Шимпо Ботан - Люди и Тени

А впереди, на роскошной, запряженной белыми конями колеснице, ехала Му-Наара, Княгиня. Полноватая, рыжая, в синей мантии и золотом ожерелье. Пожилое лицо было серьёзно, и даже слишком — глаза широко раскрыты, губы поджаты, густые брови нахмурены. Лоб увенчан серебряной диадемой с символами Луны. Му-Наара держалась безупречно — мать народа! Рядом пешком шагал Духовный лидер, босоногий, завернутый в белую ткань. Исхудавший от постов, но чистый и стройный. Опирался на посох, в левой руке — чётки, седая голова непокрыта.

— Приветствую вас, славные воины! — мощный глас Княгини разнёсся над городом. Она обращалась к танналарцам. Все притихли. — Я… Мы… Мы все хотим поблагодарить вас, отдать должное вашему мужеству! Вы… — Речь была высокопарной, довольно скучной, хотя содержательной. Слушая её старики смахивали слёзы, женщины восхищенно улыбались, парни почёсывали затылки, дети — скучали и зевали…

Но все замерли от восторга когда в небе воспарили Огненные журавли. Озарённые полуденным светом, золотисто-рыжие, сверкающие и переливающиеся в ясных лучах. Их перья преломляли свет, и отражали его в мягком сиянии. Багряные крылья, охристые тела, перевитые голубыми лентами… И небесно-звонкие голоса, печальные, но жизнеутверждающие.

Священные птицы Кузуни, впитавшие теплоту октябрьской листвы, и силу заходящего Солнца.

— Кумай! — кричали старики. Люди помоложе — молчали словно очарованные.

Птицы кружили над городом не сами — на их спинах восседали девушки из знатных семей: наследницы древних родов, дочери вельмож, сёстры офицеров. Они кричали приветствия — но почти никто не слышал: слишком высоко. Сыпали вниз пыльцу Цветка — символ вечного обновления…

— А почему у меня нет такого журавля? — спросила Найпа, ткнув Тес-Нура в бок.

— Веди себя пристойно! — цыкнул офицер. — Нету потому что НЕТ ДЕНЕГ! Шиккунай расположен на Великом торговом тракте, Пути пряностей. А мы — нет.

— Но ведь многие наши дома покрыты рыжими перьями…

— Перья стоят намного дешевле. Птицы часто линяют… Да, сиди тихо!

А журавли кружили, их голоса звенели, и сыпалась серебристая Пыльца. И светил Цветок и всё казалось ярким насыщенным сном, слишком странным даже для сна — не говоря уж о Реальности. Но победа есть победа, она была реальна, и пусть кратковременна — твари вернуться — всё равно была, и нужно её отметить. Ведь как бы ни густела тьма, сквозь неё всё же пробивались лучи света. А значит, надежда ещё не умерла.

Самый большой журавль описал в воздухе круг, снизился и приземлился на дорогу, рядом с Найпой. С него спрыгнула светленькая девчушка, щуплая и тонкокостная. Зато ряженая в голубые шелка… И смелая — глаза её сияли.

— Приветствую вас, Предводители танналарского войска, — громко сказала подросток. Я наследница Шиккунайского трона, кланяюсь вам, от лица всего народа!

Она трижды поклонилась Найпе, Батташу и Тес-Нуру и вручила им по золотой стреле. Затем достала флягу и наполнила золотую чашу.

— Пейте, сок цветка, чтоб ваши силы не иссякли! Пусть он поможет вам выстоять в Войне.

Все отпили и ощутили глубокий необъятный покой… Затем девчушка наполнила глиняную чашу. И все отведали козьего молока. Как напоминание о надежде: война закончиться, настанут мирные времена. И в Цветах и их соке уже не будет нужды.

И вот — ликующий город замер. Тысячи людей склонили головы, каждый ударил себя кулаком в грудь. Ведь под небом прокатился печальный рёв ритуальных труб. То Дервиши, с вершин священных башен, призвали народ к минуте молчания. Дабы почтить память погибших, всех кто полёг освобождая Шиккунай.

Так и завершились торжества… Начались гуляния. Заиграла лихая народная музыка, полились винные реки и весёлые речи. Где-то уже дрались, где-то делали ставки и бросали кости, слышался смех и пьяные песни… Солдаты тоже люди, не святые, зато настоящие. Без гуляний их жизнь была бы слишком тяжелой.

Настала ночь, зажглись тысячи огней и из всего войска немногие оставались трезвыми. Среди них — Тес-Нур, «образцовый офицер». Батташ — «Напьюсь дома, в кругу родичей!» И, конечно же Найпа… Девушку не стали снова запихивать в дом для безумцев — её здоровье поправилось. Но держали под усиленной стражей.

Для Шиккунайцев освобождение было счастьем. За шесть месяцев блокады княжество уже начало ощущать нехватку еды и дров, тканей и других товаров. Его жители были народом деловым, прежде всего торговцами, а уже потом работягами. Ещё бы — Шиккунай располагался на пересечении торговых путей! С северо-запада на юго-восток тянулся, петляя, Великий путь Пряностей, или Большой тракт. Так его назвали задолго до Затмения, когда по нему ходили огромные караваны, и пряности были основной статьёй дохода. После Затмения настал хаос и разруха, Тракт опустел… Но как только цивилизация начала возрождаться — возродился и он. Пряности почти утратили ценность — война, но сам Тракт оставался незаменимым. Мощная артерия связующая народы, дорога Солнца, путь объединяющий людей. С юга, из жаркого Ханаара, везли финики и лимоны, алоэ и инжир, шерстяные ковры и соль. Ещё дальше, за ханаарскими землями зеленели княжества Баатов, утопающие в джунглях. Оттуда везли лекарства, полученные из диковинных цветов, змеиный яд, дорогую прочную древесину, чай, целебный мёд и мясо обезьянок… Всё это доставляли на северо-запад, через южно-кузунийские земли — к северо-кузунийским княжествам. Там продавали, покупая железные орудия и оружие, зерно и медовуху. И везли на юг…

Мало того — через Шиккунай протекала Река Улиток, от Седых гор, что на востоке к западному океану. По её мутным водам плавали корабли и швартовались в Шиккунайском речном порту. С океана прибывали стальные катера Технократов. Доставляли технические диковинки — полезные в хозяйстве, но жуткие, непонятные… Например маленькие мельницы, что делали ветер и разгоняли духоту, «вентиляторы». Стеклянные бочки, что сами по себе варили еду. Синие фонари, что не только светили, но и грели, не нуждались в масле, «лампы». И ещё много разнообразного хлама. Всё это быстро ломалось — ведь никто не умел их чинить — технократы привозили новые. А может они специально продавали порченый товар, чтоб он быстрее ломался и покупатели платили снова? Вудрош их знает!

Кстати, тахами не только продавали — они и покупали. Руду, с горных рудников — с восточных истоков Реки. Зерно, мясо. Покупали как можно больше…

Но все торговые пути, и речные и сухопутные, пролегали через Мёртвые земли. А значит через территорию Врага, где обитали Твари, и путешествовать по ним было опасно. Корабли защищались шипами и бронёй, а караваны ходили под сопровождением охраны — на них постоянно нападали. Из каждого похода кто-то не возвращался, нередко случалось и худшее — весь караван попадал в засаду и гиб вместе с мулами и грузом. Из-за каждого холма, из каждого мёртвого леса подстерегала Смерть.