Джон Норман - Побратимы Гора (ЛП)

Виньела подняла голову, и несчастно посмотрела на Кэнку. В её глазах стояли слезы.

- Возможно, Вы должны отдать меня ему, Господин, - прошептала она. – И возможно, мои груди действительно слишком маленькие.

- Не говори глупостей. Они прекрасны, - успокоил он свою рабыню. – Лучше иди готовить.

- Да, Господин, - сказала она, счастливым голосом.

- Вы не боитесь, что из-за этого могут возникнуть проблемы? - поинтересовался я

Мы с Кувигнакой стояли поблизости, и слышали весь разговор Кэнки и Махпиясапы. Этим вечером мы были приглашены в вигвам Кэнки на варёное мясо, подготовленное по особо любимому краснокожими рецепту.

- Я так не думаю, - ответил Кэнка. - Но давайте не будем волноваться об этих вещах. Эти дни должны быть временем веселья и пиров.

- Завтра я войду в вигвам танцев, - сообщил Кувигнака.

- Я видел, как много подарков переходит из рук в руки по всему стойбищу, -рассказал я.

- Это - время для счастья и обмена подарками, - пояснил Кувигнака. – Даже кайилиауки в этом году пришли раньше.

- Это верно, - согласился я, вновь задумавшись над причиной столь раннего прибытия стада кайилиаука. Всё это, казалось мне очень странным.

- Ты уже насладился использованием украшенного бисером хлыста? -поинтересовался Кэнка.

- Да, от всей души, - улыбнулся я, вспомнив белокурую девушку из стада, подарившую мне весьма приятный день.

- Ты можешь оставить его себе и после праздников, после танцев и пиров, -разрешил молодой краснокожий.

- Спасибо, - поблагодарил я.

- Это - пустяк, - усмехался Кэнка.

Я вспомнил, как вернул белокурую рабыню её пастухам.

- Это, в самом деле - та же самая рабыня? – пораженно спросил меня один из мальчишек пасших стадо, когда я возвратил блондинку в стадо.

- Да вроде она самая, - усмехнулся я.

- Кажется, что Ты взял у нас женщину, которая была просто порабощена, а возвращаешь женщину, которая является настоящей рабыней.

Девушка стояла на коленях, около нас, покорно склонив голов, и улыбалась.

- И какова она была? - поинтересовались пастухи.

- Похотливое извивающееся рабское мясо. Горячее, беспомощное, страстное и отзывчивое.

- Великолепно! - воскликнул один из мальчишек, тот что был постарше, ударяя себя по бедру.

- Я думаю теперь, любой мужчина найдет её удовлетворительной, - усмехнулся я.

- Я попытаюсь, стать лучше, чем просто удовлетворительной, Господин, -пообещала девушка.

- Хорошо, - похвалил пастух.

- Назад в стадо, девка, - приказал другой паренёк, направляя на неё кайилу.

Она протиснулась назад в стадо, быстро найдя себе место среди её товарок, других прекрасных животных. Некоторые из этих животных смотрели на неё с завистью и удивлением. Сейчас она совершенно отличалась, от того какой она была ещё этим утром. Принятие женственности и своего подчинения мужчинам, полной капитуляции перед ними в её сердце, стало основным моментом в духовной жизни этой женщины. Подобный момент великой духовной значимости происходит, конечно, и в жизни мужчины, когда он принимает свою мужественность. Впредь он отрекается ото лжи и иллюзий. Впредь он будет мужчиной.

- Уже - закат, - заметил один из парней. – Нам пора гнать этих самок кайилы к деревне, где нам ещё придётся стреноживать их и привязывать на ночь.

Я видел, что часть животных смотрели на белокурую девушку с ненавистью. Однако, были и те, что подошли к ней и нежно поцеловали, приветствуя её в обществе сестёр ошейника. Насколько же несчастны и сварливы, сколь обижены и зажаты те, кто завидует другим полным жизни и удовольствия в их искренности.

