к тому, что жалкие мужчины из загона будут блюсти её честь, достоинство и равенство с ними. Ей теперь не познать, радости от того, чтобы бежать голой, с верёвкой на шее. Не быть ей рабыней у бока кайилы её господина. Не почувствовать ей удовольствий, дрожи любви и служения, от осознания того, что тот кого она любит и кому служит, владеет ей полностью. Не для неё теперь чувство удовлетворения от нахождения себя, бескомпромиссно и безвозвратно, в месте предназначенном женщине природой – месте преданной рабыни у ног её господина.

- Мы вернёмся попозже, - бросил Кувигнака Кэнке, вставая.

Вот только, я подозреваю, что Кэнка также как и его рабыня, растворившийся сейчас в удовольствии и красоте, в любви и наслаждение своей женщины, вряд ли услышал нас.

Мы с Кувигнакой, понимающе улыбаясь, покинули его вигвам.

- Где можно найти Ваниямпи?

- На нижнем уровне стойбища, на краю, - ответил Кувигнака, - там, где сток хуже.

- Я должен был догадаться, - усмехнулся я.

- Мы всегда размещаем их там, - объяснил юноша.

- Это понятно.

- Ты собираешься повидать их?

- Да, мне любопытно.

- Даже не думай, что я составлю тебе компанию, - предупредил Кувигнака. - Я не слишком наслаждаюсь обществом Ваниямпи.

- Всё хорошо, я сам справлюсь.

- Встретимся позже в вигваме Кэнки, - сказал Кувигнака.

- Почему? – удивился я.

Я думал, что Кэнка и Виньела предпочли бы остаться наедине.

- Я получил известие от Акихоки, он дружит с одним из Солдат Слинов, что Хси собирается убыть для чего-то сегодня вечером, - усмехнулся Кувигнака.

- Для чего же?

- Я не уверен, но я думаю, что догадываюсь. И мне кажется, что знаю, как мы можем ему помешать.

- И что всё это значит? – спросил я озадаченно.

- Это имеет отношение к измене, - туманно объяснил Кувигнака.

- Я не понимаю, - честно признался я.

- Встретимся здесь, позже, - не стал больше ничего объяснять Кувигнака.

- Хорошо.

- Я Ваша! – услышали мы крик, изданный Виньелой внутри вигвама. - Я Ваша! Мой Господин!

Мы с Кувигнакой улыбнулись, и разошлись по своим делам.

14. Ваниямпи

- Тыква! – радостно воскликнул я.

- Мир, и свет, и спокойствие, и удовлетворенность и совершенство к вам, -отозвался он.

- Я услышал, что в стойбище есть Ваниямпи, - сказал я. - Я надеялся, что это мог бы быть Ты, или другие из Вашей группы.

- Мы доставили овощи нашим владельцам, - объяснил Тыква. - Вы помните Морковь и Капусту?

- Да. Приветствую, вас парни.

- Сладость к вам, - поприветствовал меня Морковь.

- Сладость к вам, - сказал Капуста.

- Кто это? - воинственно спросила темноволосая женщина. Она, также, носила одежду Ваниямпи - длинное, серое платье до середины икр. Её стопы, как и остальных, были обернуты тряпками. Эта одежда совершенно непривлекательна на женщинах, а на мужчинах казалась неуместной и просто глупой.