Алан Аюпов - Саньяси (СИ)

— Подожди, подожди! — Заторопилась девушка. — Нет. Даже в ситуации Россия — Грузия — НАТО есть один позитивный момент…

— Да‑а. — Согласился он, не слушая.

— Который ты, кстати, тоже в начале нашего застолья отметил. Все! И даже выпили за это. Это тот аспект, что Россия наконец‑то становится на ноги, то, что Россия набирает силу. Так? — Горячо закончила она.

— Я сторонник имперских амбиций. — Сообщил Митька.

— Но ведь проблема не в этом!.. — Не выдерживаю я.

— Почему, к сожалению? — интересуется девушка. — Если этот маятник, эта ситуация кажется для тебя наиболее выгодной, наиболее позитивной…

— Не выгодной для меня, зато выгодной для планеты. — Бесцеремонно перебивает он.

— Правильно. — Соглашается она. — Давай так рассуждать: почему тогда в таком случае не двигать свои мысли, свои стремления именно в этом направлении?

— Стоп! Стоп! — Чуть не завопил я. — Господа! Вы опять занимаетесь демагогией!

— Хорошо. — Неожиданно согласился Митька.

— Вы откуда знаете, что это планетарное или нет? — Всё‑таки не выдерживаю я. — Вы сейчас рассуждаете с точки зрения России…

— Это моё субъективное мнение. — Перебивая меня, веско объявляет Митька.

— Вы рассуждаете с точки зрения Россия — не Россия… — Пытаюсь не обращать внимания на его выпад я. — Россию загнали в угол, а когда загоняют в угол, всякий нормальный начинает сопротивляться.

— Правильно. — Растягивая гласные, согласился Митька.

— Вопросов нет. — Пытаюсь поставить точку я. — Здесь вступает в силу закон самосохранения. Это даже не обсуждается.

— И не только. — Бубнит он себе под нос.

— Объясни мне другое. — Настаиваю я. — Ты говоришь: «Украина — кирпич на голову…». А я отвечаю, в данном конкретном случае реально ты на события внешние влиять не можешь. Никак. Оттого, что ты будешь возмущаться, ругаться, материться, топать ногами, кричать… Ничего не изменится.

— Да‑а. — Снова соглашается он.

— То есть, на сегодняшний день ни ты, ни я, ни все мы вместе реально влиять на события в мире не в состоянии.

— Ну, грубо говоря, всё‑таки словами того же господина Зеланда, — вмешивается Маша, — смотря какой маятник ты собираешься раскачивать? И для чего, собственно? Вот сейчас мы говорим о кирпиче…

— Да прекрати ты со своим маятником! — Срываюсь я. — Мы же не о маятнике.

— Я имею в виду просто саму ситуацию… — Пытается продолжать девушка. — И наполнение самой ситуации какими‑то…

— Сама ситуация говорит о том, что я говорю не о маятнике. — Раздражаюсь я. — Я говорю, что мы на сегодняшний день не в состоянии качать этот твой маятник. Никак.

— Ну‑у! Это ты не совсем прав. — Говорит Митька.

— Ты что? — Вскрикивает Маша, увидев в руке Карины ручку. — Ты что, пишешь всю эту галиматью?

— Почему галиматью? — Не понимает та, беспрестанно строча в блокноте. — Это совсем не галиматья. Это самый натуральный компромат.

— Энергетическая подпитка соответствующих эгрегоров… — икает Митька. — Извините.

— Я об этом как раз и говорила. — Вставляет, в образовавшуюся паузу, Маша.

— Ты не прав. — Констатирует Митька. — Энергетическая подпитка да, можно сказать… А что там!.. делов‑то?! Микрон с меня, микрон с тебя?.. А в совокупности уже далеко не микрон. Энергетическая ментальная подпитка эгрегора… Не скажи… Не скажи…

— Вот об этом я как раз и говорила. Просто привела термин маятника как бы наиболее такой понятный и доступный. — Сказала девушка, и победно посмотрела на меня.

— Почему я сейчас категорически… — Заговорил Митька, но я его перебил.

— А я ответил, что маятник мы не в состоянии раскачивать. Не тот уровень. А своего маятника у нас нет.

— Подожди. — Завелась она. — Дорогой мой, да ты вливаешься в общий маятник, который уже кто‑то раскачивает. Массы какие‑то давно контролируют его движение. Маятник, в который уже включены…

— А мы не будем его раскачивать. — Грубо перебиваю я её. — Это противовес общему маятнику. Я ведь как раз о том и говорю, что вы не в состоянии управлять этим маятником, а своего не имеете…

— Но мы можем свои микроны… — Пытается встрять Митька.

— Давайте определимся, — настаиваю я, не обращая на него никакого внимания, — на сегодняшний день планетарно мы можем что‑либо определять? нет.

— Можем! — Сказал Митька.

Можем. — Подтвердила Маша.

— Нет, нет, и тысячу раз нет. — Отверг я все их возражения.

— Можем! — Продолжал настаивать на своём Митька. — Мы можем положить свои микроны на ту или иную чашу.

— Нет. — Отрицал я.

— Присоединить, да!.. — Соглашалась Маша. — Совершенно верно, можем.

— Вы лично можете раскачать планетарный маятник? — Тупо талдычил я. — Нет.

— Ну, ты даёшь! — Возмутилась девушка.

— Тихо! — Потребовал я тишины. — Подожди. Давай доспорим дальше.

— Давай. — Благосклонно разрешил Митька.

— Республиканский, или государственный? Можете? Нет! Городской можете? нет! Так что же вы можете? Вы можете раскачивать маятник только в кругу ваших знакомых, друзей и обязательно единомышленников. Всё. Извините, ребята, о чём мы спорим?

— Если так говорить, то планеты не было бы. — Вмешалась Карина. — и всех остальных маятников не было бы! Потому что всё равно каждый добавляет свою крупинку в общий маятник движения мироздания.

«Какие разные люди?! Какие разные мысли?!» — Размышлял я поздним утром, сидя в салоне такси, направляющегося в отель.

Глава 9

Город встретил нас пасмурным утром. Перелёт сложился как‑то неудачно. Сначала рейс задержали почти на два часа. Потом уже в воздухе что‑то случилось, пришлось делать экстренную посадку в Вене. Там ещё часа два ремонтировали какую‑то фиговину, и вот наконец мы приземлились дома. Пройдя паспортный контроль и получив багаж, мы вышли из здания аэровокзала. На площади было необыкновенно пусто. Я взглянул на часы. Стрелки показывали начало девятого.

— Мить, — обратился я к другу, — не подбросишь мой багаж в общагу? А то если я туда заеду, то сегодня уж на работу точно не попаду.

— Ладно. Завезу. Только вот что‑то я не вижу на чём? Вообще‑то нас должны были встретить.

— Кто? — Не удержался я от вопроса.

— Карина — это как минимум, и работники одной специфической организации, которым ты был позарез так нужен перед отлётом.

— Видимо, не так был нужен!.. Иначе бы!..

— Ага. И я про тоже.

— Хм!.. Действительно, что‑то их не видать.

— Не каркай. — Предостерёг меня Митька.