Евгения Гордеева - Все точки над ё...?

Когда я увидела парня, выходившего из подъезда элитного дома, то сразу узнала его. Не по лицу, а по силу-эту, по манере двигаться, и по причёске. Правильно Марла сказала тогда, заковыристая стрижка была у этого молод-чика. И ещё мне очень не понравилось выражение его глаз. Высокомерное, циничное, злое. Опасный, ох, опасный субъект!

— Варя, ты узнала его? — Джинни с тревогой смотрела мне в глаза. — Это он?

— Он, — кивнула я, — и он мне не нравится.

— Можно подумать, одной тебе, — поддержала мои выводы Русалка. — Вон, буркалы какие злющие, кофель — на-гель! Выбленок ещё тот!

— Мне кажется, надо в город ехать, — сообщила я подругам. — Предчувствие… что б ему!

— Пошли, — согласилась Джинни.

— Я с вами, — встрепенулась русалка.

— А ты то зачем? — спросили мы с Джинни хором.

— Я что, такая бесполезная? — обиделась Лукава.

— Ты не бесполезная, но мы не знаем… что там. Просто, мне хочется домой.

Ну, в самом деле, чем нам может помочь в данной ситуации Лукава и её приятель. Тоже вон недовольно гла-зами зыркает. Как же, сначала его мужчины с собой не взяли, теперь женщины помощь отвергают! Не понять бравому рыбинспектору, что другие силы в этой истории задействованы… Простому человеку соваться в разборки сопредель-ного мира, всё равно, что добровольно в клетку с голодным львом лезть. Нам то с Андреем силы Род дал, а Таврину вроде как по роду деятельности положено. И ведь сам всё это прекрасно понимает…

— Ладно, уж, — недовольно проворчала русалка, — идите. Но, потом нам ВСЁ расскажете!

— Обязательно, — заверила её Джинни.

Дома мы несколько часов подряд наблюдали всё ту же слежку. Только теперь картинка была яснее и чётче. Мои, а точнее, мамулины, запасы всевозможной посуды, позволили использовать для наших целей большую тарелку для дичи. И наливное яблочко нашлось в городской квартире.

— Теперь гораздо лучше видно, — одобрила Джинни. — У тебя красивая посуда!

— Это мамина.

— Варя, ты никогда не говорила о своих родителях. Они что, покинули тебя?

— Покинули.

— И давно ты одна?

— Лет пять уже. Уехали, а вернуться не могут.

— Да, — согласно закивала подруга, — вернуться оттуда невозможно.

— Возможно, — возразила я, — но дорога дорогая.

— Плата за возвращение? — задумалась волшебница. — Это практически невозможно!

— Ну, почему? Конечно, им вдвоём лететь надо… Туда и обратно. В копеечку влетит. Они даже к нам на свадьбу выбраться не смогли…

— Выбраться? Лететь? — слегка оторопела Джинни. — Так они у тебя что, не умерли?

— Умерли? — я ошалело посмотрела на Джинни. — Они живы. На Камчатке работают.

— Да? Ой, прости, Варя! А я то… подумала, что сирота ты.

— Сирота! Ха-ха, — я расхохоталась. — Слушай, а я думаю, откуда ты знаешь, что мои родители на другом конце света сейчас находятся! А ты про другой свет говорила!

Джинни смущённо улыбнулась, всё ещё чувствуя неудобство от своих слов.

— А Камчатка, это где?

— Далеко. Я тебе по карте потом покажу.

— Что же это они тебя одну оставили?

— А что мне на вулканах делать? Это папочка мечту юности воплощает, а мама, как верная декабристка, за ним в Сибирь…

— Декабристка?

— Это из нашей истории, — я совсем перестала смотреть в наш доморощенный телевизор, собираясь поведать Джинни душещипательную историю верных жён, когда её взгляд сделался стеклянным. Стараясь не думать о плохом, я перевела глаза на тарелку…

Май, мой любимый, единственный, родной муж был схвачен каким-то жутким монстром.

— Боже мой…, кто это? — я снизу вверх глядела на чудище, точнее, Рыська, в ипостаси зверя, снизу смотрел на происходящее, а мы видели всё его глазами. Морда чудища с этого ракурса была омерзительна. Здоровые клыки, нервно подрагивающие вывернутые ноздри, злые, горящие красным цветом, глаза.

— Варя, кажется, дело плохо…

— Вижу… Что он делает!?

Монстр схватил Андрея и куда-то поволок. То, что творилось в моей душе, можно было высказать одним сло-вом: кошмарожуть! Существо, которое похитило Андрея, могло быть только порождением чьего-то сильно нездоро-вого воображения. Получается, что это был не оборотень… Точнее, не тот оборотень, о котором мы все думали. Это был он… волкодлак! А мы ещё переживали, что активировался оборотень — цикличник… А вот так не хотите?

— Варя, ты знаешь, кто это? — растормошила меня Джинни, выводя из ступора.

— Волкодлак, — выдохнула я.

— Это плохо?

— Плохо? Нет, Джинни, это не просто плохо! Это катастрофа! Катаклизм! Это то, что создал Кощей, и не смог с ним справиться! Это…, - я разрыдалась. Ну, почему это всё достаётся мне? Сначала Злод…, теперь волкодлак? Я что, в спасительницы мира записывалась? Я не хочу! Боги, неужели вы сами не могли разобраться со всем этим без-образием? Что мне надо вам напридумать, что бы вы очистили Порубежье от этой скверны? За что всё время страдает Май? Почему опять он!? — Я должна его спасти!

— Как?

— Не знаю! Где они сейчас? — я попыталась сквозь слёзы рассмотреть изображение на тарелке.

— Едут куда-то.

— Едут? — утерев слёзы, я постаралась рассмотреть, куда направилась погоня. — Парк?

— А зачем они поехали в парк? — Джинни с надеждой смотрела на меня своими тёмными глазами.

Злость… Ярость… Адреналин… Голова прояснилась, эмоции спрятались в тайники души. Логика, или жен-щинам в ней отказано? Тогда, интуиция. Да, именно интуиция, стала полноправной хозяйкой моего мозга.

— Они… ищут шатун! Джинни, пошли на Заставу!

— Ты уверена?

— Уверена! Тарелку бери!

Мы вихрем пронеслись по коридорам «Теремка», даже не заметив, кто сегодня на дежурстве.

— Куда теперь? — Джинни смотрела на меня с тревогой, видимо ещё не совсем доверяя моему решению.

— В Град — Грот, уточнить у Разгуляя, куда тот шатун выходит.

— Направление мне дашь?

— Направление? На восток, вроде, надо…

— А точнее?

— Джинни, я не Лоцман… к сожалению.

— А кто нам может подсказать? Думай, Варя, думай!

— Ничего не придумывается… Показать то могут многие, но к кому лучше обратиться за помощью? Чтобы польза максимальная была.

— Я знаю такого, — осенило вдруг волшебницу, пошли.

— Хмара? — удивилась я, выходя из пространственного перехода. Видимо, Джинни заразилась от меня интуи-цией.

— С чем в неурочный час пожаловали? — сердито вопросил Змей Горыныч, разбуженный нашим появлением. — Ежели опять поцарапались…

— Волкодлак вернулся, — прервала я его насмешки, — Май в опасности, он его похитил. Рыська и волки их пре-следуют. Они идут сюда, в Порубежье, — морда Хмары вытянулась от подобной информации, а я продолжала, — через шатун в парке. Тот, через который я зимой пришла. Нам надо в Град — Грот к Разгуляю. Он знает место выхода этого шатуна.