Люциан Ферр - Чужая земля

«Так, давайте прикинем, что мне уже известно на данный момент. Кто-то взрывает дома по городу и при этом остается незамеченным для магического наблюдения. Это говорит о его силе. Далее ОН поднял городское кладбище и каждый день обновлял заклятье, также оставаясь незамеченным, но уже не только для магии, но и для простого глаза. Значит, Он либо мастер маскировки, либо спрятал себя заклинанием. Еще Он (или, может, она) прибыл в город тайно, потому что ни стражи, ни Цех не смогли Его обнаружить. Следовательно, Он либо нашел укромное место в городе (в чем я лично сомневаюсь – спрятаться от преступных элементов в маленьком городе сложнее, чем схоронить Венеру Милосскую (статую в смысле) в абсолютно пустой комнате два на два метра), либо прячется в катакомбах. Но против этой версии кое-что есть. Например, Милор уверял меня, что катакомбы они прочесали, а выходы перекрыли. Хотя с другой стороны затеряться в этих лабиринтах труда не составит, а пройти мимо охранников так же, как это сделали мы, для могучего чародея легче легкого. А ведь об этом должны были сообщать. Интересно, почему не сообщили? Или за все время действительно никого не было и мы первые?» – сам себя спросил я, но ответа, конечно же, не получил. – «Одни вопросы и ни одного ответа!» Я медленно перебирал в мозгу имеющиеся сведения и вдруг вспомнил.

«Стоп, а ведь Таскеда говорил, что здесь может быть замешан какой-то мощный артефакт. И хоть я не эксперт по всяким магическим безделушкам, но, по-моему, пронести что-нибудь, чтобы тебя не заметили, и устроить небольшой взрыв не так сложно. Тем более, что все искали мага, а не простого человека. К тому же это отвечает на вопрос, почему Он взрывал дома – возможно, просто мстил своим недоброжелателям».

«А где Он мог взять этот чудесный предмет?» – тут же спросил меня внутренний голос. – «Что-то я сильно сомневаюсь, что могущественные вещи просто так валяются на дороге. Купить же такую вещь даже сложнее, чем просто найти».

«Ну», – замешкался я, не желая разговаривать сам с собой, но ответ уже пришел в голову и я не удержался. – «Все очень просто, Он действительно его нашел, но не на дороге, а здесь, в катакомбах. Ведь Шоро говорил, что люди до сих пор временами что-нибудь находят. Вот человеку и повезло больше остальных. Кроме того…»

Додумать я не сумел. Старый хранитель вдруг свернул с тропы, идущей между завалами, и стал карабкаться вверх. Надо сказать, что получалось у него это великолепно, как будто он всю жизнь только этим и занимался. Впрочем, скорее всего, так оно и было. У меня же, в отличие от него, дела обстояли не так хорошо – насыпь под ногами упрямо осыпалась, отчего я несколько раз едва не сорвался. Догнать Шоро мне удалось лишь наверху, на небольшой площадке, где он поджидал меня. Дождавшись, когда я, наконец, поднимусь, старик повесил фонарь за веревочку на шею и двинулся к казавшейся монолитной стене. Подойдя к ней, он прыгнул, ухватился за невидимый карниз, подтянулся и… исчез.

Я не верил своим глазам, этого просто не могло быть. Шоро нырнул в камень, словно в воду. Я медленно подошел к стене и легонько пощупал ее рукой. Ничего особенного, стена как стена, прохладная. Ни единого намека на мягкость. Я принялся более внимательно ощупывать стену. Мое исследование прервал знакомый голос:

– Долго тебя еще ждать? Залезай быстрее.

Я глубоко вдохнул и попробовал повторить тот же фокус, что и старик. Подпрыгнув, я дернулся вперед и… Мягко пройдя сквозь камень, мои ладони ухватились за невидимый глазу карниз. Мне оставалось только подтянуться.

Теперь я очутился в необычном коридоре. Необычность заключалась в том, что этот коридор, в отличии от других, был освещен. Сами стены светились мягким бирюзовым светом. Пройдя по коридору, мы очутились в небольшом по сравнению с другими зале. «Вот они Чертоги Тишины», – прозвучал голос в моей голове.

Глава 6

И тут я ощутил себя богом, прикинь? Я понял, что

теперь на роликах я могу все, вообще все! Понимаешь?

Это было так здорово, ты не представляешь. Это было

круче секса. Это было круче всего, что я знаю. А через

двадцать секунд я упал и сломал себе руку.

Неизвестный

«Кто это говорит», – хотел было спросить я, но с моих уст не сорвалось ни звука.

Я попытался еще раз и с тем же результатом. Щелчки пальцами, удары сапогом о пол и бряцанье ножа о маску также не привели к желаемому результату, то есть не смогли нарушить стоящей в зале тишины. Пожалуй, теперь я начал осознавать истинный смысл названия. Раньше я считал, что это лишь красивая метафора, но название оказалось буквальным. Я посмотрел на своего проводника. Он улыбался. Должно быть, он тоже в первый раз пытался вызвать хоть малейший звук, но так и не преуспел. И теперь Шоро с любопытством наблюдал за моими экспериментами. Когда я посмотрел на него, в моей голове вновь зазвучал голос:

«Я же говорил, это Чертоги Тишины. Здесь стоят вечные тишина и безмолвие. Никто и ничто не может их нарушить. Но взамен здесь можно общаться при помощи мыслей. Если ты захочешь что-нибудь мне сказать, то просто сосредоточься на мне и подумай о том, что ты хочешь сказать». «Так?», – подумал я, максимально сосредотачиваясь на нем.

«Да», – все также безмолвно ответил он. – «У тебя хорошо получается. А теперь пойдем. Нам нужно осмотреть залы и проверить, здесь ли все еще пленник».

Старый хранитель развернулся и направился через зал. Кстати следует отметить, что в центре зала располагалась непонятная статуя. Она была выточена из синего полупрозрачного материала и изображала высокого рыбоподобного монстра. К тому же статуя едва заметно светилась. Большего я разглядеть не успел, потому что мы зашли в коротенький коридор и перешли в следующий зал.

Здесь в центре также была статуя, но уже другая. Она изображала неизвестного мне жука, что-то между гигантским скарабеем и столь же гигантским богомолом. Статуя была выполнена из зеленого камня и так же, как и предыдущая, немного светилась. Проходя мимо нее, я вдруг ощутил, как у меня на секунду замирает сердце. Это ощущение длилось всего мгновение, я даже не успел сообразить, что со мной, как оно исчезло. Исчезло и больше не повторялось.

Дальше шли еще залы: желтый, фиолетовый, красный и другие. Всего получалось семь. На краю сознания у меня появилась неоформившаяся мысль. И я долго не мог ухватить ее. Но когда, наконец, поймал, понял, что цвета и количество залов соответствуют цветам радуги. Правда, они шли не по порядку, но в остальном, совпадали. «Прямо какие-то Радужные Казематы», – между тем думал я.