- Хэй! - закричали юные краснокожие пастухи, раскручивая свои лассо.

- Моя благодарность, парни! – кричал я им вслед.

Они махали мне руками, показывая, что услышали и поняли мои слова. Я отошёл в сторону, наблюдая, как они без суеты погнали своё стадо в сторону стойбища.

Белокурая девушка повернулась лишь однажды, и помахав мне рукой, послала мне воздушный поцелуй гореанским способом, поцеловав свои пальцы и помахав ими в воздухе. Я возвратил ей поцелуй, и также помахал рукой вслед. Постояв немного и подождав пока стадо двуногих животных отгонят подальше, я тоже направился к деревне. Меня ждала встреча с Кувигнакой в вигваме Кэнки. Мы были приглашены на ужин.

- Это было здорово, - похвалил я, только что проглоченный ужин.

- Спасибо, Господин, - довольно, отозвалась Виньела.

- Не порти мне рабыню, - предупредил Кэнка, с улыбкой.

- Извините, - улыбнулся я.

- Это было превосходно! – присоединился к похвалам Кувигнака.

- Спасибо, Господин, - улыбнулась Виньела.

Трапеза была намного больше, чем просто варёное мясо. На самом деле это было вкуснейшее мясо тушеное с овощами и приправами, некоторые из которых Виньела выпросила у Гранта.

- Разве Ты с этим не согласен? – удивился Кувигнака, глядя на брата.

- Возможно, - уклончиво ответил Кэнка.

- Мой господин доволен своей едой? - поинтересовалась Виньела.

- Возможно, - повторил наш хозяин.

- Жалкая рабыня надеется, что её скромные усилия порадовать своего господина были успешны.

- Это было неплохо, возможно, - уклонялся от прямого ответа Кэнка.

- Не порти рабыню, - смеясь, предупредил Кувигнака.

- Я люблю служить Вам, Господин, - сказала Виньела.

- Даже если бы тебе и не нравилось служить мне, - усмехнулся Кэнка, - Ты всё равно будешь делать это превосходно.

- Да, Господин.

- Поскольку Ты - рабыня, - добавил он.

- Да, Господин, - согласилась она, и добавила: - Ваша рабыня.

Он пристально на Виньелу.

- Если я не нравлюсь Вам, избейте меня, - сказала девушка, склонив голову.

- Не беспокойся. Если я буду недоволен тобой, то порки тебе не миновать, -успокоил Кэнка свою рабыню.

- Как Ты думаешь, её он часто будет её пороть? – поинтересовался у меня Кувигнака.

- Почему-то я так не думаю, - ответил я.

- Господин, - прошептала Виньела, обращаясь к Кэнке. Её глаза были мокрыми от слёз. Я заметил, что глаза хозяина направленные на рабыню возбуждённо сверкнули.

- По-моему в тушеном мясе было многовато овощей, - обратился я к Кувигнаке, делая вид, что не замечаю напряжённости между Кэнкой и Виньелой. Большую часть блюда – мелкорубленые овощи и мясо, мы ели из небольших чашек, наполненных Виньелой поварёшкой сделанной из кости кайилиаука. Куски мяса и овощей покрупнее, мы, как это принято в Прериях, доставали ножами прямо из казана. Кэнка, возможно из-за нашего присутствия, а может потому, что он хотел ещё больше углубить рабство Виньелы, кормил её с руки. Это иногда делается с рабынями, поскольку это помогает напомнить им, что они - домашние животные, и что они во всём зависят от рабовладельца, в том числе, это касается пищи. Также я заметил, что во время ужина, рабыня, взяв еду с его пальцев, украдкой успевала куснуть, лизнуть или поцеловать их, и чем дальше шёл процесс кормления, тем всё более возбуждённой становилась девушка. А ещё, мне показалось, что Кэнка поднося к её рту небольшие кусочки, сжимал их несколько плотнее, чем было необходимо, чтобы просто кормить рабыню.