Брайан Дэвис - Семь кругов

В глубине улицы мелькнула летучая тень — словно пес уносил ноги. Бонни рывком повернулась в ту сторону. Больше никакого движения. Она торопливо втиснулась в узкий проход и бросила взгляд на вывеску над ближайшей дверью. «Галантерея из Сахары». За пыльными стеклами тянулись пустые полки и на полу валялись разломанные ящики. Прижимаясь к стене, Бонни подобралась поближе к той улице, где видела тень, и, раскинув крылья, готовые к взлету, выглянула из-за угла. Поскольку солнце стояло еще низко над горизонтом, узкий проход между домами был погружен в тень. Примерно в тридцати ярдах улица кончалась массивной кирпичной стеной, у которой была навалена груда ящиков. Бонни закусила губу и сделала три осторожных шага в тень.

До нее донесся сдавленный вздох. Присев на корточки, Бонни стала искать источник звука и неторопливо двинулась к одному из пустых ящиков. Подобравшись, она быстрым рывком откинула его в сторону.

— Девочка! — Бонни хлопнула себя по груди.

Закрывая лицо дрожащими руками, в угол между стеной и грудой ящиков забилась девчушка.

— Уходи, уходи от меня! — крикнула она.

У Бонни на глаза навернулись слезы. На девочке было истрепанное платье, некогда украшенное оборками. Ее руки потемнели от уличной грязи.

— Не бойся! — охрипшим от волнения голосом сказала Бонни. — Я не обижу тебя.

Девочка пискнула, как испуганный котенок:

— Ты… ты же монстр! Летучая мышь!

Бонни быстро сложила крылья и привела голос в порядок.

— Я вовсе не летучая мышь. Я девочка, такая же, как ты. — Сидя на корточках, Бонни придвинулась поближе. — Мои крылья — это просто дополнение. Во всем остальном я самая обыкновенная.

— Ты не самая обыкновенная! У тебя чешуя, как у ящерицы.

Бонни коснулась щеки и почувствовала трещинки между кожистыми бугорками. Закрыв глаза, она перевела дыхание и снова посмотрела на девочку. У девочки был такой жалкий вид, что Бонни сглотнула комок в горле.

— Я не знаю, как объяснить эту чешую, — сказала она, — но я в самом деле не монстр. Я не причиню тебе вреда. — Она протянула руку. — Мое имя Бонни Сильвер. А как тебя зовут?

У девочки дрогнули губы:

— Ш… Шайло.

Бонни осторожно нагнулась к ней и погладила по плечу.

— Можешь подняться и поговорить со мной? Может, нам удастся помочь друг другу.

Шайло ухватилась за руку Бонни, и та, потянув, помогла ей встать на ноги. Когда Шайло выпрямилась, на лицо ее упали лучи восходящего солнца. Бонни в испуге отскочила, выпустив руку Шайло.

— Ты выглядишь… — Она с трудом перевела дыхание. — Ты выглядишь точно как я!

Глаза Шайло под сдвинутыми бровями прищурились, и в голосе появились резкие нотки:

— Как ты можешь такое говорить? И вовсе я не выгляжу как ты.

Бонни не сводила глаз с лица Шайло — голубые глаза, маленький носик, пряди светлых волос. Ей казалось, что она смотрит в зеркало — пусть заляпанное грязью, — но в нем она узнавала себя.

— Я не всегда так выглядела. Не знаю, что случилось со мной.

Шайло сдержанно улыбнулась:

— Значит, мы в одной лодке. Я тоже не знаю, что со мной случилось.

Улицу продувал холодный утренний ветер. Шайло покрепче обняла себя руками и поежилась. Подол ее некогда нарядного платья доходил до коленок в ссадинах; на левой голени тоже тянулась царапина. Бонни осмотрелась. Тупик был пуст, и на улице по-прежнему никого не было видно. Она стащила с себя свитер.

— Не хочешь утеплиться?

— Не отказалась бы, — ответила Шайло, растирая руки.

Бонни сняла рубашку, что была под свитером, и снова натянула его.

— Прости, что не такая уж чистая, — сказала она, протягивая девочке рубашку.

Шайло просунула голову в ворот, продела руки в длинные рукава и аккуратно одернула рубашку:

— Какая красивая и теплая!

Бонни оправила свитер.

— Очень хорошо. А я и в одном свитере не замерзну. Просто не понимаю, как ты полуголая могла выдержать такой холод.

— Сама не знаю, но, по крайней мере, ногам тепло. — Она показала на свои темно-синие кроссовки. — Рада, что хоть их надела, а не выходные кожаные туфельки. Они бы долго не продержались.

— Так что это за место? — спросила Бонни. — Ты одна тут живешь?

Не отрывая взгляда от улицы, что тянулась за спиной Бонни, Шайло растерла ладони и подула на пальцы.

— Одна? Вроде того. Это такое странное место, что трудно объяснить.

— А ты попробуй. — Бонни расправила крылья и большим пальцем показала себе за спину. — Большей странности, чем они, трудно увидеть.

— Да, крылья, конечно, странные, — кивнула Шайло. — Но ты поймешь, что я имела в виду, когда увидишь здешних людей.

Бонни повернулась к пустынной улице:

— Людей?

Шайло вышла из тупичка, посмотрела в обе стороны и певуче повторила:

— Увидишь.

По узкому тротуару она прошла до галантерейного магазина и присела на скамейку. Откинувшись на спинку, скрестила на груди тонкие руки. На рубашке был отпечатан рисунок: могучий царь зверей, а под ним крупными буквами надпись «Я не ручной лев». Бонни села рядом, подавшись немного вперед, чтобы дать место крыльям.

— Как ты попала сюда?

— А я собиралась тебя об этом же спросить, — сказала Шайло. — Я ни разу не могла найти пути из этого города. Каждая улица кончается тупиком.

— Я прилетела из… ну, думаю, можно сказать, из другого измерения. Я была с моим другом Билли Баннистером, но мы разделились, так что сейчас он, скорее всего, ищет меня. — Бонни стала массировать колено. — Понимаю, что это звучит диковато, но что поделаешь.

Шайло отколупнула щепку от скамейки.

— Не более дико, чем то, что случилось со мной. Меня похитили и заперли в маленькой комнате, где я проснулась три дня спустя.

— Похитили? Кто тебя похитил?

— Ты не знаешь, как их зовут. Это были коротышка с гнусным дыханием и жуткая женщина в безвкусной черной одежде.

Бонни склонила голову набок.

— Черной?

— Черной и в обтяжку. Она напомнила мне Мортисию из «Семейки Адамсов».

— «Семейки Адамсов»?

— Да. Из американского телевидения. Я много раз бывала в Штатах, и мне нравилось смотреть их программы.

— Но это же было давным-давно. — Бонни, прищурившись, смерила Шайло взглядом. — Как долго ты здесь находишься?

Шайло провела пальцем по серии зарубок на спинке скамьи.

— Я отмечала каждый раз, когда солнце доходило до вон той старой мельницы. Думаю, вот тогда-то и начиналась зима. — Она подняла глаза к солнцу, которое сейчас было высоко над горизонтом. — Оно движется туда, так что прикидываю, скоро начнется зима.